В поисках себя (записки психолога) Книга вторая

Глава II Радости и печали

***

Человек умирает столько раз, сколько раз теряет близких.
Публий Сир


Теперь у меня будут не только созданные моим воображением картинки о Греции, но и вполне реальные воспоминания. Дремлющие в вечерней прохладе оливковые рощи, всплывающие на холме прекрасные сооружения древних греков, морская синь и белые дома с плоскими крышами, приютившиеся на скалах, ароматы средиземноморской кухни и прекрасные греческие мелодии.

Начался наш последний день на земле древней Эллады. С утра отправились в ближайший приморский городок, чтобы подышать морским воздухом. Не спеша шли мимо какого-то отеля. Вдруг  из дверей вылетел мужчина. Он в панике начал озираться вокруг и говорить по-русски: " Поскорее, поскорее же!"

- У вас что-то случилось? - спросил Кирилл, беря мужчину за руку.

- Жена... Лида рожает. Ещё рано...Я жду скорую.

- Хорошо. Где ваша жена?

Мы направились за мужчиной в холл отеля. На диванчике скорчилась молодая женщина. Её лицо исказилось от боли. На лбу выступили капли пота. Она отчаянно хватала воздух судорожно перекошенным ртом. Кирилл начал считать пульс и регулировать дыхание женщины. Я пыталась успокоить мужчину. Приехала скорая.

Женщину увезли на каталке. А мы поехали с Виталием, чтобы помочь заполнить бумаги и решить все формальности.

Лидой занимались врачи, бумаги были заполнены. Виталию оставалось только ждать. Кирилл оставил ему номер телефона. Уставшие от всей этой суматохи, но довольные, что вроде бы всё нормально, мы отправились обедать.

Когда я заказывала десерт, раздался звонок. От того, как изменилось лицо Кирилла, я поняла, что ничего хорошего он не услышал.

- Это Виталий. Малыш умер… Просит приехать, если мы можем.

- Ужасно. Поехали.

На скамейке возле госпиталя сидел Виталий. Он обхватил голову руками и замер.

- Как ваша жена? - задала я глупый вопрос.

- Не знаю. Меня к ней не пустили.

- Она в реанимации? - поинтересовался Кирилл.

- Вроде бы нет...

-Идёмте! - скомандовал мой муж. И я залюбовалась им в этот момент. Он был похож на полководца перед боем. По крайней мере, мне это так представлялось.

Пока Кирилл воевал с бюрократами, я нашла лечащего врача.

- Вашей пациентке срочно нужна помощь психолога.

- Не беспокойтесь, у нас хорошие специалисты.

- Они владеют русским языком?

- Нет, но мы вызовем переводчика.

- Исключено! Это так не работает. Я психолог и могу поработать с ней.

- Если это будет желание её мужа, то мы не против.

Кирилл что-то объяснял Виталию.

- Вам можно навестить жену. Они могут выписать её уже завтра. Когда вы планировали лететь домой?

- У нас ещё неделя. А в отеле трое наших детей...

Кирилл растерянно посмотрел на меня.

- Виталий, я психолог. Мне разрешили поговорить с вашей женой, если вы согласны.

- Правда? - обрадовался мужчина. - Может быть, сначала вы?

- Нет. Ей нужен родной человек. Идите, не бойтесь...

Его не было минут пять. Я, конечно, видела плачущих мужчин. Но каждый раз это зрелище выбивало меня из колеи. У каждого своя картина мира. Но есть что-то общее в ней. Так, например, образ мужчины-защитника. Женщина спасает детей, а мужчина и детей, и женщин. Это не мной придумано, а так создала природа( Бог), наделив нас разными функциями и возможностями.

- Она просит ребёнка... попрощаться. А я не могу. Не выдержу.

- Кирилл...- муж понял с полуслова, и пошёл договариваться.

- Мы дадим ей время побыть с ребёнком, а вы пока успокоитесь. Потом пойдёте к ним, - твёрдо сказала я, хотя Виталий смотрел на меня умоляющим взглядом.

- Она вам не простит, если вы этого не сделаете.

Эта фраза его несколько отрезвила.

- Думайте сейчас не о себе, а о жене, о вашей семье.

- Хорошо… Я понял.

Медсестра несла маленький свёрток. Виталий поспешно отошёл к окну. Кирилл обнял меня. Но я сейчас была не с ним.

- Виталий, ваша семья верующая?

- Да, мы воцерковленные...

Меня немного отпустило. Атеистам и агностикам намного сложнее в такой ситуации. Хоть что-то, за что я могу уцепиться и дать эту спасительную нить Лидии. Виталий пошёл к жене. Взгляд у него был ещё растерянный, но шаг намного твёрже.

Я ждала. Не могу сказать, что была готова, или у меня была продумана речь. Ничего такого. Всё зависит от Лидии.

Медсестра унесла ребёнка. Глаза Виталия блестели, но он уже не плакал.

- Она сильнее меня...

Кирилл повёл его к столу администратора, чтобы договориться о выдаче ребёнка.

Теперь был мой черед поговорить с Лидой.

- Меня зовут Лена.  Мы с мужем помогали вам доехать в госпиталь.

Женщина взглянула на меня пустым взглядом и кивнула.

- Я психолог. Возможно, вы хотели бы поговорить сейчас не со мной, а с вашим духовником?

Она чуточку оживилась, но потом безучастность снова завладела ею.

- Вам сейчас необходимо думать о ваших детях, которые ждут вас в отеле. И о малютке, которого надо упокоить в родной земле, - почему-то эти слова пришли мне на ум, хотя обычно я так не разговариваю.

- А нам разрешат?

- Конечно. Мой муж сейчас помогает Виталию уладить всё это.

- Я не должна была ехать сюда. Но дети остались бы без каникул. Пришлось рискнуть. Никогда не прощу себе этого.

- Уверена, что ваш духовный наставник убедит вас в обратном. Скажет, что это гордыня, и всё в руках Господа.

- Вы верующая?

- Да, - ответила я, но не стала уточнять деталей.

- Наверное, вы правы... Но ведь ребёнок - это моя ответственность.

- В данном случае, вы ничего не смогли бы сделать. Врачи сказали, что он замер ещё до приезда сюда.

- Это правда? Но как я не почувствовала?

-Так бывает, Лида. Вашей вины нет. Есть только горе, которое навсегда будет с вами. Но вы научитесь с ним жить.

Мне повезло, что женщина действительно оказалась очень сильной. Я ушла, когда к жене вернулся Виталий, чтобы рассказать обо всем.

- Леночка, всё в порядке. Виталий сказал, что они завтра справятся. Наш номер телефона у них есть. Как ты?

- Нормально. Мне повезло. Лида сильная, - сказала я. Мне хотелось поскорее снова увидеть солнце и море. Найти в чём-то утешение от подобных горестей жизни, от которых никто не застрахован. Никто.

Я почему-то забеспокоилась об Ирке. Как там поживает её животик...

- Прости, я хочу позвонить Ириске.

Услышав родной голос, я вздохнула с облегчением.

- Как там мои греческие сувениры? - задорно спросила подруга.

- Ой, совсем забыла...

- Эй, чем вы там занимаетесь? Совсем потеряли чувство времени, и забыли о друзьях?

- О тебе забудешь, - весело парировала я. Как всегда, подруга помогла мне, даже не догадываясь об этом.

Оставшееся время мы провели в сувенирных лавках и магазинчиках. Надо было купить милые пустячки друзьям, коллегам и родным. О том, что случилось, мы не говорили. Но я была счастлива, что не ошиблась. Мы были похожи в главном.
Наш багаж увеличился ещё на одну сумку. Мне так хотелось купить и то и это. Я представляла, как мама кутается в чудесную тёплую шаль. И как Алиска рассматривает греческие храмы в миниатюре, а Ирка рассматривает книгу с фотографиями Каллас, которая была её кумиром.

Я дремала на плече у Кирилла, чувствуя биение его сердца и дыхание, которое щекотало мне лоб. Это и есть счастье, подумалось мне.