В погоне за силой

Глава 16. Его сиятельство граф Томас Раннер 

Все мои дела были завершены в срок: комплект брони у мастера Эдуарда получен, занятия в школе фехтования отработаны, все мои основные амулеты и артефакты заменены на новые, с большими сапфировыми накопителями, одежда почищена и приведена в порядок. Я вымыт и побрит, от меня даже приятно пахнет модным одеколоном.

В обозначенное время я явился в центральное управление Тайной канцелярии. Дежурный у входа подробно объяснил мне, куда надо идти. Я предполагал, что меня сопроводят, не позволив ходить по помещениям Тайной канцелярии всяким, к тайнам не допущенным, но нет, всего лишь «два налево, три направо — и вы на месте».

Здание Тайной канцелярии, высокое, с колоннами и барельефами, находится в самом центре столицы. Глядя на него, ощущаешь мощь, несокрушимость и монументальность. Не меньше, чем фасад, внушают уважение его коридоры: стены украшены лепниной и затянуты зелёными гобеленами, в массивных рамах — портреты суровых мужчин при мундирах с наградами с умными и решительными лицами, мраморные полы застелены серыми дорожками: всё очень серьёзно и торжественно. Даже служащие, которые встречаются время от времени, молчаливы и преисполнены важностью порученного им дела.

Через несколько поворотов и переходов я вышел к интересующему меня залу. Даже непонятно, зачем полноразмерный бальный зал в Тайной канцелярии. В центре этого помещения за длинным столом собирались люди — больше двух десятков человек, одетых преимущественно в украшенные замысловатой вышивкой мантии.

При моём появлении взгляды всех присутствующих устремились на меня, и я услышал раздражённый голос одного из магов:

— Сударь, тут, значит, не отбор в гвардию проходит, тут, значит, серьёзные люди собираются.

«Какой неприятный тип», — подумал я, глядя на говорившего. Почти тощий, мешковатая мантия висит на нём, взгляд озлобленный. Я постарался придать лицу вид лихой и придурковатый и широко улыбнулся:

— Знаете, уважаемый, я люблю послушать умных людей. Мой папенька, светлого ему посмертия, всегда говорил: «Слушай умных людей! Глядишь, и сам поумнеешь». Так что я с вами туточки посижу.

— Это вряд ли, — ещё недовольнее пробухтел маг; видимо, рассмотрел мою ауру.

А я демонстративно оправил свою перевязь с клинками и стал рассматривать присутствующих. Да уж, на фоне собравшихся я выглядел действительно как кандидат в гвардию. И дело тут не в оружии. Какие-то все тощие или, наоборот, пухлые, плечи у всех узкие, к тому же многие сутулые.

И тут мне вспомнилась одна фраза Зои. Между сеансами любви я сказал, что она ненасытная и, не будь у меня талиара, я бы не смог её удовлетворить. На что она мне ответила: «Не будь у тебя талиара, я бы на тебя, скорее всего, даже смотреть не стала, не то что в свою постель пускать». Меня это несколько обидело, и я решил, что сказанное раскрывает её нравственные ценности не с лучшей стороны. Однако сейчас понял, что она имела в виду: постоянно находясь в компании физически красивых, подтянутых и сильных людей, начинаешь воспринимать их как норму, как стандарт. А тут маги, которые не очень-то утруждают себя физической активностью, привыкли полагаться на силу заклинаний и выглядят, мягко говоря, не очень. Да что там говорить, я сам сравнительно недавно мало от них отличался. Оглядев собравшихся женщин, я мысленно скривился: все, кроме одной, выглядели не лучше коллег-мужчин.

А вот та одна, как роза среди сорняков, притягивала взоры всех собравшихся. И не только костюмом степнячки. Высокая, стройная, с безупречно белой кожей, роскошными серебристыми волосами, заплетёнными в косы, с гипнотическим взглядом ярко-фиолетовых глаз и очень красивая.

Расположившись за столом чуть в стороне от остальных, чтобы не глазеть на степнячку, я принялся рассматривать интерьер зала. Просторное помещение освещалось через высокие, больше человеческого роста, стрельчатые окна, открывавшие отличный вид на купеческий квартал, спускавшийся плавными уступами к Иврату. Первым привлёк моё внимание парадный портрет нашего возлюбленного короля Эльдара Второго, благословлённого звёздами. Никогда не видел короля лично, и мне трудно сказать, как сильно доработан образ правителя художником, но человек на портрете внушал почтение: величественная поза, роскошные одежды, на плечах —чёрный длинный плащ, расшитый золотом, как символ благословения небесными силами, в руках — булава, олицетворение земной власти, а на голове — корона из чёрного металла, инкрустированная крупными сверкающими алмазами, из-под которой вьются волосы цвета воронова крыла, обрамляя правильные черты лица и открывая проницательный, мудрый взгляд. Затем я уставился на великолепные напольные часы из редкого каменного дуба, очевидно, работы штейнских мастеров: вместо цифр их золотые стрелки указывали на изображения разных птиц, среди которых я узнал петуха, филина и того тетерева-глухаря-рябчика, которого съел в лесу близ Кларье. Под стать часам был и огромный шкаф из того же каменного дуба со множеством изящных отполированных бронзовых ручек на маленьких и больших дверках и ящичках.

За разглядыванием огромных люстр и прочих канделябров прошло минут десять. И тут в зал, как раскалённый огненный шар, ворвалась невысокая волшебница с копной волнистых ярко-рыжих волос до плеч, одетая в чёрно-красный охотничий костюм. По её губам я прочитал одно слово: «Успела». Тяжело дыша, девушка решительно направилась к столу и плюхнулась на стул рядом со мной. На фоне остальных она смотрелась очень даже привлекательно: светло-зелёные глаза, на прямом небольшом носике россыпь веснушек, а губы красные и сочные. Наряд девушки позволял рассмотреть фигуру, и округлости её тела радовали мой взгляд. Даже некоторая пышность её не портила.