В погоне за мечтой

Глава 1. Никки.

НИККИ

Знаете дни, когда абсолютно всё идёт не так? Когда все обстоятельства против тебя. Наверное, такое случалось с каждым. Хоть раз.

Кто-то говорит, что нужно просто расслабиться и плыть по течению. Но я из тех, кто до последнего сопротивляется и старается держаться на плаву. В итоге всё становится ещё хуже. Вселенная словно испытывает тебя на прочность. Ты теряешь контроль и единственное, чего тебе хочется — просто лечь и разрыдаться.

Так вот, боюсь, что сегодня один из таких дней. И он ещё даже не закончился. Утром я проспала на важную лекцию, потому что ни один из пяти будильников не сработал, потом профессор не принял экзаменационную работу, на которую я потратила несколько недель, а по пути сюда меня обрызгала машина.

И если честно — я на пределе.

Единственное, что меня сейчас радует, — погода.

Начало апреля в Бостоне выдалось восхитительно холодным, обычно в это время года я уже умираю от жары. Поэтому сейчас вместо того, чтобы войти внутрь, я расстёгиваю пуговицы на длинном чёрном пальто и наслаждаюсь слабым ветром.

Нехотя поднимаю голову, осматривая пятиэтажное здание редакции, которое видела уже десятки раз, и обречённо вздыхаю.

Когда я впервые пришла сюда — во мне ещё были надежды на успешное будущее журналиста. Но университет почти полностью уничтожил мою веру в себя, а стажировка в редакции каждый день продолжает убивать остатки всего, что когда-то было моей мечтой.

Дерьмо.

И когда жизнь успела стать такой?

Залпом допиваю остатки крепкого американо без сахара и наконец поднимаюсь на третий этаж, не желая выслушивать нотации по поводу опоздания.

На входе в отдел меня встречает уже привычный рабочий хаос: шум голосов, стук по клавиатуре компьютера и телефонные звонки.

И посреди всего этого огромного пространства с высокими потолками и окнами во всю стену невозмутимо стоит Джина Ривера — заместитель главного редактора газеты, который по совместительству ещё и директор всей этой… вакханалии.

На Джине как всегда идеальная укладка тёмно-рыжих волос, которые отливают красным оттенком. Её великолепный макияж и безупречно выглаженная одежда заставляют меня снова разочароваться в своей жизни.

Вокруг суетятся секретари и журналисты разных отделов, которым она раздаёт указания. Я пробираюсь сквозь толпу, чтобы получить своё.

Снимаю чёрные солнцезащитные очки, без которых никогда не выхожу на улицу, даже если за окном глубокая ночь. Мои глаза в ужасе от такого предательства и пытаются привыкнуть к свету.

— Добрый день, мисс Ривера.

Разумеется, в мыслях я позволяю себе обращаться к ней по имени. Однако делать это вслух, особенно в рабочей обстановке, — плохая идея.

Сначала обращение к ней по фамилии казалось непривычным, потому что Джина выглядит очень молодо. Внешне она производит впечатление моей ровесницы.

Но, учитывая, что я в свои двадцать три только заканчиваю университет, думаю, Джина всё же на несколько лет старше.

— Твоё задание на сегодня, — она протягивает мне несколько листов бумаги и флешку, собираясь перечислить список дел.

— Полить цветы во всём здании? — перебиваю я безжизненным голосом, но она не реагирует на колкость.

В подчинении Джины журналисты и редакторы всех отделов. Раньше я думала, что человек с такой должностью, как у неё, сидит в своём кабинете с кучей организаторской работы и тонной бумаг. И, наверное, большинство так и делают, но только не она.

Что я точно успела понять за эти несколько недель стажировки — Джина просто помешана на контроле. Она лично проверяет работу почти каждого сотрудника.

Безумие.

Иногда я задаюсь вопросом, спит ли она вообще когда-нибудь.

— Нужно расшифровать несколько аудиозаписей, сделать копии файлов и разобрать почту. И раз уж ты не сильно занята, после этого можешь полить цветы.

Джина говорит это без тени самодовольства и злобы, совершенно равнодушно и обыденно, как чистка зубов по утрам.

За несколько недель стажировки я ещё не видела, чтобы кто-то вывел её из себя. Мне казалось, она контролирует всё, что только можно контролировать в этой жизни. Вероятно, именно поэтому и работает на такой высокой должности в таком молодом возрасте.

— Редактор читала статьи, которые я отправила? Прошла уже неделя, — пытаюсь надавить на неё, потому что кажется, что терять уже нечего. Разве что цветы во всём здании умрут после моего ухода.

— У неё много работы. Тебе придётся подождать, — на лице Джины снова никаких эмоций.

Я знаю, что она делает. Снова этот стандартный ответ. Но на этот раз решаю промолчать и пойти к редактору лично.

Снимаю пальто, оставаясь в чёрных джинсах и такого же цвета боди с длинным рукавом и открытой шеей. Откидываю назад длинные чёрные волосы, из которых выбиваются несколько платиновых прядей.

Мой стандартный набор в причёсках — это хвост, небрежный пучок и распущенные волосы. И раз уж вчера вечером я успела помыть голову — сегодня третий вариант.

Молча забираю из рук Джины бумаги и флешку, чтобы пройти к своему рабочему столу. Он скромнее, чем у других: только монитор и пару блокнотов. У остальных всё завалено газетами и стопками бумаг.

— Эй, Фостер, — небрежно протягивает знакомый голос за моей спиной.

Ну разве мог этот день стать ещё прекраснее?

Зак Дэвис — мой однокурсник, ошибка природы и просто кусок дерьма.

Устало оборачиваюсь, не имея никакого желания разговаривать с ним.

— А я уже начала переживать, что не увижу тебя, — с наигранным беспокойством прикладываю руку к груди.

Каждый день в редакции начинается с его попыток вывести меня из себя.

— Какие планы на сегодня? Будешь носить кофе из Старбакса или драить полы? — он самодовольно ухмыляется.

Я пренебрежительно осматриваю его внешний вид: спутанные тонкие пряди белых волос торчат в разные стороны, напоминая сено. Яркая толстовка. И всё те же узкие джинсы, которые обтягивают и без того худощавые ноги. Полная безвкусица.