В поисках истинной

Глава 8. Куртай

Спустя две недели безуспешного поиска Лины к нему подлетел её брат, Сашка, прямо у входа в его клуб. Как раз его охранники докладывали результаты поиска.

— Курт!

Охранники были готовы броситься на него, но Курт остановил их жестом.

— Здравствуй, Сашка! Чего тебе? — Курт устало потёр переносицу. Эти дни он не может нормально спать, пока её нет рядом.

— Где Лина? Это из‑за тебя она уехала к чёрту на кулички? Ты же говорил, что любишь её безумно, и такое наплёл про вашу свадьбу, и вообще, она нужна как воздух тебе, — Курт поднял одну бровь, но перебивать не стал, ведь Сашка блефовал. Всё это Курт не говорил, что и навело его на то, что Сашка что‑то знает.

— Ты, чёрт возьми, обещал моим родителям, что будешь защищать её, а теперь что? Ты здесь развлекаешься, а она чёрт знает где, а? Ты же говорил, она засела тебе вот прям сюда, — и ударил ладошкой в район сердца, как раз там был карман на рубашке, в который Сашка что‑то сунул. И для пущей эффектности ткнул пальцем прямо в этот карман, чтобы Курт почувствовал, что в нём что‑то лежит. — Смотри в сердце! — рявкнул Сашка и убежал.

Курт лишь мельком взглянул, как Сашка убегает, потом медленно развернулся, прошёл мимо молчаливых охранников, которые впервые видят их босса, такого сдержанного на такое обращение к нему. Но ему плевать, сейчас ему нужно в свой кабинет. Он медленно дошёл до входа в его клуб, где находится вход в его квартиру, медленно зашёл и направился к лестнице, а уже там побежал, перепрыгивая через две ступеньки.

И когда оказался в кабинете, перевёл дыхание и медленно достал бумажку, аккуратно свёрнутую в маленький треугольник. Так же медленно развернул, дабы не порвать, раскрыл и вчитался. А в середине письма уже рычал.

Как он и предполагал, — Гела, но доказать это никак не мог.

И те охранники, которых вырубили в день пропажи Лины, ничего не помнят, кто и как их вырубил. И неожиданный приезд Вуконы всё испортил: надо же ей было прилипнуть к нему как раз тогда, когда Лина зашла в спортзал, а по глазам видно было — она хотела о чём‑то поговорить, но, чёрт побери, его этот характер. Он грубо сказал ей выйти. Он не любит, когда без его разрешения вламываются, когда он занят. Тем более если он пытается отвязаться от навязчивой поклонницы, которая вдруг возомнила, что она особенная и может вот так нагло к нему прилипать. Нет, он, конечно, сначала был мил с ней, что и увидела Лина. И вообще, что Лина делала в спортзале? Где охранники? Страшное чувство закралось ему тогда.

(Вукона)

Быстро отвязался от Вуконы, направился в квартиру, но он опоздал, и Лины уже там не было, лишь одно слово на маленькой бумажке: «Прощай».

Тогда‑то он понял, что потерял её, а ведь он уже не может без неё, она нужна не только его волку, но и ему самому. Эта маленькая, стеснительная, но показывающая зубки девушка свела его с ума. Он найдёт её! Хоть Гела всё ей рассказала, но он всё сделает, чтобы вернуть её, лишь бы она была жива.

А когда он дочитал письмо до того места, где говорится о его маме, у него выпал листок. Он так и стоял, смотрел на свои руки и не решался поднять листок с правдой. Гела испортила ему всю жизнь, а ведь он ненавидел мать. А оказалось, она стала пешкой в интригах Гелы за место жены альфы. Только вот это место скоро опустеет, ведь назревает бунт, причём конкретный. И ему нужен его волк срочно, дабы не отдать власть прихвостням чёрных волков.

«Отец сильный, но он ослаб после пропажи истинной, а Гела, дура, из‑за ревности подкосила авторитет отца в своей же стае. Что первым надо сделать: нестись за Линой или к отцу?»

Но доказательств у него нет, лишь вот это письмо, которое его умная девочка смогла‑таки отправить.

Всё‑таки правильно будет идти к отцу. Поэтому первым же самолётом Курт вылетел в город, из которого он сбежал десять лет назад.

«И, честно, не возвращался бы вообще сюда и в отцовский дом тоже, но Лина и мать заставили меня переступить через злость и гордость».

Он заявился в дом к отцу, когда было только восемь утра, но он знал, что отец уже на ногах и трудится в своём кабинете, так было всегда, и сейчас ничего не изменилось. Его встретил всё тот же дворецкий‑старикан, он узнал Курта, поклонился и повёл к отцу. По пути ему попалась мачеха. В халате и не успевшая привести себя в порядок.

«Да не накрашенная ты не выглядишь так эффектно, как обычно».

— Ты что здесь забыл? — зло прошипела змеюка, хоть и волчица.

— Не переживай, я не к тебе! — ответил он и обошёл её.

— Тебе нечего здесь делать! — ухватилась за его руку, задерживая.

Курт глянул на её руку, которая смотрится на его руке очень мелкой и противной. Перевёл взгляд обратно на мачеху, её уже перекосило от недовольства.

«Похоже, ещё чуть‑чуть — и она ядом кидаться начнёт».

— А где слово «сынок»? Любезность вся испарилась, да, Гела? Ах да, ты что‑то натворила, раз так занервничала?

— А ну вон отсюда! — завизжала Гела и попыталась ударить его, но он уже не тот маленький юнец. Перехватил её руку и зло прошипел прямо ей в лицо: