В плену железной госпожи

Глава 9

Доспех весил не меньше полутора пудов, и даже после рубки угля и плотной мясной диеты принц едва держался на ногах. И это несмотря на то, что латы представляли собой настоящее произведение искусства, за которое любой вальдранский рыцарь отдал бы все, включая жену и многочисленных отпрысков. Идеально ровная ковка, плавные изгибы, отличное прилегание, хороший обзор и минимум уязвимых мест – если бы ведьма не была такой мразью, то сделала бы состояние на кузнечном ремесле. Но кузнец – человек подневольный, а эта гадина жить не могла без крохотной, но все-таки короны.

– И щит не забудь, - хозяйка крутанула тяжеленным полуторником с такой легкостью, что Амис засомневался в обещании не использовать магию.

Впрочем, какая разница? Это просто очередное развлечение, завязанное на боли и насилии: вчера кнут, сегодня – драка, завтра еще какая-нибудь пытка. Когда чужие страдания доставляют такое же удовольствие, как пьянице – кружка браги, легко пристраститься и совсем потерять берега. А если пагубная привычка еще и подкрепляется практически непреодолимой силой и полнейшей безнаказанностью, в мире и рождается чистокровное зло.

– Готов? – и, не дождавшись ответа, крикнула. – К бою!

Как уже было упомянуто, принц частенько посещал турниры, а там конные стычки порой заканчивались пешими поединками. И назвать его совсем уж несведущим в ратном деле нельзя, но теория, как любил говаривать учитель естествознания, бесполезна без практики, а с ней-то у Амиса полный швах. И все, что он смог повторить из увиденного на ристалище – это прикрыть треугольным щитом лицо и рубануть клинком из-за головы, точно перед ним стоял не живой соперник, а сухое полено.

Удар вышел настолько медленным, что ведьма не стала даже принимать его на щит или блокировать мечом, а просто отшагнула. Парень же не удержал равновесия и загрохотал вперед, думая не о драке, а о том, как бы помягче приземлиться. И вот тут соперница так огрела его рукояткой по шлему, что узник рухнул уже на спину.

– Кто так двигается? – возмутилась мучительница. – Ты что, пьяный? Где злоба? Где ярость? Врежь мне как следует, или приведу сюда Инну и буду сечь за каждый твой промах!

Парень перевернулся на живот и кое-как встал, упершись острием в пол. Бойцы вернулись на исходные, после чего Амис повторил удар, но теперь получил по куполу не относительно легким эфесом, а щитом, весящим примерно в треть доспеха. В глазах потемнело, земля ушла из-под ног, и из полуобморочного состояния вывел гневный крик мегеры:

– Тащи сюда эту клушу!

Облитое огнем сердце рвануло в галоп. Узник и под пытками бы не вспомнил, как вскочил и кинулся на ведьму, потому что пришел в себя от оглушительного лязга. Тварь лежала под ногами, заслонившись щитом, а юноша держал меч двумя руками, как кирку, и рубил, рубил, рубил, без устали вскидывая и обрушая увесистую сталь. В настоящей схватке это, скорее всего, была бы уверенная победа, но затупленное лезвие не могло прорубить металл, как Амис ни старался. И когда огнем ожгло легкие, а в селезенку вонзилась каленая игла, ведьма ударила латными сапогами по ногам, и на земле уже оказался принц.

– Так-то лучше, - она села на колени, сняла шлем и поправила шелковую ленту, какую носила вместо вуали. – Но слепая ярость – первый шаг в могилу. Гнев должен пробуждать силы, а не затуманивать взор. Не давай злости управлять собой, иначе погибнешь.

– Понял, госпожа. На этом все? Я могу идти?

– То есть, все? – тонкая бровь изогнулась вопросом. – Мы только начали. Разве тебе не интересно побороться со мной на равных?

– Я бы предпочел вернуться в шахту.

– Это всегда успеешь. Слушай, а давай драться на спор? Вы, мальчики, любите всякие такие штуки, верно?

Амис промолчал, ожидая подвоха.

– Итак, моя ставка, - она в раздумьях закусила губу. – Если выиграешь ты, дам вам с Инной выходной. Никаких правил, никакой работы – развлекайтесь, как хотите. Если выиграю я, этот выходной проведешь со мной. И будешь делать все, что пожелаю.

– Я только этим и занимаюсь, причем без всяких споров. Что мешает просто приказать?

– Азарт. Ты что, не любишь щекотать нервишки? Как-то не очень вяжется с образом похотливого гуляки.

– А если откажусь?

– Тогда твой гульфик станет в два раза меньше. И в прямом, и в переносном смыслах, - в подтверждение слов ведьма качнула пальцами, и Амис поморщился, чувствуя нарастающее давление в паху, будто причинное место оказалось промеж тисков.

– Ты же обещала…

– Я в курсе. Но сейчас не бой, так что все честно. Не пойму, неужели не хочешь побороться за целые сутки отдыха для подружки? Из меня такой же дуэлянт, как из тебя – монах. Шансы почти равны, так чего ты боишься?

– Ладно, - просипел пленник и протянул руку. – Спорим.

– Отлично! – прикрикнула чародейка с девичьим задором и ответила крепким рукопожатием. – Но для чистоты пари предлагаю немного отдохнуть и перекусить. И драться уже со свежими силами. Согласен?

– Да.

– Да, госпожа, - поправила мегера и отвесила парню оплеуху – увесистую, несмотря на шлем. – Идем.

Вопреки ожиданиям, они пришли не на балкон, где хозяйка имела обыкновение трапезничать, а к бассейну. Похоже, подземные цеха запустили на полую мощность – вода в каменной чаше исходила паром, а порода вокруг чуть заметно дрожала, срывая со стенок сонмы пузырьков.