В плену у эльфа. Скажи мне да!

Глава 17. Эльф и метла

Наверное, мой друг морально был готов ко всему, но только не к моей чокнутой метле.

Она с первой секунды распознала неуверенного парня, как угрозу, поэтому летал он с нее еще до взлёта, толком не отрываясь от земли и переделав все возможные кульбиты то через голову, то через плечо, то через ногу.

И каждое падение непременно сопровождалось лесным коварством — кустом подлым, полным шипов, замаскированной лужей грязи или рассадником какой-нибудь живности. Та, по закону вредности магической безмолвной вещи либо числилась ползучей, либо жужжащей.

Ни от первого, ни от второго мы с другом в восторге не числились! Даже пробежаться дружненько успели. Благо лес знали, как родной. Удирали от насекомой гадости почти с комфортом.

Выходит, у моей метлы где-то имелся мозг?!

Кочерыжки-ложечки! В жизнь бы не подумала! Метла с мозгом! Звучит в стиле папиных историй.

Б-р-р-р.

Раньше не видела подобного. Если бы не лицезрела воочию — не поверила бы, но...

Мари только что наглядно убедилась — атрибуты ведьм могут обладать разумом!

Для меня, рожденной с летающей проказницей в зубах практически, не было проблемой ведьмину отраду расположить между ног и взмыть вверх.

Подошел, схватил да полетел, как говорится. В чем загвоздка?

Строптивая вещь долго не давала себя оседлать, дотошно показывая остроухому, в каком он пролёте! Метлы, по всей видимости, про какие-то там день рождения не слышали, и добреть в честь особого человеческого дня кощунственно не собирались.

Очередная неудача, и маг воды грандиозно пропахал носом грязь.

Ой, как неудобно получается! Именинник чумазый як свинка, а укрощения метлы по-прежнему не состоялось! Моя негодяйка вела счёт.

Да, Ками не сдавался. Ками — борец, однако ведьме борца становилось все жальче.

— Может, не надо? — едва слышно поинтересовалась у эльфа, воспользовавшись его «короткой передышкой в новой луже». — Не все ведь должно получаться, верно? Я вон до сих пор с печью не договорилась. Мамины пироги — объедение, а моими врагов разве что кормить, дабы на самом деле померли.

Друг стойко поднял лицо из грязевого скопления на земле.

— Ты — девочка, тебе простительно сдасться. Мне — нет, — проговорил ушастый, эпично смахнув с лица хорошенький слой.

Метла в ответ шумно ветвями прошелестела. Паршивка смеялась, паря неподалёку.

Будущий староста удрученно вздохнул.

— Назовем это не сдался. Назовем «временно тактически отступил, но обещал вернуться»? — хитро подмигнула совсем поникшему парню.

Тот не на шутку стал бледнее обычного. Видать, расстроился на год вперёд.

— Давай отложим. Ты весь ...

— Что весь?

— Далеко не праздничного вида, — максимально вежливо сообщила магу воды. — Твоя мама с меня действительно семь шкур скоро спустит. Она ведь считает, мол, ты грязный из-за Мари?

Камиэль слегка нахмурился.

— Да ее если слушать, тут полдеревни «далеко не праздничного вида». Особенно дядя Амеон.

— Мой папа?

— Не бери в голову. Их распри вообще меня раздражают. Как маленькие дети. Не хотят очевидного видеть. Ну их.

— Полеты с метлы для тебя не прошли бесследно, — попробовала свести все к шутке.

— Мари Эмберли, ты хоть иногда бываешь серьёзной? — с некой долей официальности холодно произнес ушастый.

Меня нервно передёрнуло. Если отцом упоминалось мое имя плюс фамилия, то, обычно, хорошим не заканчивалось. Попа болела, как минимум, дня два или три.

— Вот скажи, к тебе явно приставили жениха, предварительно запретив общаться со мной. Как ты от него сбежала?

— Шершни, — не посмела лукавить.

— Шершни? — сначала не понял он, а затем его брови удивленно взметнулись вверх и вернулись обратно всего за секунду. — То дерево.

— Да-да. Я его не трогала больше. Умный друг сказал, пригодится. Видишь? И в самом деле пригодилось, — виновато улыбнулась.

— Жестокая, — ухмыльнулся светлый. — Твоя метла такая же.

— Ну, если бы ко мне крались с возгласом «ути-пути, пирожок» всякие неизвестные эльфы, я бы тоже скинула.

Находящаяся поблизости метла опять разошлась шелестом прутьев.

— Надо же, Мари. Я почти ужасно оскорблен. Надо мной смеётся твоя вещь, по уши искупавшая в грязи. На каком месте мне самому истерично ржать?

Развела руками.

— В следующий раз я тогда скажу: «Готовься, смертная, инквизиция грядёт».

— Боюсь, если ты это скажешь, она тебя гневно отшлёпает, не только скинет во что-нибудь. А что в мешке? — под конец попробовала сменить тему.

— Еда. Ты определённо голодная лазаешь. Сто процентов.

Будто в подтверждение его слов желудок жалобно заурчал, сдавая с потрохами.

— Мне было некогда устраивать званый ужин. Еле Брэда сплавила, — признала очевидное.

— Погоди. Не Брэд ли Илисенд?

— Он. А что? — недоуменно уточнила.

— Да так. Тип любопытный, — малость затемнил маг воды.

— И чем? — не то, чтобы мне по-настоящему интересно было, так, скорее, тупо поддержать разговор.

— Сама увидишь. Я отведу к его дому.

— Ты уже узнал, откуда он?! Зачем?!

— Я — молодой староста. Моя обязанность знать, кто, где, когда и зачем. Согласна?

Пришла моя очередь брови хмурить. Друг никогда просто так не приглашает на место приключений. Что именно обнаружил Камиэль?

— Тебе будет на что посмотреть. Поверь, Мари.