В погоне за Светом

Пролог

— Ты не хуже меня знаешь, что Свет оставляет наш мир!

Голос наставника прозвучал громом, оставив после себя мёртвую, глухую тишину на несколько долгих минут. Даже привычное этим залам эхо испуганно молчало, забившись в щели между камнями.

Он сказал это. Признал вслух то, о чём остальные говорили только шёпотом на грани слышимости, под покровом ночи и тайны, передавая друг другу, как какую-то пугающую жуткую легенду. И крайне постыдную. 

— Это только слухи, — голос Аттаса стал ровным, хотя еще недавно он кричал, кричал до хрипоты, яростно споря. — Слухи, дошедшие до нас с кораблями из сухого мира. Мы не можем доверять слухам, мастер Рагн.

— Официально никто не признает этого, пока не станет поздно, — наставник фыркнул, проведя когтём по маленькому чёрному камушку в руке. Высеченная искра упала на забитую в трубку траву, создав густой и пряно пахнущий дымок, взвившийся вверх тонкой лентой. — Многие не чувствуют этого. Наш род мельчает, Аттас, становится слабее, мир неумолимо умирает, а не меняется, как говорят эти слабаки. Когда ты в последний раз получал письма о том, что в великом клане появлялись наследники?

Аттас скривился: наставник был прав, последнее время ни в одном Великом Доме не появлялось детей. Последним рождённым был огненный Риум, который пал, не достигнув совершеннолетия, от неизвестной хвори, — а ведь прежде драконы не знали болезней. Это было показательно. И страшно. Сначала говорили о проклятиях, об отвернувшихся богах, о происках других рас. Теперь же — о том, что Свет уходит.

— Наш род? — не желая уступать старику, поинтересовался молодой дракон. Он опёрся бедром о каменный стол Совета, за которым сейчас находилось лишь трое драконов. Он, мастер Рагн и я, пытающаяся не отрывать взгляда от карты. — Или ты хотел сказать, что род наземников? Меня не волнуют дела сухопутных ящериц, возомнивших о себе слишком многое.

— А ведь всё началось с Раскола, Аттас, — наставник, судя по вздоху, банально устал спорить с упрямым учеником. Но и просто оставить это не мог. — После того дня, когда драконы разделились столь резко и остро, Свет начал покидать нас. Только мы, крылатое племя, способны хранить его, удерживать и нести по миру, и только вместе. Жаль, что многие забыли об этом. В том числе ты.

И вновь тишина; Аттас и наставник отвернулись друг от друга, задумавшись каждый о чём-то своём. Кузен так сильно вцепился зубами в собственную губу, что я ощутила запах крови — наш новый Ведущий нервничал, разрываясь между взглядами нового поколения, старой ненавистью и гласом мудрых. Он кинул на меня короткий, нечитаемый взгляд, и я сочла это приглашением: зашедший в тупик диалог следовало продолжить, чтобы определить, что эти спорщики всё-таки решили. Потому что меня это касалось напрямую.

— Я понимаю и принимаю твои взгляды, мастер Рагниум, — выцарапывая когтём маленький крестик на нужном мне море, я подняла взгляд на наставника. — Стена ненависти, проложенная между водой и сушей, угасающий Свет... страшно, безусловно. Но позволь узнать, как ко всему этому отношусь я?

Наставник добавил травы в трубку, ещё раз высек из камня искру, раскурил и только после этого соизволил мне ответить.

— Семья Ведущих, безусловно, достаточно велика, милая Сиан, — мне невольно вспомнились все мои кузены и кузины, тёти и дяди, яркие, пёстрые и на диво мирные драконы. — Но этот Отбор — первый за столько лет, и на него мы должны отправить только самую достойную. Показать своё расположение и готовность, когда придётся, воскресить былые союзы.

Аттас оскалился. Я увидела, как блеснули его изменившиеся клыки, которыми он громко щёлкнул в воздухе, вызвав у мастера недовольный и косой взгляд. 

— Достойную? В таком случае возьмите старшую сестру Ата, там действительно воспитанная и вовсе не такая мягкотелая драконица, как остальные. Ей достаточно лет, чтобы она знала, что и как кому говорить, представляя свой народ. Это, конечно же, если Ведущий вообще одобрит идею посетить Отбор. 

Короткий, одобрительный взгляд кузена, который за столько лет нашей разлуки сильно вырос внешне, но внутри всё так же остался задиристым, бойким мальчишкой. Именно его характер сделал ему честь: в отличие от остальных мягкотелых родственников, Ат и его сестра Лу умели за себя постоять, защищать друзей, и не стеснялись, если приходилось, драться. Поэтому Аттас теперь Ведущий для всех водных драконов, а Луса — старшая леди рода, на руку которой отныне облизываются слишком многие. И не только драконы.

Политика. Ненавижу политику. Именно от неё я пятнадцать лет назад сбежала в самые глубины нашего царства, не желая играть в интриги и тайны, плести заговоры и ставить свою шею под удар. И политика же силком приволокла меня обратно. 

— При всём моём уважении, Луса — стандартный представитель морского рода, и...

И слишком важная персона, чтобы ставить её под возможный удар. Судя по взгляду кузена, не я одна уловила повисшее в воздухе, невысказанное продолжение.

— А я — глубинница, мастер.

Простое слово, в котором крылось многое. Вся моя история, если так посмотреть.

Водные драконы, игнорируя все мнения сухопутных рас об их одинаковости, делились на великое множество видов, кланов, родов, домов и прочих каст: мелководные, коралловые, речные, морские, озёрные, океанические, китовые, змеиные, и прочие-прочие. Каждый род заправлял своим Доменом, определённым синим местом на огромной мировой карте, но вся эта разветвлённая сеть сходилась в подчинении Старшим. Старшему Совету, состоящему из Мудрых; Старшим Кланам, великим и сильным. Ведущему, синонимом к которому являлись людские слова — правитель, император, князь, король. Вся, кроме глубинных — крайне редких драконов-отшельников, одиночек, что выбирали своими домами впадины и ямы, максимально скрываясь от других.