В поиске дна печали

Глава 11

Ужин прошёл спокойно.

Гарри больше не смотрел в мою сторону. Почти всё время он разговаривал с мужчиной слева от себя — высоким, с очками и лёгким британским акцентом. Они что-то обсуждали, смеялись, и я, сама того не ожидая, поймала себя на том, что смотрю.

В какой-то момент Гарри засмеялся по-настоящему. Без насмешки, без укоризны — искренне. Его глаза прищурились, уголки губ поднялись чуть выше, чем обычно, и в этом не было ничего жесткого. Только лёгкость. Живое, удивительно простое выражение. Та самая улыбка, которую невозможно не заметить.

Я опустила взгляд почти сразу.

Стоп, Адалина. Даже не думай об этом.

Это твой начальник. Гарри Стайлс. Строгий, требовательный, непредсказуемый. Он не тот, кто должен вызывать у тебя такие реакции. И всё же — они были.

Кэролайн продолжала подтрунивать надо мной с Джейденом. Она умела сбивать напряжение, будто нажимала на внутреннюю кнопку “дыши”. Эйдан почти не вмешивался, только пару раз кивнул на шутку и снова замолчал. Я поняла — он просто такой. Наблюдатель, не комментатор. И это было нормально.

Когда мы все поднялись из-за стола, Джейден вежливо предложил подвезти меня домой.

— Спасибо, но не стоит. Моя машина рядом. И… мне нужно вернуться в офис. Немного доделать кое-что, — объяснила я с лёгкой улыбкой, надеясь, что это прозвучит не как отговорка, а как есть.

Он кивнул с пониманием, но взгляд у него стал чуть серьёзнее.

Гарри на это ничего не сказал. Ни взгляда, ни замечания. Он просто повернулся к тому же коллеге и что-то пробормотал себе под нос. Я попрощалась с ребятами, коротко обняла Кэролайн, кивнула Эйдану, и направилась в сторону здания компании.

Ночь опустилась незаметно. Легкий ветерок тронул волосы, когда я вышла из уютного освещённого кафе на более пустынную улицу. Машин было меньше, шум стих, только фары проезжающих такси и глухие шаги за спиной напоминали: город всё ещё не спит.

Я открыла дверь офиса пропуском и вошла. Лобби встретило меня пустотой — ресепшн уже не работал, охрана дремала где-то в будке на парковке. Свет горел только в нескольких окнах.

Моё — одно из них.

Я прошла мимо зеркального лифта и выбрала лестницу. Ступени отдавались глухо, каждый шаг будто подчёркивал: ты снова здесь, Адалина.

Одна. Поздно. Работать.

Внутри кабинета было тихо. Странно уютно, если не думать, что в это время нормальные люди ужинают с детьми, смотрят кино, лежат в ванне с пеной. А я…

Я опустила сумку на стул, включила ноутбук.

На экране мигнули письма, папки, таблицы. Всё на своих местах.

Я провела пальцами по виску — голова слегка гудела. Наверное, от вина. Или от усталости.

На экране телефона всплыло сообщение:

Камилла: Ты опять на работе? Томас скучает. Я его уложила, он спрашивал, когда мама приедет. Не перерабатывай, дорогая.

Адалина: скоро буду, нужно доделать кое-что по работе.

Отправив сообщение, я вернулась к работе. Мне оставалось немного — пара правок в таблице, один абзац для внутреннего отчёта, и всё. Но сосредоточиться было трудно.

Слова будто плыли перед глазами, числа не складывались, как раньше. Что-то в этом вечере зацепило, как заноза под кожей. Не больно, но мешает.

Я откинулась на спинку кресла, потянулась, положила ладони на лицо. Вдох — выдох.

«Соберись, Адалина», — прошептала себе.

«Просто работа. Просто ночь. Просто ты и экран».

Тишина была плотной. Компьютер тихо шумел. Где-то за стенкой щёлкнула батарея. И вдруг — лёгкий, отчётливый звук.

Щелчок.

Дверь.

Я замерла.

Через секунду — второй звук. Как будто кто-то прошёл по коридору, не торопясь, но уверенно. Мужские шаги. Твёрдые. Ровные.

Дверь напротив — дверь кабинета босса — открылась. Не распахнулась, а просто… сдвинулась. Как будто он вошёл. И оставил её не до конца закрытой.

Я не видела его. Но знала — это Гарри.

Он был здесь.

Шаги стихли. Больше ничего.

Я сделала глоток воды, вернулась к экрану, но рука остановилась на полпути к мышке — словно любое движение сейчас могло сдвинуть что-то важное. Не в таблицах. Во мне.

Тишина казалась слишком громкой. Даже гул системного блока казался чужим, вторгающимся в пространство, где я осталась одна. Слишком поздно. Слишком много.

Я заставила себя сосредоточиться.

Строка за строкой, я вносила последние правки, проверяла ссылки, сверяла данные. В голове звенело лёгкое напряжение, но в работе было что-то почти медитативное. Привычное. Успокаивающее. Как будто здесь, среди цифр и текста, я могла снова собрать себя.

Когда последний документ был сохранён, я откинулась на спинку кресла и выдохнула. Медленно. Глубоко. Будто только сейчас позволила себе это сделать.