В прятки с драконом, или Найди меня, если осмелишься

Глава 5.6

— Ну, наконец-то, — оживилась я, мигом отбросив все посторонние мысли и эмоции. — Можно с этого места поподробнее?

Подалась вперед, готовясь внимательно слушать и жалея, что никак не получается достать сейчас тетрадь, карандаш, чтобы начать немедленно записывать.

Кажется, мне повезло, и в пустом пока отчете по эксперименту скоро появятся первые данные.

— Подробнее?..

На лице спонсора отразилось замешательство. Словно моя реакция — совершенно непредвзятая, между прочим, естественная, даже естественно-научная — основательно его озадачила. Но длилось это лишь несколько мгновений. Потом мужские губы снова изогнулись в привычной двусмысленной ухмылке, и он протянул:

— Я бы с радостью. Даже с удовольствием. Но, увы, для подробностей мы пока недостаточно близко знакомы.

— Вообще не знакомы, — уточнила я, вспомнив сегодняшнюю погоню за подопытным и безуспешные попытки выяснить его личность. — Но нам ничего не мешает это исправить, так ведь? Я готова.

— К чему?

— К знакомству. И сближению.

Сказала — и затаила дыхание. Если безымянный похититель яблок сейчас представится, то в ректорат ночью лезть уже не придется. Выясню, кто он такой, приручу потихоньку и получу возможность наблюдать за ним, отслеживая все изменения. Заодно, кстати, разберусь, что наш новый спонсор в Руинах ищет. А то знаю я этих клептоманов: делают вид, что просто гуляют, окрестностями любуются, а потом бесценные академические сокровища пропадают.

— Готова сблизиться, значит? Заманчивое предложение…

Длинные черные ресницы опустились, бросая тень на щеки и скрывая эмоции собеседника.

Неужели, что-то подозревает?

Может, стоит честно признаться и сообщить, что он теперь невольная жертв… то есть добровольный и единственный в своем роде участник очень важного научного эксперимента?

Нет, рискованно.

Я сама, правда, подобные исследования раньше не проводила, моя специализация — магические существа, там своя специфика общения. Но подруги, у которых опыт уже имелся, единогласно и категорично утверждали, что уговорить подопытных невероятно трудно. Пейдж приходилось доплачивать тем, кто соглашался проверить на себе новые крема и лосьоны. А Лекси даже это не помогало. Как она умудрялась отлавливать и убеждать «желающих» отправиться ночью на кладбище, никому из нас до сих пор не известно.

Мне денег не жалко, но не похоже, чтобы спонсор в них нуждался. Вдруг потребует слишком много или вообще не согласится и сбежит? Ищи его потом. Вряд ли мы еще раз так удачно где-нибудь столкнемся.

И вообще, при эксперименте что важно? Чтобы объект расслабился, вел себя естественно, непринужденно и верил, что все делается исключительно ради его блага. Главное, не показать свою заинтересованность, не спугнуть его раньше времени.

Поэтому…

— Я, конечно, не настаиваю, — улыбнулась сдержанно. — Предложила, потому что о тебе беспокоюсь. Все-таки яблоко было не совсем обычным, да и сама яблоня — создание очень своеобразное, со специфическим чувством юмора. Об этом даже самому захудалому библиотечному призраку известно. Мало ли что у нее на уме… Вдруг тебе плохо станет? Ты наш спонсор, я обязана о тебе позаботиться.

— Спонсор?.. — голос собеседника звучал ровно. И не понятно, переспрашивает он или удивляется тому, что я угадала.

— Я видела тебя в кабинете ректора. Ты точно не адепт Руин, не наставник. На инспектора совета магов тоже не похож. Они всегда со свитой приезжают и по подземелью тайком ночами не бродят, даже в надежде прибрать к рукам спрятанные здесь сокровища. Так что остается только спонсор. Верно?

— Хм… — уклончиво протянули в ответ. — Можно и так сказать.

— Ну вот, — обрадовалась я. — Поэтому мне обязательно надо знать, как ты себя чувствуешь. Помочь, присмотреть, поддержать. Распознать первые признаки отравления.

— Меня трудно отравить. Практически невозможно. — беспечно отозвался новоявленный любитель яблок и, помедлив, пояснил скупо: — Родовая особенность.

Ого!.. Я даже закашлялась после такой потрясающей новости. Какой же интересный подопытный мне попался.

— Контроль состояния все равно необходим, — произнесла строго. — Мы, адепты Руенса, бережем своих спонсоров и несем за них ответственность. Поскольку я присутствовала при начале эксперим… гм… видела, как все произошло, обязана теперь убедиться, что все в порядке. Предлагаю встречаться ежедневно… нет, два… даже три раза в день. Не будем мелочиться.

— Обязана, говоришь? — мужчина наклонился, стремительно сокращая расстояние, которого между нами и так практически уже не существовало. — Но это твои проблемы. А в чем моя выгода? Что я получу взамен? М-м-м?..

Длинные, сильные пальцы скользнули по скуле, дотронулись до подбородка, поднимая мою голову вверх, и в нише вдруг резко перестало хватать воздуха. Ощущение его ладони на коже, теплого дыхания, от которого губы закололо, как от сотен крохотных острых иголочек, было таким странным, непривычным и… волнующим.

— Чего ты хочешь? — я выпрямилась, освобождаясь от захвата, но взгляда не отвела. — Готова выполнить любое желание.

— Любое? — почти мурлыкнул он.

Чужая рука коснулась виска, поправила прядь волос, отведя ее за ухо, легко прочертила дорожку по щеке… шее и упала вниз. А я вдруг вспомнила про те самые «навязчивые и непреодолимые», которые так и не успела записать, и почувствовала, что снова краснею.

Да что же это такое!

— В рамках разумного, разумеется. — уточнила быстро. — И не противозаконное. Могу, например, помочь с поисками. Ты же не просто так по академии бродишь, а что-то ищешь, так? Что-то очень важное. Я знаю, где хранятся документы и карты старого Руенса. Если нужно, проведу туда.

Вернее, не я, а Плюшка. У нее в академическом хранилище «свои нелюди» имеются. Но об этом лучше пока не говорить.

Пауза… Удар сердца… Еще один… Усмешка на его губах — чуть снисходительная, как будто он умел читать мысли и знал, что я лукавлю… И, наконец, негромкое: