В прямом эфире

Глава 1: Раунд

- Значит, это правда? Есения Рудковская вернулась на родину! Устала от Манхэттена? - я знала, что рано или поздно мы встретимся, но чтобы через два дня после моего прилёта — такого я точно не ожидала. Да ещё и вот так…

Я вышла из лифта на подземную парковку отеля, где остановилась, и, подойдя ближе к своей машине, увидела того, кого предпочла бы никогда больше не встречать. Но увы…

Захар стоял, опершись спиной на машину, которую, кстати, я взяла в прокат. Не хочу ничего покупать — ни недвижимость, ни авто. Очень надеюсь, что проект, ради которого я, собственно, и приехала, не затянется. Так что привязываться к чему-либо не собираюсь.

— Уверена, причина моего прилёта тебе известна. Так что давай без фамильярности. Ты ведь не просто так ждал, пока я спущусь? Переходи к делу — скажи, что тебе нужно, и проваливай, — бросила я. Он усмехнулся. Похоже, моя любезность его не удивила — другого он и не ждал, так что был готов.

Он выпрямился, отлип от новенького "Мерседеса", поправил пиджак и засунул руки в карманы брюк.
Не могу не отметить — он всё так же чертовски хорош собой.

— С тех пор как ты уехала, в стране многое изменилось. Включая меня, — начал он. — Рано или поздно СМИ нароют информацию о нашей связи. Тебе ли не знать, как они умеют всё искажать. Предлагаю опередить их.

Да ладно, серьёзно? Наглости ему по-прежнему не занимать.

— Ты серьёзно? Хочешь интервью?

— Есть проблемы? Или эта тема для тебя всё ещё больная? Слышал, в Нью-Йорке тебя называют "железной леди". Не только талантливая, но и холодная, расчётливая. Всегда сдержанна, всегда при деле. Так ли это? Сможешь ли ты быть такой же — у меня в гостях?

Он серьёзно думает, что я на это поведусь?

— "Эта тема", как ты выразился, давно пройденный этап. Ты был в моей жизни — это факт. Отрицать ничего не собираюсь. Но и участвовать в твоём дешевом шоу я точно не стану. Так что мой ответ — нет.
А что касается СМИ — пусть копают что хотят. Мне всё равно. Что бы они ни нашли, меня это больше не волнует. Если у тебя всё — то давай на этом и разойдёмся.

Я обошла его, открыла дверь машины и уже собиралась сесть, как его рука остановила меня. Он наклонился, и наши лица оказались опасно близко.

— Тебе не кажется, мы это уже проходили? И чем всё закончилось? Ты была моей. Думаешь, в этот раз будет по-другому?

Почти удалось вывести меня из себя. Почти.
Но я прекрасно знала — если покажу хоть каплю эмоций, он решит, что прав. А я ему этого не позволю.

— Ты говоришь, что изменился. Но вот смотрю на тебя — и понимаю: нет. Хорошо это или плохо — не мне судить. Но вот тебе один факт обо мне: я пережила наше расставание тяжело. И очень этому рада. Потому что теперь могу смотреть тебе в глаза — и не чувствовать абсолютно ничего.
Ты можешь хоть мир перевернуть — но это уже ничего не изменит.

Раунд.
Его глаза потемнели, в них вспыхнул яд. Ухмылка сползла, челюсть напряглась — острая, как нож. Он отпустил дверь.
Я с лёгкостью её закрыла, выругалась про себя — и уехала как можно быстрее.

Пусть хоть взорвётся от злости. Мне все равно — не я это начала.