В поисках вечности

Прощай, любимый подвал

-- Я не понял, а что в списке необходимых вещей делает собака?! И вообще, когда этот пункт там появился?! – заломив бровь спросил Трист.

-- Энд не выживет без меня! Он на привороте!

-- И что? Это делает его необходимым в походе?

-- Полезным! Энд очень хорошо охотится!

С видом «кто-нибудь, дайте мне сил» вампир начал объяснять:

-- Во-первых, я тоже хорошо охочусь, во-вторых, ты вроде сама хотела учиться, и, главное: если дело обернется совсем плохо, я хватаю тебя в охапку и убегаю. На своей скорости. Таскать на своем хребте контрактора еще допустимо. Но кобеля?!

-- Это важно? Ну, что он кобель?

-- Нет! Важно, что он, слава Творцу, не мой контрактор!

-- А говорят, что вампиры – безбожники…

-- Это-то каким боком… Но, чтобы ты знала, – нельзя находиться так близко от «ничто», от несуществования, и не верить в высшие силы. Просто нам совершенно безразличны те мелкие божки и прочие сущности, которым молятся смертные. Но вселенная, во всей совокупности миров, устроена чересчур рационально, чтобы это было случайностью. Вот Творца всего этого уважать и чтить незазорно. Хотя, подозреваю, Ему это наше почтение совершенно без надобности. Но вернемся к нашим мелким земным проблемам. Кобеля не берем.

-- Да сдалось тебе, что он кобель! Его нельзя оставлять!

-- Я его не потащу! В один прекрасный раз придется его бросить на растерзание, помяни мое слово!

-- Ну так обрати его!

-- Ты в своем уме?! Я наплевательски отношусь к нашим традициям, но не настолько! Мы в ответе за воспитание каждого своего птенца! Ты понимаешь?! Каждого. И как я должен прививать наши многовековые традиции собаке?!

-- Энд умный…

Когти вампира со скрежетом оставили несколько борозд на каменной стене.

-- Но что мне с ним делать? Я за него отвечаю, -- жалобно сказала Ингрид.

Трист сдался:

-- Давай отведем его к Фанпайну, нам все равно надо в первую очередь к нему. Но дорога растянется, даже не знаю на сколько.

-- Я бы сначала посетила Смотрителя. То, что мы от него узнаем, может касаться и заболотных. В городе купим лошадей, на обратном пути завернем сюда, заберем Энда и отправимся к Фанпайну. А вот от него двинем вдоль гор на север.

-- И потом в лодку этих лошадей загрузим?

-- Обменяем лошадей на лодку. Я по дороге алхимией их накачаю, так что они будут устойчивы к большинству той гадости, от которой дохнет скот в тех краях. Так что, может, даже парусную лодку сможем достать.

-- Деньгами не проще расплатиться?

-- Там монеты не сильно в ходу. Нет ни трактиров, ни лавок, ни, тем более, банков. Так что товарный обмен гораздо надежнее. Охотнее всего на зелья меняются, но это все равно что наш путь прямо на карте начертить и отцу отправить.

-- Ладно, условно принимается. Но окончательно все будет зависеть от того, что узнаем у Смотрителя. Может статься, придется убираться отсюда очень быстро. Тогда никаких лошадей и собак!

-- Согласна, -- неохотно кивнула Ингрид.

Начинать путь в темноте уже стало привычкой. Хотя за плечами вампира высился рюкзак необъятных размеров, основную часть багажа составляли зелья и алхимический скарб. «Малая лаборатория», как выразилась Ингрид. Остальное либо надели на себя, либо решили закупить в городе. Заклинания малого забвения будет вполне достаточно для обывателей, так что никаких следов их визита не останется.

Трист взял девушку на руки и в обход деревни понесся на всей возможной скорости к городу. Окольная тропа проходила оврагом, поэтому пара так и не увидела, что у въезда в деревню началась стройка.

***

Смотритель Юго-Восточных земель сидел на полу и плакал. Совсем небольшой ментальный посыл вампира что-то сломал в этом толстом дядьке, взорвал плотину, сдерживавшую его страхи.

-- Они пришли и сказали: «А что это у тебя за безобразие творится?! Даже малых часовень в деревнях не поставили! А деньги на это откуда я возьму?! А служители на эти часовни откуда возьмутся? Вот сколько служителей было, столько часовень и стоит. Я же не виноват, что им в деревнях жить неохота! А еще, говорят мне, всякий сброд привечаешь. Алхимики у тебя тут обосновались. Да всего двое-то. И одна из них девчонка совсем, а другой – старик слабосильный. А они – храм у тебя большой будет строиться, ни к чему народ соблазнять сомнительными зельями. При храме целители будут, аж четверо, так что, чтобы духу алхимического тут не было к моменту строительства.

-- Так это храмовники потребовали смерти девушки? – ласково спросил Трист.

-- Нет, они сказали, прогнать просто. Намекнуть, не рады, мол, им здесь. Землю забрать. А как? Старику шепнули, так он мигом испарился, а эта Инги… Ингра, в общем, эта зараза мелкая держится за свой дом, как будто приросла.

Вампир вопросительно посмотрел на Ингрид, которую зачарованный Смотритель полностью игнорировал.

-- Да, кто-то там ко мне приходил, мялся, что-то такое шептал, мол, ветер переменился, не рады мне здесь больше. Но мне-то что. Мало ли какой прощелыга на мой дом позарился. Но как ему в голову пришло от меня настолько радикально избавиться?

-- А вот и спросим, -- сказал Трист и опять также ласково вкрадчиво обратился к Смотрителю:

-- Как тебе в голову-то пришло алхимика на смерть послать? Неужели про наказание от Ордена не подумал? Или надеялся на защиту Храма?

-- Не я! Не я это придумал! Но ведь получилось! – Смотритель начал раскачиваться из-стороны в сторону. – Этой, алхимику, раз намекнули, два... А она все там же! А я извелся уже, сроки все выходят. Ну, выпил с хорошим человеком. Тот и намекнул, что она в Гильдии Охотников на монстров зарегистрировалась. По совпадению дальнюю гать хинды перекрыли. И их там много. Если индивидуальный заказ ей сделать, количество монстров занизить, то она с удовольствием заказ возьмет и сгинет. А даже если выпутается, ничего не докажет, она же, дура, одна охотиться собирается. И Орден ничего не докажет – пока приедут, пока разберутся, там уже ничего не докажешь, сколько там монстров было.