В поиске дна печали

Глава 9

Утро началось с плотных туч и нескончаемого дождя. Он барабанил по окну, будто напоминал, что даже самое привычное может в любой момент измениться. Воздух был сырой, настроение — на нуле. Хотелось остаться дома, завернуться в плед и забыть обо всём. Но я, как всегда, собралась и пришла на работу вовремя — даже чуть раньше.

Офис встретил тишиной. Людей было немного, и те, кто уже пришёл, явно не были в настроении для разговоров. Скрип кресел, редкие шаги по коридору, шелест бумаги — всё звучало громче обычного. В воздухе чувствовалась напряжённость. Каждый был занят своими делами, но будто ждал чего-то.

Я села за рабочее место, включила ноутбук и открыла презентацию, которую готовила накануне. Её предстояло показать руководству, и я хотела ещё раз всё проверить. Переключалась между слайдами, смотрела на цифры и диаграммы, прогоняла в голове возможные вопросы и ответы.

И тут пришло письмо.

От: Гарри Стайлс

Тема: Важно

Сообщение: “Адалина, зайди ко мне, когда освободишься. Это срочно.”

На секунду я застыла. Сердце забилось быстрее. Я быстро сохранила документ, закрыла ноутбук, встала, поправила пиджак, провела рукой по волосам, чтобы выглядеть собранно, и направилась к его кабинету.

В голове крутились вопросы, но я старалась не поддаваться панике. Просто идти и слушать.

Он сидел за столом, внимательно просматривая какие-то бумаги, но, услышав стук, сразу поднял взгляд.

— Заходи, — коротко сказал он, и его голос прозвучал мягче, чем обычно.

Я закрыла за собой дверь.

— Вы меня вызывали?

— Да, — он указал на стул напротив и, чуть приподняв брови, добавил: — Как продвигается работа над проектом?

Я выложила перед ним аккуратно собранную папку с распечатанными документами.

— Всё готово. Презентация завершена, расчёты сверены. Пункты риска — на страницах 7–9. А вот здесь — сравнительный анализ предыдущих контрактов, как вы просили.

Он взял папку, перелистал несколько страниц, задержавшись на графиках. Лёгкая ухмылка тронула его губы.

— Честно? Это выше моих ожиданий. Ты хорошо поработала, Адалина.

Я не ожидала похвалы. Щёки тут же залились румянцем, и я поспешно опустила взгляд.

— Спасибо… Я просто… старалась.

— Это видно, — он откинулся на спинку кресла, всё ещё глядя на меня. — Знаешь, мне редко встречаются сотрудники, которые понимают не только задачу, но и то, что стоит за ней.

Я кивнула, стараясь не показать, насколько смущена. Внутри всё горело, и дело было не только в комплименте. От Гарри исходила какая-то особенная энергия — не грубая, не навязчивая, но не дающая дышать спокойно.

— Если бы все были такими, — продолжил он с лёгкой улыбкой, — я бы, возможно, даже начал верить в чудеса.

Я не знала, что ответить, но к счастью, в этот момент зазвонил мой телефон. Я взглянула на экран — Отец.

— Простите, — прошептала я и поспешно вышла из кабинета, оставив Гарри наедине с бумагами.

Я не хотела брать трубку. Но всё же нажала «принять».

— Адалина, — голос отца был знакомый, холодный, сдержанный. Как будто ничего и не было. Как будто не прошло тех лет. Не было пощёчины. Не было изгнания.

— Слушаю, — коротко ответила я.

— Я не буду ходить вокруг да около, — начал он. — Компания… в нестабильном положении. Совет начал терять терпение. Нам нужно обновление. Новая кровь.

— И вы подумали обо мне? — я горько усмехнулась. — Вдруг вспомнили, что у вас есть дочь?

— Сейчас не время для эмоций, — резко отрезал он. — Ты способная, это я всегда знал. Ты можешь стать главой компании. Фостер должен остаться в руках семьи.

— И всё? — тихо спросила я. — Вы не хотите поговорить о том, как вы меня выгнали? О том, что я прошла?

Молчание.

— Это было давно, — наконец произнёс он. — Мы оба сделали ошибки.

Но он так и не сказал “извини”.

— Я подумаю, — ответила я после паузы. — Но ничего не обещаю.

Я отключила звонок, ощущая, как внутри всё сжимается. То ли от злости, то ли от боли, то ли от того, что он снова говорил со мной так, будто ничего не случилось.

Словно извинения — это слабость. А признать вину — вообще не про него.

Я стояла в коридоре, пытаясь привести дыхание в порядок.

Между прошлым и настоящим снова протянулась тонкая, опасная нить. И я ещё не знала — обрубить её или рискнуть пройти по ней обратно.