В поисках себя. В поисках любви.

Глава 4 Бег по кругу

Олеся смотрела на яркий солнечный свет сквозь толстые прутья яблони. Яблоки были очень сладкие, сквозь тонкую золотистую кожицу просвечивался янтарный сок. Эту яблоню когда-то очень давно посадил ее родной дедушка. Она представила его невысокую коренастую фигуру, почти круглое лицо, немного курносый нос и какую-то всегда неловкую и несмелую улыбку. Он как будто всегда был готов за что-то извиняться, а может быть он просто щурился. Эта привычка осталась у него еще с далекой войны, когда он военным разведчиком пробирался болотистыми тропами в поисках немецкого языка или вражеского подразделения. И вот однажды, заскочив на отдаленный хутор под Могилевом, встретил там свою любовь.

Олеся прикрыла глаза. На мгновение ей почудился где-то за дальней стеной дома гибкий девичий силуэт ее бабушки. Время бежало мимо дома семимильными шагами, время затерло следы их ног. Время почти стерло стук их сердец и только горшочки с фиалками, да золотые яблоки напоминали ей о них.

         Прошел месяц лета. Это было самое первое лето, которое она проводила одна. Катю сразу после начала каникул забрала ее мама. Она была в курсе тяжелого семейного положения дочки. Возможно она надеялась на то, что, оставшись одни дети могут и помириться. Но этого так и не произошло. Да и объяснять матери в сотый раз, что они совсем и не сорились, она больше не могла, да и не хотела.

         Время шло. Олеся немного пришла в себя. Ей уже не приходилось силой заставлять себя садиться за компьютер и работать. Заказов летом было не очень много и у нее оставалось свободное время на огород. А вечерами женщина садилась на крылечке, одной рукой она прижимала к себе Мурку, второй рукой гладила Тузика. Так они вместе встречали заход солнца. А утром начинался новый день, новые заботы и хлопоты.

         Наступил новый день. Опять ярко светило солнце, и она целый день полола грядки. К концу дня женщина настолько устала, что у нее осталось одно единственное желание, напиться холодной воды, доползти до кровати и уснуть сном, сном без сновидений. Олеся сполоснулась прохладной водой из душа, пошла и закрыла на ночь ворота. Покормила животных и решила посидеть одна в наступающей темноте на заднем дворе. Там когда-то было очень уютно, стоял небольшой столик, пару скамеек, но стол во время последней зимы покосился и присел набок, скамейка тоже съехала немного назад. Еще весной Олеся просила Олега починить их, но ему все время было не когда. А потом он ушел. Ушел от них. Может быть навсегда.

         Женщина постаралась отогнать вновь нахлынувшие на нее тяжелые мысли. Она сделала себе чая, осторожно поставила чашку на край покосившегося стола и стала садиться. Раздался треск, и она почувствовала, что летит куда-то, ломая остатки подгнившей скамейки. Внезапно ее нога подвернулась, резкая боль пронзила ее тело, и она упала.

         Небо было где-то там над головой. Чистое вечернее небо. Небо с темными крапинками перистых и очень редких облаков. Минуту Олеся неподвижно лежала, ощущая, как острый скол доски впивается ей прямо в спину. Потом попробовала сесть и опять со стоном опустилась вниз. Убрав из-за спины осколок скамейки, Олеся осторожно подтянула под себя правую ногу и посмотрела вниз. На вид левая нога была совершенно цела, но в то же время она инстинктивно понимала, что это не может быть обычным растяжением, это что-то посерьезнее того раза, когда она упал с лестницы, снимая вишни.

На этот раз она была дома совершенно одна.  Дом их был крайним на улице, с левой стороны от них простирался лес, справа стоял коттедж, в котором никто постоянно не жил, только изредка там появлялись люди. Соседи построили высокий забор между их домами, видимо для того, чтобы никто не наблюдал за их развлечениями и личной жизнью.

Олеся с трудом дотянулась до полотенца, свисавшего с края стола, потом она осторожно, стараясь не менять положение ноги попыталась сделать с помощью длинных полос, нарванных из полотенца, подобие фиксирующего бинта.

-        Нет, у меня так ничего не получиться. – Прошептала она. Ткань была слишком дубовая. – Если это растяжение, то я смогу стань на ноги, кое-как допрыгать до дома, а там и до телефона доберусь. – Решила женщина. Но когда она попыталась встать, резкая боль опять резанула по ее второй ноге. – Нет, это может быть и перелом. – Невольно она представила картинку из какого-то фильма ужасов. Ей показалось, что, если она сейчас встанет, но ступня, просто может отлететь в сторону. – Фу! Жуть. – Проговорила Олеся довольно громко. В ответ на ее слова залаял Тузик. – Да. Да. Тузик. Полай по громче! Может быть кто-нибудь и услышит меня. – Слезы, которые она весь день заталкивала в себя все глубже и глубже неожиданно вырвались наружу. Едкая горечь вышла из своих берегов и стала подниматься все выше и выше. Перебинтовав кое-как ступню и зафиксировав ее, женщина попыталась устроиться поудобнее, подложив под спину еще одно полотенце, сушившееся на спинке скамейки. Так она решила дождаться утра. Утром по улице обычно кто-то проходил мимо, и можно было позвать на помощь.

         Первые звезды тихонько высыпали на подол ночи. Вот одна из них мигнула и полетела вниз. Олеся тихонько прикрыла глаза.

-        А если это метеорит? – Мелькнула у нее в голове шальная мысль и застряла где-то совсем рядом с поверхностью земли. – Сейчас каак упадет! – В глазах на мгновение мелькнул ослепительно яркий шлейф, вспыхнуло пламя и раздался оглушительный звук.

-        А!!!! – От неожиданности женщина заорала. – Потом она открыла глаза и осмотрелась. Было уже совсем темно и тихо. – Приснилось. – Выдохнула Олеся в темноту.