В плену воображения

29.

- И что это всё-таки было? – спустя час, спросил Джеродл, когда мы отдыхали от «нагрузки», лёжа на ковре в гостиной, хотя стоило бы переместиться на кровать - там бы было удобнее.

- Гормоны? – отвечать совсем не хотелось, так как сейчас я чувствовала только приятную усталость и лень, и всё же окончательно желание никуда не делось, правда, ощущалось чуть меньше, чем в самом начале, когда выпила зелье Марго.

- А может всё-таки скажешь честно?

- Ладно… Я стала жертвой путаницы…

- Путаницы?

- Я кое-что приняла, что предназначалось не мне. Поэтому я такая… такая…

- А я уж было подумал, что кажусь тебе весьма привлекательным мужчиной, а выходит… Ты ранила меня в самое сердце, - в шутовско манере говорил он, закатил глаза, махнув рукой в сторону.

- Хы…. Мужчина... Тебе всего двадцать один год. – не удержалась я от замечания.

Парень заинтересованно повернул голову в мою стороны:

- А тебе нравятся мужчины постарше? Тридцати, сорока или пятидесяти лет? – продолжал он издеваться.

- Да уже не двадцатилетние точно, - теперь я не удержалась от смешка.

- Тебе самой восемнадцать!

Да, хотелось бы мне, чтобы мне было восемнадцать, но, к сожалению, это было не так.

Моё возвращение Марго точно ждала, потому что уже была глубокая ночь, как мне казалось, когда я зашла в комнату (убеждать комендантшу меня впустить пришлось Джеролду, но его обаяния и небольшой суммы вполне было достаточно, чтобы никакие записи в моё личное дело не вносились о неподобающем образе жизни), а она начала кричать, только я переступила порог:

- Где ты была? Я так переживала, - заламывала она руки, подскочив мне навстречу.

- Да ты что? – не удержалась я от иронии. Сейчас эффект от её «лекарства» спал, так что хотя бы в этом плане я могла быть спокойна, но вот спокойно относиться к тому, что она натворила несколькими часами ранее, я не собиралась.

- Да, ты же знаешь. Том ничего не понял, хотел дождаться твоего возвращения… Где ты была?

- Предавалась разврату, как ты и хотела. – не могла сдержать язвительности.

- Я не хотела. Это всё случайно. Прости меня, но где ты была на самом деле? – то есть поверить в то, что я «использовала» её зелье по назначению она не может?!

- Я же уже сказала…

- Не может этого быть.

- Это почему же? – хмыкнула я, намереваясь переодеться и пойти в ванную комнату.

- Но ты же… Ты девушка… Как же девичья честь?! – опять мы об этом. Кажется, у меня на нервной почве задергался глаз и губы тоже подрагивали.

- То есть когда ты хотела напоить Тома этой гадостью, от которой он бы начал к тебе проявлять повышенный интерес, не имеющий ничего общего с сохранением девичьей чести, тебя это не смущало? А моя честь очень даже важна, так, что ли?

Марго всхлипнула и отвернулась от меня, я же продолжила разоблачаться – ботинки полетели в сторону, одежда куда-то мимо стула, про шкаф я вообще забыла, заколки и прочее вообще оказались где-то на полу. Всё-таки эффект нервозности имелся, но хоть не озабоченности и на том спасибо.

- Прости меня. Это я во всём виновата. – он тихо заплакала, спрятав лицо в ладошки. Мне стало неловко, если честно. По всей видимости, подруга решила, что я берегла честь, достоинство и прочее давно потерянное (хотя, кажется, у нас с ней уже был разговор, что их давно нет), отчего чувствовала себя виноватой. Что ж, пожалуй, стоит её успокоить. Здесь, конечно, XIX век, но отношении к девственницам в моем мире XIX века и нынешнем несколько отличались – предпочтительнее, чтобы девушки до замужества были чисты, но всякое бывало, просто об этом не особо распространялись. Но и такой неразборчивости, какая существует в моём мире XXI века, конечно, здесь точно не было. Поэтому понятна паника Маргариты.

- Успокойся, дорогая, всё нормально. Беспокоиться не о чем. – похлопала я её по плечу – не умею успокаивать людей; могу выслушать, но говорить какие-то приятные успокаивающие слова – это точно не моё.

- Не о чем? То есть ты… Тебя не… Ты…

- Нет смысла оплакивать то, что было давно потеряно, - сказала я как можно вежливее. Надеюсь, она поймёт, о чем речь. Поймёт ведь?!

- О-о! Я думала, что в прошлый раз ты всё-таки шутила, – она прикрыла рот ладошкой и испуганно на меня уставилась, выпучив глаза.

- Ого, - брякнула я, направляясь в сторону ванной, - но больше так не делай. Это отвратительно, когда ты не можешь контролировать собственное тело и эмоции. Никакие привороты не помогут тебе обратить на себя внимание другого мужчины, если он сам того не захочет, так что не стоит оно всего. Пусть он за тобой бегает, а не ты за ним.

С этими словами я скрылась за дверью. Вернувшись, обнаружила, что свет уже был погашен, но Маргарита не спала.

- Да, я ему совсем не нравлюсь. Хотела попробовать последнее средство, но теперь вижу, что сама судьба против… Если я ему не нужна, значит и он мне не нужен…

- Сильно расстроилась? – укрылась я одеялом. Спать очень хотелось.