В поисках светлого неба

Глава 3

Проснулась я в четыре часа утра. Как бы мне хотелось поспать подольше, не спешить и понежиться в теплой и мягкой кроватке, как я делала это раньше! Я нехотя встала с кровати, подошла к приготовленному заранее небольшому ведру с чистой водой. Взяла со стола небольшое застиранное практически до дыр полотенце, смочила его в воде и принялась умываться. Холодная вода помогла окончательно проснуться и полностью прийти в себя. Больше я не медлила. Быстро заплела непослушные волосы в длинную свободную косу, специально оставив несколько несобранных прядей, и перевязала ее тоненьким шнурком. Мой маленький ножик по привычке повязала себе на левое бедро, перекинула пояс гитары через здоровое плечо так, чтобы она оказалась за спиной и тихо, на цыпочках, вышла из комнаты. Казалось, что таверна, привыкшая к суете, погрузилась в чуткий сон. Сейчас начнут просыпаться постояльцы и работники, закипит работа, а здание наполнится веселыми голосами и руганью. Путники сядут на своих отдохнувших лошадей продолжат свою дорогу, а на их место прибудут новые искатели приключений. На первом этаже я встретила молоденькую девушку, кажется не сильно старше меня. Она мыла полы и готовилась к напряженной работе. На ней было простое серое платье с темным сальным передником. Каштановые волосы были заплетены в две тугие косы и уложены сзади в некое подобие пучка. На ногах у нее были слегка поношенные низкие сапожки на тонкой подошве. Я подошла к ней. - Привет. Слушай, прости, пожалуйста, что отвлекаю, но не могла бы ты продать мне свою обувь? – Девушка удивленно вскинула брови, но, как только увидела в моих руках серебряник, быстренько закивала, сняла их с себя и передала мне. В новой обуви идти было гораздо быстрее и приятнее, чем вчера. На выходе из таверны я встретила того рыжего мальчишку, который вчера занимался лошадьми, и, немного поболтав с ним, выяснила, что дорога, по которой я вчера приехала, чуть дальше раздваивается. Если я пойду вправо, то примерно через 4 дня пешего пути она меня приведет прямиком в столицу, а, если я решу пойти левее, то через несколько часов приду в небольшой городок, под названием, Триест, там находится очень крупный рынок. Это именно то, что мне было нужно, так что я поблагодарила паренька и двинулась в указанном направлении. Хоть и шла я и быстрым шагом, это не мешало мне рассматривать пейзажи. До развилки я дошла быстро, солнца еще не было, но на горизонте уже появилась яркая розовая полоска, а бегущие кучерявые облака снизу приобрели розоватый оттенок. Мне всегда нравилось наблюдать за рассветом. Мы с друзьями любили забираться на высоченные деревья и любоваться им с высоты птичьего полета. Как же мне нравится то ощущение свободы, появляющееся там, когда ты сидишь на одной из толстых и витиеватых ветках дерева, слегка облокотившись на ствол, а игривый и стремительный ветер треплет твои распущенные волосы и приятно холодит лицо. Ты чувствуешь себя не просто одиночным существом, а неотъемлемой частью чего-то могучего и великого. Постепенно ландшафт менялся, поэтому, когда солнце поднялось над горизонтом на три пальца, я находилась в небольшой рощице, хотя растительность здесь настораживала отсутствием привычной цветовой гаммы. Небольшие деревья с совершенно черными витиеватыми стволами стелились по земле, а не поднимались вверх, а тоненькие, почти прозрачные, серебристые листочки и вовсе делали зрелище необыкновенным. Я слышала об это от своего отца. Такие деревья не растут на нашей земле, поэтому видел он их только однажды, когда один из торговцев в близлежащей деревеньке показал ему маленькую веточку. Это растение имеет необыкновенные свойства, о которых мало кому известно. Если перемолоть листья этого растения и заварить их, то такая настойка станет прекрасным средством от головной и мышечной боли. Я подошла к одному из деревьев, достала маленький мешочек, в котором у меня лежала одинокая серебряная монетка и доверху наполнила его листьями. Затем, я достала свой ножичек и срезала одну из верхних веточек. «Теперь, - размышляла я, бодро шагая по дороге в сторону города, - у меня есть два источника дохода. Если мне удастся изготовить и выгодно продать настойку из этих прелестных листочков, то вырученные деньги можно будет потратить на приличную одежду. Нужно будет также прикупить некоторые личные вещи, например заплечный мешок. Уж он то мне точно понадобится! Можно будет остановиться в Триесте не на один, а на несколько дней. Как полностью подготовлюсь и подзаработаю, можно и в столицу податься. Однако сидеть долго на одном месте я не хочу. Существует столько интересных мест на нашем континенте, куда я так хочу попасть! Но сперва нужно выяснить, куда и кто похитил моих друзей, а сделать это самостоятельно я не смогу…» Когда за спиной послышался скрежет колеса и голоса, я обернулась и остановилась. Ко мне приближалась телега, доверху наполненная какими-то тюками и рулонами. На облучке сидели пожилой мужчина и женщина, по всей видимости, его жена, и громко спорили. Точнее будет сказать, спорила женщина, потому что это был скорее односторонний диалог. Мужчина лишь кивал или давал совсем уж односложные ответы, да еще с таким невозмутимым видом, что я прямо таки позавидовала выдержке и стойкости этого человека. Одеты они были весьма прилично, хоть и не богато, а рыженькая лошадка, тянувшая телегу, выглядела ухоженной и хорошо откормленной. Она резво трусила, переставляя свои коротенькие мощные ножки и изредка потряхивая темной шелковистой гривой. Телега остановилась, и женщина резко переключилась на меня: - Ты чего, девка, тут одна одинешенька ходишь? - Не дожидаясь моего ответа, женщина всплеснула руками и запричитала, - ой, как опасно одной ходить, как опасно! А особенно такой молоденькой симпатичной девчушке! Вот найдешь ты себе приключений на свою голову, помяни мое слово! Ты ведь в город путь держишь, так ведь? – Дождавшись моего кивка, она продолжила, - Как же хорошо, что именно мы тебя встретили! Забирайся, подбросим тебя до туда. Я поблагодарила и присела на край повозки, свесив ноги. Дождавшись, пока повозка тронется, женщина снова заговорила. - Меня, кстати, Далией зовут, а это мой муж – Ремо. – Тот скупо кивнул и снова уставился на дорогу. Но на его лице я явно заметила облегчение, видно, рад был, что его женушка на меня переключилась. - Очень приятно с вами познакомиться, я – Лантана. - Ой, а это у тебя гитара сзади, да? Так ты у нас менестрель, оказывается! Едешь на празднике выступать? - Д-да, так и есть, - сдержанно ответила я, а потом как можно вежливее добавила, - а вы сами откуда? - Так из Триеста. Ездили на несколько дней погостить к двоюродной тетке в соседнюю деревушку, да задержались ненадолго. Вот, боимся, что не успеем нашу лавку к фестивалю подготовить. - Ого-о, - многозначительно протянула я, - и много приезжих в это время в городе? - Конечно! Все три дня, которые длиться празднество, на улицах нашего городка гуляют толпы народу! А сколько торговцев приезжает, чтобы как можно выгоднее предложить свой товар. Вся рыночная площадь будет заставлена разноцветными палатками и столами, на которых они разложат свои многочисленные товары. Вот увидишь, там будет совершенно все: от яблок в карамели и блинчиков, до ювелирных украшений и оружия. - Ничего себе! Жду не дождусь увидеть это своими глазами! - Да, тебе крупно повезло, что попадешь туда именно в эти дни. Яблоку негде будет упасть, помяни мое слово! Ой, если бы ты знала, как сильно повышается аренда на места на рыночной площади в эти дни. Несколько лет назад, когда у нас еще не было собственной лавки, приходилось выкладывать в пять раз больше! Вот намучились мы с этим, ей богу. - А вы случайно не знаете, - можно ли торговать в городе, не платя за место? - Конечно, можно! Главное, не делать это на площади, но кто тебе мешает просто ходить по улице и предлагать свой товар? – Женщина игриво подмигнула мне и продолжила, - Многие этим и пользуются. Толпень такая, что, даже если бы и запретили, то точно бы всех не поймали. А воров то сколько там! Оглянуться не успеешь, как у тебя уже кошель утащили. – Сокрушалась женщина, то и дело всплескивая руками. - А лошадку вы такую красивую где купили? – Спросила я, любуясь, как развивается на ветру темная шелковистая грива. - Так все там же. Лузианская порода. Обошлась нам она в один золотой. Скажешь, дорого? Но вот, что я тебеотвечу, - Далия перешла на громкий шепот, как будто бы говорила тайну, и с умным видом подняла один палец вверх, - она за 10 лет ни разу не болела! Лошадей нужно уметь правильно выбирать, а мой муж на этом собаку съел. Все его друзья совета у него просят, вот такой вот он у меня. – Принялась нахваливать она мужа. – Смотри ка, Вот мы и добрались! Мы выехали из-за небольшого пригорка, и увидели невысокую каменную городскую стену. Чем ближе мы подъезжали, тем больше видели повозок, телег и людей… Да и не только людей. Еще на подступах к городу, на одной из телег я увидела семью гномов. За вожжами сидел маленький коренастый мужичок с короткой но густой бородкой и пронзительными маленькими глазками, выглядывающими из-за широких кустистых бровей. Сзади него, усевшись прямо на тюки с вещями сидело три совершенно одинаковых маленьких мальчика . У каждого на голове было огромное гнездо черных кучерявых волос и такие-же пронзительные глаза, как у их родственника. Даже до дриад доходили истории о гномах. Живут они большими семьями, в каждой – не меньше четырех детей. Если бы меня попросили описать их одним словом, то это, несомненно, – работяги. Они ненавидят лень во всех ее проявлениях и стараются прививать молодежи порядочность и честность. Если гном тебе что-то обещал, то он обязательно выполнит это. С другой же стороны, они слишком сильно подвержены влиянию традиций и до сих пор выполняют даже самые старые обряды! Я попросила Ремо замедлиться и спрыгнула с повозки. Попрощавшись и поблагодарив семейную пару, я свернула на узкую тропинку, ведущую по направлению в небольшой лесок. Ночевать в городе мне было негде, и я не собиралась тратить свои немногочисленные сбережения на оплату трактира, а в лесу я уж точно буду чувствовать себя намного комфортнее, чем в маленькой запыленной каморке. Углубилась я недалеко. Облюбовав себе небольшую полянку среди плотно стоящих раскидистых деревьев и кустарников, я принялась за работу. Скинув свои жалкие пожитки на мягкую зеленую травку, я, засучив рукава, приволокла один крупный плоский булыжник и несколько камней поменьше, но тоже ровных и плоских. Вытряхнув из мешочка половину своих запасов, я принялась тщательно их перетирать. На это не потребовалось много времени, поэтому, оставив их просыхать, я отправилась на поиски нужных мне ингредиентов. К счастью, мне нужны были самые обыкновенные и распространённые растения, найти которые не составило труда. Они не оказывали никакого лекарственного эффекта, однако, имели необычный сладковатый привкус и приятный аромат, которые могли сделать настойку не горькой, а приятной на вкус. Блуждая по лесу в поисках травок, я наткнулась на одно интересное дерево, и у меня возникла блестящая идея. Оно называется молис, и у него очень мягкая и податливая кора. Это растение меняет верхний слой по нескольку раз каждый год, к тому же очень быстро восстанавливается, поэтому, мы частенько используем его кору для изготовления детских игрушек, неплотных емкостей или просто пишем и рисуем на ней. Сорвав несколько больших и очень тонких пластов, я поспешила обратно. Разложив все свое богатство перед собой, я тот час начала работать. Все собранные травки в мгновение ока оказались перемолоты и распределены на равные кучки, которые я затем аккуратно обернула в собранную ранее кору. Всего у меня получилось 25 маленьких свертков. Уже смеркалось, поэтому я отложила кропотливую и сложную работу, требующую полного внимания и концентрации, потянулась и смачно зевнула. Делать было нечего, поэтому я, оперевшись спиной о дерево, взяла остатки коры и принялась плести маленькое лукошко. Руки монотонно выполняли привычные и хорошо отработанные движения, так что я даже заскучала. Корзинка, которая у меня получилась, из-за нехватки материала получилась очень плоской, больше похожей на широкое блюдо без ручек. Выглядела моя работа так себе, но нести такую емкость было удобно, а искать дополнительные материалы мне было лень. Чтобы окончательно не заскучать, я взяла в руки гитару. Небо уже полностью потемнело, и на нем снова появилась россыпь ярких, как фонарики, звезд. Черные кроны деревьев медленно покачивались, и в полной тишине можно было услышать, как шуршат маленькие нежные листочки на ветру. Я слегка погладила струны. Тихий нежный звук переливами отозвался в звенящей тишине, а затем утих также плавно, как и появился. Новый аккорд прозвучал уже громче, и моя музыка, словно тепло, расползлась во все стороны, захватывая все свободное пространство и поглощая холодное молчание. Струны отзывались все смелее и смелее, и вскоре игривая немного загадочная мелодия полностью захватила меня. Я не хотела петь. Голос казался совершенно лишним и ненужным в этой совершенно внезапно возникшей идиллии. Но вот мелодия закончилась, отзвучал последний аккорд, тонкие упругие струны прекратили свой танец и нехотя остановились. Тот час возникшая тишина сразу же вступила в свои права и заняла свое законное место, о уже не казалась мне такой отстраненной и ледяной, как раньше. Она приятно обволокла меня, и я погрузилась в чуткий сон. Проснулась я от неприятного ощущения липкости и влаги на лице и чьего-то горячего дыхания прямо у меня под носом. Я слегка приоткрыла глаза. Первым, что я увидела, были огромные черные глаза с редкими, но очень длинными темными ресницами, затем влажный и темный нос, обрамленный короткой, гладко приглаженной рыжей шерсткой. Олененок фыркнул, явно недовольный моим пробуждением, выпрямился, демонстрируя мне свою длинную и изящную шею. Затем затрусил обратно в чащу. Перед тем, как окончательно исчезнуть с поляны, он на секунду обернулся и пошевелил своими большими непропорциональными ушами, вызвав у меня легкий беззлобный смех. - Оленята такие милые! – Вытирая маленькую слезинку, возникшую от смеха, сказала я сама себе. «Но вот когда вырастают, становятся куда напыщенней индюков!» - Добавила про себя и снова рассмеялась. Через несколько минут я уже вышла из леса и направилась в город. Было очень раннее утро, стражники на входе, призванные осматривать крупные обозы и телеги, мирно дремали и не заметили, когда я прошмыгнула между ними. Триест встретил меня аккуратными белокаменными домиками и грязными витиеватыми улочками, в которых то и дело пробегали коты. Все здания были построены в одном стиле и имели простую, но аккуратную конструкцию, которая, вместе с широкими крышами из яркой черепицы напоминали мне грибы. Большие окна были нараспашку открыты, а на витиеватых кованых балкончиках и подоконниках стояли горшки с комнатными растениями, которые создавали очень непринужденную и легкую атмосферу. Несмотря на раннее время, на улицах уже можно было заметить людей, подготавливающих свои лавочки и магазины к работе. Когда я проходила мимо небольшой кафетерии, меня привлек умопомрачительный запах свежевыпеченного хлеба. Я так долго стояла перед дверьми и вдыхала дурманящий аромат, что повариха, несмотря на раннее время, продала мне огромную буханку всего лишь за несколько медных монеток. Чем ближе к центру я проходила, тем шире становились мощеные темным булыжником улочки и тем богаче выглядели вывески и витрины магазинов. Добравшись до главной площади города, на которой должна была проходить ярмарка, я очень удивилась. Яркие шатры и палатки стояли близко-близко друг к другу, а продавцы, несмотря на раннее время, уже практически закончили раскладывать свои многочисленные товары. С другой стороны, площадь заканчивалась красивой широкой лестницей, а потом плавно переходила в небольшой сквер. Я, примостившись на верхних ступеньках, поедала свой аппетитный и еще теплый завтрак, наблюдая, как город окончательно просыпается от своего недолгого сна. К тому времени, как я на половину сжевала свой хлеб, люди уже начали приходить, поэтому я встала, аккуратно завернула и убрала остатки завтрака, и двинулась на главную улицу. По ней уже гуляло очень много народу. Девушки, одетые в яркие платьица с вплетенными в волосы ленточками и украшениями выглядели просто потрясающе. Одни прогуливались большими семьями, другие – парами. Мимо меня несколько раз, смеясь и играя, промчались дворовые мальчишки. Кроме меня здесь еще было несколько людей продающих или рекламирующих свой товар. Они стояли на краю дороги, держа нарисованные от руки яркие плакаты, или же просто ходили предлагали и зазывали людей. Сначала мне было очень неловко. Я боялась подходить к людям и разговаривать с ними, но поняв, что так дело не пойдет, взялась за это дело всерьез. «Самое лучшее и эффективное средство от мигрени» быстро набирало обороты. Сначала, я выставила за него плату в 5 медных монет, но, обнаружив, что расходится оно просто отлично, подняла цену в 3 раза. Даже цена в 1.5 серебряных монеты не отпугивала покупателей, ведь даже так, мое лекарство выходило во много раз дешевле, чем в других местах, так что уже через час у меня на руках было 27 серебряных монет и 8 медяков. Не все здесь могли позволить себе качественных лекарств, поэтому моя относительно дешевая настойка разошлась просто на ура. Закончив здесь, я вернулась обратно на главную площадь, однако вышла я оттуда только спустя долгих 4-х часов. Я конкретно вымоталась в этой толчее, ведь среди этого многообразия, найти то, что было действительно нужно, оказалось не так просто, как казалось мне на первый взгляд. Однако поиск был только началом. Все здесь очень сильно задирали цену и приходилось очень долго торговаться, прежде чем они сбрасывали ее. Эти титанические усилия не прошли зазря, и теперь у меня на руках был небольшой новенький кожаный мешок, куда я сложила все свои пожитки. К ним добавился простенький деревянный гребень, комплект нижнего белья и простенькое льняное платьице, за которое я отдала не много, не мало, 5 серебряников. Я также прикупила моток светлых ниток и тоненькую иголочку для починки моего старого платья. Прогуливаясь по улочкам города, я несколько раз встречала бродячих музыкантов, а так как дел у меня совершенно не было, я вернулась обратно на широкую лестницу, уселась на ступеньки и достала гитару. Играла все, что приходило на ум. В основном это были простенькие песенки о любви. Вокруг меня быстро образовалось кольцо слушателей, а в уже пустую корзинку, которую я примостила у себя под ногами, сыпались звонкие медные монетки.