В поисках Монбара

***

Солнце было уже в зените, когда на берегу оживились люди. Доставили лес, стали пилить бревна. Крепили тимбера. Полным ходом шла работа в доках.

Протрезвев к вечеру, Лоренс был страшен в гневе. Ничего не объясняя, он неожиданно накинулся на капитана, когда тот умывался, сшиб ведро с водой на пути, мощным ударом опрокинул стол. Сальватор увернулся и удар квартирмейстера пришелся по касательной, лишь краем зацепив лицо.

– Я убью тебя, Сальватор! – ревел Лоренс. – Ты – сволочь! Где твое слово?

Лоренс метал молнии из глаз, громко жестикулировал, размахивал руками.

– Для начала успокойся. В чем дело, квартирмейстер?

– В чем дело??? Я поясню тебе, сэр мать твою, самодовольная твоя рожа!

Будто заразившись бешенством, Лоренс с мычанием и ревом кинулся на Сальватора, намереваясь свернуть тому шею или хотя бы покусать… После нескольких неудачных попыток, квартирмейстер выхватил нож у стоявшего рядом Малыша Стива, в недоумении раскрывшего рот и с интересом наблюдавшего за ними…

Стали собираться люди. Кто проявлял простое любопытство, а кто с озлобленной озабоченностью и остервенелой радостью безмолвно следил за схваткой. Никто прежде открыто не решался напасть на капитана (если не считать недавнего инцидента на фрегате, виновником которого был все тот же квартирмейстер). Сальватор обладал не только физической силой, которую (как полагали многие) он получил в дар от Морского Дьявола, но и владел гипнозом (иначе как объяснить его умение подчинять других своей воле?!). А тут такое… Если одолеет в схватке Лоренс, то все наконец убедятся, что капитан «Οвидия» - человек, и он так же смертен, как и все. Ну а если снова победит Сальватор, тогда их квартирмейстеру предстоит долгая встреча с дядюшкой Сэмом (это в лучшем случае) или путь к пресловутой Симбакуке, которая пострашнее будет самой последней смерти на корабле еще со времен Саймона Танцора, более известного как Дели-Рейса (Сумасшедшего капитана)...

– Остановитесь, нечестивцы!

Это мать Ады, выбежав из барака, поспешила разнять дерущихся. Яффа вылила на голову сына ведро холодной воды.

Смелый поступок женщины, которую никто не собирался останавливать, несмотря на то, что ее могли случайно ранить или даже убить.

– Опомнись, сын! Твой род никогда не простит тебе этого.

– Они не простят, если я не отомщу за сестру! – процедил тот, по-собачьи отряхаясь.

– Твой отец не позволил бы обагрить кровью наш дом!

– Мать, не вмешивайся. Он – чужак для вас. И наш отец никогда бы не допустил этого, не позволил издеваться над нами!

– Скажи, почему Ада? Почему моя сестра, а? Будь ты проклят, сэр!

Побагровевшего Лоренса едва сдерживали евреи, вернувшиеся из города. Как не сказать при всех, что он узнал?! Если он вслух озвучит то, что сказала ему Ада, то их семья навсегда лишится покровительства старейшин. Мало того, что они уже и так опозорены (пираты уже смаковали последние новости), так и Ада не собиралась отступать. А ведь капитан – тот, кто прежде никогда не нарушал обещаний – сам же первый нанес ему и его семье оскорбление! Как после этого жить?! А если молчать, то прибежавшие на шум пираты если и не разорвут его в клочья, так будут теперь постоянно насмехаться над ним. То, что он своим поступком уже лишился должности старшего на судне, Лоренс не сомневался (он бы и сам не смог больше батрачить на Сальватора), но он был должен большую сумму капитану, а тот, как известно, долгов не прощает… Лоренс молчал, и его мокрые волосы, дикий затравленный взгляд делали его не смешным в глазах всех, нет, жалким.

– Почему ты молчишь, Габриэл? – спрашивала Яффа. И Сальватор впервые увидел, насколько выразительно лицо взволнованной матери. – Ответь пред нашим народом, что случилось? Почему ты оскорбил нашего спасителя?

Лоренс отвернулся от матери и встретился взглядом с капитаном. Тот спокойно вытирал полотенцем лицо, стекавшие с рассеченного виска капли крови. Спаситель?! Ну уж нет. Самодовольный тип, привыкший считаться только со своими желаниями и хотениями. Захотел чего-то и тут же получил. Бедная сестра…

Яффа, с опаской поглядывая на капитана и наблюдая за сыном, поспешила унести от них все предметы, которые могли быть пущены как оружие.

– Без тебя разберемся, мать, – сухо бросил ей вдогонку Лоренс. Неужели он не понимал, что при чужих нельзя решать семейные проблемы?!

Сальватор остановил пиратов, решивших тоже вмешаться.

– Сами разберемся, – сказал им капитан.

Если бы это был не Сальватор, а кто-то другой, наверное, он уже давно бы сгорел под тем испепеляющим взглядом, которым мерил его квартирмейстер.

Сальватор между тем думал не о Лоренсе, а о том, кого следует проучить за длинный язык. Неужели Ахмед рассказал квартирмейстеру? Нет, на кока это не похоже. Наверное, боцман или плотник, а может еще кто... Кто видел их вместе с Адой?

– Давай поговорим без свидетелей, сэр, – сказал наконец Лоренс, переводя дыхание.

– Хорошо, если ты уже остыл.

Лоренс лишь быстро кивнул в ответ.

– Ну началось, щуренок корчму учит, – пробубнил боцман, с удовольствием провожая статную, высокую фигуру Яффы.