В погоне за Северным ветром

Глава десятая

Бронислав

«Мне девятнадцать, и я ни разу не водил девчонок на свидания!»

Эта мысль не давала мне покоя с того самого момента, как из дверей ресторана выпорхнула тоненькая фигурка Милы в длинном платье, которое придавало ей воздушности и нереальности. Девушка дергано оглянулась через плечо, повертела головой из стороны в сторону, близоруко сощурившись, и я некстати вспомнил, что у меня в кармане остались ее очки.

-Трогай, - приказал я водителю отца, - подхватим вон ту девчонку у входа.

-Понял, - бесстрастно ответил мужчина, останавливаясь аккурат напротив Милы. Я открыл дверь и потянул девушку в салон, увидев на ее овальном личике испуг.

-Я так и знал, что ты не выдержишь и сбежишь, - прошептал ей прямо в ушко, ощущая рукой, как сильно бьется ее сердце.

-Ты сумасшедший, - сдавленно пискнула Мила, резко отодвигаясь от меня и ставя преграду в виде двух ладошек, которыми она упиралась мне в грудь. – Я хочу домой.

-У меня другое решение нашей общей проблемы, - ответил я девчонке, выдавая одну из самых обаятельных улыбок, которые имелись в моем арсенале. – Нам обоим не мешало бы стереть воспоминание об этом неудавшемся обеде.

Меня снова кольнула мысль, что я ни разу не водил девчонок на свидания! Рита никогда особо и не требовала от меня романтики, разве что просила, чтобы я время от времени дарил ей цветы. Эти букеты она приносила домой, чтобы родители отстали от нее с вопросами о личной жизни.

И что теперь делать с Милой? Куда ее везти? Чем впечатлить настолько, чтобы воспоминания о нашем неудачном знакомстве на крыше стерлись из ее памяти?

-Ты прав, обед действительно не назовешь удачным.

Мила откинулась на сидение и расслабилась, прикрыв веки. В руках она сжимала крохотную сумочку с такой силой, что костяшки побелели и выдавали ее волнение.

-У тебя там бомба? – пошутил я, схватив ремешок и потянув на себя.

-Нет! Не трогай! – слишком громко вскрикнула Мила, пряча от меня сумочку за спину. – Не обращай внимания, - попыталась она улыбнуться, но у нее плохо получилось из-за дрожащих губ.

-И кто успел тебя обидеть за те недолгие десять минут, которые я отсутствовал? – приподнял я бровь, убеждаясь, что Мила расстроена, и на этот раз не я виноват в ее состоянии.

-Никто, - слишком поспешно ответила девушка, переплетая тонкие пальчики. Опустив лицо, она прикусила губу и несколько раз глубоко вздохнула. – С самого утра неважно себя чувствую, - явно врала мне Мила, стараясь избегать прямых взглядов. – Поссорилась с папой и никак не могу переключиться.

А вот это походило на правду.

-Я каждый день ссорюсь с братом, тебя это утешит? – попытался подержать я Милу, и она открыто улыбнулась, опуская плечи.

-Но не с родителями? – спросила, посмотрев, наконец, прямо мне в глаза.

«Красивая!»

Большие глаза ярко-синего цвета с мелкими карими вкраплениями казались мне наивными глазами ребенка, а взгляд Милы магнитом притягивал к ее овальному личику и пухлым губкам. Мелкие веснушки на тонкой переносице, темные брови и длинные темные ресницы, которые Мила не красила и точно не наращивала, делали ее похожей на девчонку. При нашем первом знакомстве я думал, что Мила – однокурсница Ивана и Вадима, но, встреть ее сейчас, не дал бы ей и восемнадцати.

-Нет, с родителями я держу нейтралитет, - отшутился я от вопроса Милы, отводя от ее лица взгляд. – Мы общаемся на безопасные темы и редко в разговоре друг с другом затрагиваем что-то личное.

-И тебя это расстраивает? – спросила она, проявляя то ли любопытство, то ли заинтересованность во мне.

-Иногда, - не стал я вдаваться в подробности, но Мила продолжила разговор, который мог завести нас неизвестно куда.

-А мы с мамой практически не общаемся. Нет, она, конечно, интересуется моими делами, но мне кажется, что делает это только потому, что папа ожидает от нее чего-то подобного. Знаешь, в моей семье все подчиняются суровому взгляд отца, - она рассмеялась, но я слышал, что веселья в этом смехе мало.

-Тиран и деспот? – приподнял я вопросительно бровь.

-Не то слово! – округлила она глаза, которые стали похожи на два блюда. – Мои очки, - неожиданно потянулась Мила к карману пиджака.

-И зачем ты носишь эти дурацкие очки? – не выдержал я, все же доставая очки из кармана и отдавая Миле. – Они тебе не идут.

-Не знаю, - девчонка привычным движением водрузила на тонкую переносицу нелепую массивную оправу, и сразу стала похожа на профессора Трелони, вещающую о таинстве космического пространства. Даже сосредоточенно-нахмуренное личико Милы и ее серьезный взгляд говорили мне о том, что она витает где-то далеко.

-Куда едем? – отвлек меня от Милы водитель, который все это время ехал по центральной дороге.

-К голубому озеру, - коротко бросил я в ответ, вспоминая, что на даче мы не были года два, если не больше. Отец купил ее давно, когда мы с мамой появились на пороге его дома. Несколько лет подряд мы выбирались к озеру всей семьей, проводили долгие летние каникулы на песчаном берегу, радуясь близости леса и отдаленности города, а потом у отца начались проблемы на работе, и он стал пропадать в офисе днями и ночами. Все реже и реже мы выбирались на дачу, а, после окончания мной школы, и вовсе ее забросили. Хорошо, что отец поселил там свою престарелую сестру, то ли троюродную, то ли четвероюродную. Екатерина Остаповна заботилась о нашем доме и жила там постоянно, уезжая к себе на квартиру только тогда, когда мама сбегала ото всех на дачу. К сожалению, и мама последние два года так увлеклась работой в Фонде, что совершенно забыла про отдых.

-Мил, поваляемся на горячем песочке? Я так задолбался носить этот костюм, у меня от него все тело чешется, - взмолился я, показывая на рыцарский доспех, в который меня упаковал Гавр. Мила рассмеялась и согласно кивнула.

-Я сама не выбиралась из города все лето, - сказала она грустным голосом. – Дом родителей недалеко от Москвы, но в поселке есть и река, и даже небольшая березовая рощица, но сначала экзамены, а потом… - Мила пожала плечами, явно не желая делиться подробностями.