В полночь наступит завтра

ГЛАВА 8 Ночной кошмар

Первый день работы в «Вечности» оказался настоящим испытанием. Еще утром я была полна ожиданий и энтузиазма, но, когда вечер начал набирать обороты, а бар наполняться посетителями, усталость от долгих часов на ногах стала напоминать о себе. Ступни ныли, как будто в кроссовки кто-то подложил кирпичи.

— Ничего, скоро втянешься, — подбадривала меня Алина, и я думала о том, сколько же хороших людей успела встретить за этот день в лице новых коллег.

Среди посетителей «Вечности» тоже оказалось немало интересных личностей. Даже из местных знаменитостей кое-кто заглядывал пропустить бокальчик. Но пока другие девчонки в их присутствии томно вздыхали, меня гораздо больше волновали мысли о Матвее и о переменах в его отношении ко мне. Ведь еще вчера мы прекрасно общались, и, казалось, даже понравились друг другу. Что такого могло произойти за одну ночь, что теперь он не желал моего присутствия в этом баре?

Вернувшись домой, я отключилась без задних ног. Вечером поговорить с дедулей снова не вышло. Зато на следующее утро мне удалось подловить его за неожиданным занятием.

— Ну что, Чмонька, снова пришел колбасу выпрашивать? — сидя на открытом балконе наглаживал он упитанного черного кота. — И это правильно. У ведьмы твоей ничего дельного не допросишься, — кивал дедуля на соседний балкон, принадлежавший Фроловым. — Ешь давай, не стесняйся!

— Доброе утро! — ворвалась и я на балкон, залитый солнцем, невольно нарушив образовавшуюся между ними идиллию.

Увидев меня, старик изменился в лице.

— Вот же черный демон, повадился шастать! — принялся он по обыкновению ворчать, скрывая за маской брюзги свою маленькую слабость. Только я уже все увидела, что хотела, да и кот, тот еще конспиратор, громко заурчал, продолжая ластиться к дедушкиным ногам. — Да иди уже, иди, окаянный! Медом тебе тут что ли намазано?!

Долго уговаривать Чмоньку не пришлось. Кот проторенной дорожкой по оконному карнизу переметнулся на соседский балкон, где ловко скрылся за дверью.

— И тебе доброе утро, — с некоторым разочарованием выдал дедуля. — Ты сегодня на работу, или снова будешь меня заморской сруколой кормить?

— Рукколой, дедуль, — не смогла сдержать я улыбки. И как только жила раньше без его ворчания? — Сегодня на работу, а завтра у меня будет выходной, вот новых котлеток и наготовлю. Или голубцов могу накрутить. Хочешь?

— Что пришла-то? По лицу вижу, не о голубцах говорить. Ты и в детстве такой была: задумаешь какую хитрость, да все на лбу написано, — засмеялся надо мной старик, и я растерялась.

— Да, есть один разговор… Может, тебе что-то известно об этой вещице? — выудила я из-за пазухи мой крестик на длинной цепочке.

Дед протянул руку, подхватив крест в свою морщинистую ладонь, и недовольно нахмурился.

— Откуда он у тебя?

— Отец оставил перед смертью. А вот откуда он у него, ты случайно не знаешь?

Мужское лицо исказила гримаса боли, будто деда с головой накрыли неприятные воспоминания.

— Этот крест принадлежал моей матери.

— Бабушке Вере? — удивилась я. — А у нее он откуда?

— Откуда, откуда, вот заладила! Один мужчина после войны подарил.

— Какой мужчина? Кем он ей был?

— Никем! — разнервничался старик, словно эти вопросы будили в нем какие-то личные переживания.

— Дедуль, ну, пожалуйста, расскажи. Мне это, правда, очень интересно, — принялась я канючить, как в детстве, но дед оставался непреклонен.

— Да я еще совсем зеленым пацаном был, чего ты от меня хочешь? Столько лет прошло, я уже и не помню ничего!

Он помнил, по лицу видела. Только разговор этот ему почему-то был неприятен.

— Ладно, хорошо. В другой раз поговорим, когда будешь в настроении. А фотографии бабушкины посмотреть можно?

Дед поднял на меня удивленный взгляд. Оно и понятно, прежде я не особо интересовалась семейной историей.

— Да кто ж тебе мешает? Вон, целый шкаф с этими альбомами. Бери, да смотри, — махнул он рукой, и я, получив добро, обняла на радостях своего старика.

— Спасибо, дедуль! На выходных и займусь.

* * *

На второй день в «Вечности» было как-то уже привычнее и немного легче. Посетители приходили и уходили, на нас с девчонками сыпались все новые заказы, а временами, и щедрые чаевые. Работа спорилась, мне нравилась дружеская обстановка в баре. Яр, отъехав лишь на пару часов, почти весь день был рядом, словно украдкой присматривал за мной. А еще тепло улыбался и подбадривал в свойственной ему манере.

Только я невольно поглядывала в сторону входа в ожидании старшего Невского. Что-то мне подсказывало, что он не заставит себя долго ждать. Так и случилось. А когда Матвей вошел в дверь, первым делом вычленив меня прицельным взглядом среди остального персонала, по спине побежали взволнованные мурашки.

Он был не один, а в сопровождении еще двух мужчин в стильных деловых костюмах, видимо, бизнес-партнеров. Уверенность и связи шли впереди них. Таких сразу видно, при деньгах. На их фоне Матвей выгодно выделялся. Белая сорочка и деловой костюм бесспорно были ему к лицу, только его привлекательность исходила из внутренней харизмы. Была в нем какая-то магнетическая сила, что-то сразу притягивало в этом мужчине. Даже то, как он двигался с легкостью хищника, в то время как под тканью костюма перекатывались литые мышцы, невольно завораживало.

— Тася, тебя просят в переговорную, — передала мне Алина какое-то время спустя.

— Точно меня? — несколько удивилась я, потому что из всех девчонок была самой неопытной, а там проходила важная деловая встреча.

— Распоряжение Матвея. Сегодня их будешь обслуживать ты.

________________