В поисках мамы

Глава 5

Мир снаружи оказался еще страшнее и громче, когда его несешься через него внутри металлического чудовища. Машина Алекса, которую «Гном» называл «Вершителем», не ехала — она громила ландшафт. Она с грохотом перемалывала под колесами бурелом, скрежетала по щебню и с воем взбиралась на крутые склоны. Каждый ухаб отдавался в костях Миши, сидевшего на пассажирском сиденье, которое казалось ему огромным, как трон. Он едва доставал ногами до пола и был вынужден вцепляться в край сиденья своими маленькими ручками в синих рукавичках, чтобы его не подбросило к потолку.

Внутри пахло маслом, оружием, пылью и чем-то еще — диким, чужим, что было самим Алексом. Этот запах сначала резал ноздри, но постепенно становился просто частью нового фона, как и оглушительный рев двигателя.

Алекс молчал. Он сидел, вцепившись в рулевое колесо, его желтые глаза были прищурены, он смотрел на дорогу, которой не было. Его профиль с массивным рогом, вырисовывающимся под капюшоном, казался высеченным из гранита. Он был воплощением сосредоточенности и силы, и от этого становилось еще страшнее.

Миша сидел неподвижно, боясь пошевелиться. Он украдкой наблюдал за монстром. Видел, как мышцы на его руке играют под темно-серой кожей при каждом повороте руля. Видел шрамы, похожие на старые, серебристые трещины на камне. Этот… этот кто-то был самым пугающим существом, которое он когда-либо видел. Но он также был его единственным шансом.

Он посмотрел на панель приборов. Там мигали разные лампочки, горели экраны с непонятными цифрами и картами. И прямо перед ним, на центральной консоли, был небольшой голографический проектор, из которого исходил мягкий голубой свет.

Внезапно из этого проектора раздался голос. Четкий, спокойный, без единой эмоции.
— Маршрут до ближайшего аванпоста Хранителей проложен. Расчетное время в пути: два часа семнадцать минут. Имеются сведения о повышенной активности Ксеносов в секторе 48-Дельта. Рекомендую обход.

Алекс хмыкнул, не отрывая взгляда от дороги.
— Нафиг надо, их объезжать. Проедем на скорости.

— Риск повреждения ходовой части увеличивается на тридцать процентов, — невозмутимо возразил голос.
— Посчитаем после, «Гном».

Миша насторожился. «Гном»? Он посмотрел на голографический проектор. Это был голос машины? Он умел разговаривать?

— Цель: доставка человека-ребенка, идентификатор «Миша», в аванпост Хранителей для получения вознаграждения, — продолжил «Гном». — Начато сканирование витальных функций цели. Стресс-уровень: критический. Температура тела: ниже оптимальной. Рекомендация: повысить температуру в салоне.

Алекс бросил короткий взгляд на Мишу, который сидел, обняв себя, действительно испытывая озноб от страха и от постоянно дующего кондиционера.
— Ладно, сделай потеплее.

Теплый воздух приятно заструился из вентиляционных решеток. Миша инстинктивно потянулся к ним своими рукавичками, грея замерзшие пальцы. Его взгляд снова встретился с желтыми глазами Алекса. Всего на секунду. Монстр тут же отвел взгляд, снова уставившись на дорогу.

Прошло еще минут двадцать. Миша начал уставать от напряжения. Его глазки начали слипаться. Внезапно его желудок громко и требовательно урчанием нарушил грохот двигателя.

Алекс снова взглянул на него.
— «Гном», что у нас есть из… детского питания?

— В запасах отсутствуют продукты, предназначенные для питания человеческих детей, — откликнулся «Гном». — Имеются: стандартные рационы выживания, концентрат протеина, стимуляторы…

— Думаю, это не подойдет, — проворчал Алекс. Он покосился на Мишу. — Эй, чертенок. Ты голоден?

Миша, поняв вопрос по интонации, робко кивнул.

Алекс почесал затылок, и его когти с легким шуршанием провели по коже. Проблема. Он не был готов к тому, что ему придется кормить ребенка.
— Ладно. Остановимся на десять минут. Надо его как-то накормить.

«Вершитель» с скрежетом замер на небольшой поляне, окруженной скелетами мертвых деревьев. Алекс вылез, огляделся, убедившись в безопасности, и открыл дверь со стороны Миши.
— Выходи. Разомнем ноги.

Миша неуверенно сполз с сиденья и ступил на землю. Ноги у него дрожали. Алекс достал из багажного отсека небольшой металлический брикет, вскрыл его и протянул Мише.
— Ешь.

Миша посмотрел на брикет. Он был серым, неаппетитным и пах как старый картон, смешанный с химикатами. Это была полная противоположность сладкой каше из приюта. Он потрогал брикет пальцем, потом посмотрел на Алекса с таким немым вопросом и отчаянием, что у того что-то ёкнуло внутри.

— Что, невкусно? — хмуро спросил Алекс. — Другого нет.

Миша осторожно откусил маленький кусочек. Он был твердым, безвкусным и жевался как резина. Лицо его скривилось, и он выплюнул жвачку на землю.

— Эй! — рявкнул Алекс. — Еду не выплевывать! Она на вес золота!

Миша испуганно отпрянул, прижимая к груди недоеденный брикет. Его глаза наполнились слезами. Он не хотел злить монстра, но он не мог это есть.

Алекс вздохнул, чувству себя полным идиотом. Конечно, ребенок не станет есть армейский паек. Он посмотрел на «Вершителя».
— «Гном», просканируй окрестности. Есть что-то съедобное? Не ядовитое.

— Сканирование… Обнаружены ягодные кусты рода голубиковых, мутировавшие. Уровень токсинов: низкий, допустимый для взрослого человека. Для ребенка… вероятность расстройства пищеварения: шестьдесят процентов.

— Лучше, чем ничего, — проворчал Алекс. — Где?

— В пятидесяти метрах к северо-западу.

Алекс посмотрел на Мишу.
— Сиди тут. Не двигайся. Понял?

Он ушел в сторону кустов, его массивная фигура быстро скрылась за деревьями.

Миша остался один. Сидеть на корточках у колеса огромной машины, сжимая в руках несъедобный брикет. Тишина, нарушаемая лишь потрескиванием двигателя остывающего «Вершителя», давила на него. Каждый шорох казался приближающейся опасностью. Он прижался спиной к горячей резине колеса, стараясь стать как можно меньше.