В погоне за Северным ветром

Глава вторая

Милослава

Июнь в этом году выдался ветреным, дождливым и по-настоящему противным, поэтому впервые с начала лета я стояла, задрав голову к самым облакам и вдыхая жаркий воздух, пропитанный солнечными лучами насквозь. Обожаю жару, песок, синее безоблачное небо, раскаленный диск солнца, прибой. Шум камушков и набегающей волны для меня, как колыбельная, а стрекот насекомых и пение птиц в парке возле университета сегодня – это гимн наступившему, наконец, лету.

-Мил, идешь? – толкнула меня в бок подруга, зевая и прикрывая ладошкой рот. С самого утра у нас нервотрепка – последний в этом году экзамен у жуткого монстра – преподавателя по компьютерному моделированию одежды, которого ненавидел весь наш факультет. Сдать у него зачет зимой перед самыми праздниками значило получить лучший подарок на новый год, а вот экзамен у Суворова – это ни с чем ни сравнимое удовольствие.

-Не хочу домой, - скривила я лицо, поправляя очки, - на улице такой кайф!

Но Регина только вяло отмахнулась от моих эмоций, утыкаясь глазами в экран телефона.

-Мне нужна перезагрузка, - сонным голосом произнесла она, поднимая голову и оглядывая проезжую часть и территорию парка, следовавшую дальше. – Давай найдем тенек и завалимся на лавочку, поедая мороженое? Или на пруд? – ее глаза загорелись азартом.

-Пошли, - согласилась я с улыбкой, снова задирая подбородок к небу. – Невероятная погода, а дышится как легко!

-Угу, - пробурчала Регина. – А еще мы сдали последний экзамен, а у меня на душе кошки скребут и во рту осадок горечи. В туалете ревет Света, у дверей кабинета очередь запуганных перваков, на нашем любимом месте на парапете Свиридова с Нестеровой обсуждают, как хреново нам живется на белом свете. Я от всего этого дурею, Мил!

-Расслабься, - погладила я подругу по сгибу локтя. – Мы же со школы с тобой об этом мечтали, все детство рисовали эскизы одежды, в бумажных кукол играли.

Регина как-то странно на меня посмотрела и только плечами в ответ пожала.

-Пошли, Мил, родители позже названивать устанут, спрашивать, как у меня дела. Они же все жилы мне вытянут, когда узнают, что я сдала на слабенькую троечку, а я очередной нервотрепки не выдержу, свалю в какой-нибудь монастырь.

-Там парней нет, - подколола я подругу, которая обожала красивых представителей мужского пола. Иногда мне казалось, что она их коллекционирует, как трендовые вещицы или как туфли, к примеру. Нет, вы не смейтесь, но у Регининой мамы реальный бзик на туфлях известных брендов, потому что она их не носит, а покупает и ставит на полочку, чтобы ими любоваться. Вот и Регина пошла в мать – ходит с красавчиками на свидания, фоткается и создает коллажи, а серьезные отношения не заводит.

-Найду! – фыркнула Регина, и я согласно кивнула в ответ. Что правда, то правда, моя подруга, если захочет, и в женский монастырь протащит какого-нибудь красавчика. Вот только она редко думает о последствиях, и я частенько наблюдаю, как из-за легкомысленности и ветрености Регины страдают ее бой-френды.

В отдаленной части парка не так шумно. Здесь нет детских игровых площадок и лавочек, ларьков с мороженым и вареной кукурузой, проката велосипедов и самокатов, зато есть идеально подстриженный газон, маленький прудик и уточки. Мы с Региной обожаем это место, куда редко кто ходит. То ли близость заброшенного парка аттракционов пугает мам и малышей своей мрачностью, то ли отсутствие лавочек и удобств, не знаю. Нас с Региной все устраивает, даже вид ржавых качелей и покосившегося колеса обозрения!

-Бошшше, - шепелявит подруга с полным ртом, набитым фастфудом, - это лучший день в моей жизни. Я вот прямо сейчас это поняла, когда села на траву и вытянула ноги!

Я рассмеялась и присела рядом с Региной, разворачивая мороженое. Тень от раскидистого каштана падала прямо на нас, плеск воды и запах травы густо оплели меня звучанием и сладкими, терпкими ароматами, в душе царила настоящая гармония, а еще уточки смешно ныряли головой в пруд, доставая кусочки водорослей и деловито заглатывая их с задранными к небу головами.

-Чем теперь собираешься заниматься? – спросила меня Регина, дожевав. Мы до сих пор не обсуждали с ней планов на лето, потому что боялись, что нас ждут пересдачи и зубрежка, но теперь можно поговорить открыто о будущем.

-Выйду пару раз на пленэры, меня приглашали девочки из художки, - неопределенно дернула я плечом, - с родителями заграницу прокачусь…

-Мила, - застонала Регина, утыкаясь носом в ладони. – Ты так легко говоришь о поездках заграницу, как будто собралась в Подмосковье на электричке, - страдальчески выдала она на одном дыхании. И я вмиг погрустнела. Эта тема нередко заходила в разговорах между мной и Региной, с самого детства. Ее мама работала в нашем доме горничной, и мой отец всегда противился нашей с Региной дружбе, но позже махнул рукой. Подруга говорила, что старается не завидовать моей безбедной жизни, но признавалась, что получается у нее плохо.

-Регин, я бы могла уговорить папу… - начала я, но она покачала головой.

-Нет, Мил, только не это! Не благотворительность со стороны твоего предка, от вида которого у меня мурашки по спине бегут. При всем уважении, он у тебя настоящий дьявол!

Я тяжело вздохнула и согласно закивала, признавая правоту подруги. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понимать, как отец в лихие девяностые заработал свои первые деньги. История об этом умалчивает, вернее, от меня тщательно скрывают правду, но наколки по всему телу отца, его жаргон, который и по сей день проскальзывает в речи, когда он злится, его жуткие друзья, от вида которых у меня дрожат колени – все говорит о нечестной организации охранного бизнеса Шеповалова Виктора Викторовича.

-Тогда, давай оставим эту тему, - предложила я Регине. – Лучше придумай, как отметим окончание сессии?

-А что тут думать? – пожала Регина плечиками. – Станислав пригласил меня на тусовку на крышу шикарного особняка к его бывшему однокласснику, который деньги лопатами гребет.