В поисках дракона. Будем жить

Глава 4. Полезные знакомства

Так называемый ряд артефакторов сильно отличался от всех остальных. Здесь было чисто и тихо. Стоило мне перешагнуть невидимую границу, как шум торговой площади потерял значительную часть децибелов, будто мне затычки в уши вставили. Я поковыряла мизинцем в ушной раковине и головой потрясла, удивившись эффекту. Гомон стих, зато я прекрасно слышала, как под ногами поскрипывает дорожка. Пространство между лавками в этом ряду посыпали удивительно ярким кварцевым песком, сияющим на солнце как снег в морозный день.

Я рассматривала выставленные напоказ амулеты, шаманские бубны, маски, гримуары и чувствовала себя Алисой или Гарри Поттером в музее волшебных вещиц. Так увлеклась, что совершенно забыла о цели посещения этого раздела, медленно шла, машинально прижимая к животу крошечную клетку – бывшая хозяйка сиреневого птенца называла её подсетником и позволила не возвращать, ведь после больной птицы туда нельзя сажать других.

Продавцы не показывались на глаза и не вопили, расхваливая свой товар, кто-то сидел на коврике в глубине бутика и медитировал, кто-то флегматично созерцал голубое небо с тонкими облачками, кто-то изучал фолианты. Складывалось впечатление, что продажа не цель для этих персонажей и сама торговля лишь сопутствующее занятие, даже повинность. Поддавшись умиротворяющей атмосфере, я брела по белому песку и дошла почти до середины ряда, когда из ближайшей лавки выскочил седой старик и вцепился в подсетник, заставив меня остановиться:

– Сколько хочешь за птицу?

Я отшатнулась, крепче взявшись за ручку-кольцо:

– Не продаю. Он болен, ищу лекарство.

Старик молодцевато присвистнул, этот сигнал тут же развеял всеобщее дремотное состояние, вокруг нас выросла толпа.

– Продай, продай… – слышалось со всех сторон. – Тебе не справиться с ним! Лиловая Гароуда не подчинится обыкновенному человеку!

– Эй! Эй! Не трогайте! – возмущалась я, отпихивая жадные руки. – Я не собираюсь никого подчинять. Вылечу и отпущу на волю.

– Она ненормальная! Отпустить такую драгоценность!

Вокруг меня собралось столько крепких мужчин, что им ничего не стоило силой отобрать у меня птицу. Этого никто даже не пытался сделать. Все выкрикивали цену, повышая её как на торгах. Руководил этим безобразием старик, первым заметивший клетку в моих руках. То ли взял на себя роль аукциониста, то ли вообще был старшим в ряду артефакторов.

Галдёж усиливался, я пятилась, но скоро пути к отступлению мне отрезали. Я оказалась в кругу рассерженных торговцев. Первое впечатление об этом разделе рынка оказалось обманчивым. Где те милые спокойные люди? Откуда взялась ватага, нацеленная на добычу? С каждой секундой я всё сильнее ожидала какую-нибудь подлость: удар по голове или подножку. Конечно, проще было уступить им, тем более что я не представляла, как ухаживать за нечаянно полученной живностью, но мной руководило природное упрямство: не люблю, когда вынуждают поступать против собственной интуиции, а она подсказывала, что доверить чересчур настойчивым покупателям птичку, за которую я взяла на себя ответственность, я не готова.

***

На моё счастье, в разгоравшийся скандал добавился ещё один голос – высокий, звонкий и вместе с тем властный:

– Оставьте девочку! Она шла ко мне.

Мужчины разом замолчали, начав отходить в стороны, только старик вскинул подбородок и сердито сказал:

– Велла! Я первым увидел Гароуда.

– Это моя клиентка, – спокойно приблизилась к нему очень красивая, довольно молодая девушка с каштановыми локонами, рассыпанными по плечам. – Вас, уважаемый Разухр, не касается, что у неё в руках.

Велла. О ней говорила Салема. С пиететом говорила, утверждая, что это не просто ворожея, а настоящая провидица. Нужно заметить, что выход то ли цыганки, то ли фокусницы производил впечатление. Хотя нельзя утверждать, что я направлялась именно к ней – мне было безразлично, у кого покупать чистящее средство для ботинок и укрепляющее для питомца, однако уверенность Веллы и, главное, возможность вырваться из агрессивно настроенной толпы не позволяли усомниться в справедливости неожиданного заявления.

Я наклонила голову в знак признательности и поздоровалась. Велла тоже кивнула и, указав мне на яркий шатёр, с достоинством поплыла к нему. Я поспешила следом, радуясь опустевшей площадке. Торговцы вернулись к прежним занятиям, как будто и не прерывали их.

Снаружи шатёр казался небольшим. Ярким, расшитым диковинными орнаментами, но не довлеющим над соседними лавками. Зайдя внутрь, я поразилась: да тут целый павильон!

При входе имелся прилавок с браслетами из самоцветных камней, монистами из монет, расшитыми бисером поясками, шёлковыми лентами, прочими украшениями. Чуть дальше на стенах были развешаны платки, шали, шарфы. Я прямо-таки попала в галантерейный бутик, и не простой! Исходящая от каждой выставленной вещицы энергия заставляла поверить в их волшебные свойства.

Я мялась на пороге, не решаясь пересечь границу и шагнуть на дощатый, тщательно выметенный пол.

– Ты чего? – обернулась ко мне хозяйка.

– Ботинки грязные. Мне бы что-нибудь чистящее для начала.

– Разве? – Велла опустила взгляд.

Я посчитала необходимым объясниться:

– В кучу конского навоза наступила, вот и…

Только теперь, принюхавшись, осознала, что не чувствую мерзкого запаха.

– А-а-а, это! – улыбнулась ворожея. – Считай, что уже почистилась. Песок у нас не простой, прошлась по нему, подошвы стали как новые.

Я подняла ногу и убедилась в справедливости услышанного. Действительно, ботинки выглядели идеально, как будто я их только-только с полки сняла, чтобы примерить.

– Ух ты!

Повинуясь гостеприимному жесту, прошла вглубь павильона, всё ещё прижимая к животу подсетник. Птица сидела смирно, никак не проявляя своего присутствия. Беспокоясь за неё, я обратилась к ворожее:

– У вас найдётся что-то укрепляющее для моего питомца? Он отказывался от еды…

Велла усмехнулась: