В прятки с драконом, или Найди меня, если осмелишься

Глава 16

Най лишь ненадолго отпустил мою ладонь — чтобы помочь надеть оставленную в холле накидку. Потом снова переплел наши пальцы, когда мы вышли на крыльцо, и уже не позволил отстраниться.

С холодного, морозного неба не по-зимнему ярко светило солнце, под ногами, бодро похрустывая, бриллиантовыми россыпями искрился снег. Вокруг было тихо и необычно пусто. Адепты, вернее, те из них, кто благополучно сдал экзамены и подтянул «хвосты», по традиции заранее разжившись пропусками, уже с утра отправились в Брезон. Развлекаться, как и положено порядочным, свободным от обязательств и занятий, студентам.

Казалось, на всем свете, не считая редких случайных прохожих, остались только мы с Наем — шагали бок о бок по аллее, усыпанной ледяными самоцветами, щурились на солнце, молчали… И так не хотелось нарушать это объединившее нас молчание, возвращаться в реальность к заботам, тайнам, проблемам. И убирать свою ладонь из ладони «почти спонсора» тоже почему-то больше не хотелось. То, как он вел себя, ощущалось, на удивление, правильным, естественным. Нужным. Словно мы и должны всегда идти именно так — рука в руке.

Поймала себя на этой мысли, ужаснулась и, раздосадованная собственной глупостью, попыталась осторожно высвободиться «из плена», но Най в ответ лишь крепче стиснул мои пальцы. Вздохнул подчеркнуто укоризненно и совершенно неискренне:

— Если не желаешь, чтобы заметили, как ты держишь меня за руку, лучше находиться поближе друг другу.

Подтянул к себе, соприкасаясь со мной теперь плечами, подмигнул и спрятал лукавый взгляд под ресницами.

Это он намекает, что я исключительно из стеснительности отодвинуться пытаюсь? Да здесь и свидетелей-то почти нет, замечать некому.

Возмущенно вскинула подбородок, собираясь высказать все, что думаю о его «тактических маневрах», но не успела. Най быстро перехватил меня за локоть, склонился ниже, согревая висок теплым дыханием, и закончил:

— А еще так надежней, никто не услышит… лишнего.

В его тоне больше не было ни насмешки, ни поддразнивания, и голос звучал совсем по-другому.

— «Сон разума», которым тебя опутали, и ловушка духов, подготовленная в библиотеке для Ласара с подчиненными —редкие и сложные заклинания, доступные только самым сильным, опытным мастерам. Простому магу с ними не справиться. Поэтому в обоих случаях чары накладывались не напрямую, а через уникальные артефакты-усилители, с заранее закреплеными в них нужными плетениями. С такими артефактами может работать даже одаренный среднего уровня. А созданы они, если судить по остаточному энергетическому следу, кем-то из центрального совета магов. Свой личный отпечаток хозяин, к сожалению, стер, но у каждого столичного «патриарха» есть особая метка на ауре — знак принадлежности к избранным, дающий определенные привилегии. Эхо этой метки мы и поймали.

— Вы?.. — я недоуменно нахмурилась, но уже через мгновение понимающе хмыкнула.

Скорее всего, он говорит о кураторах. Если среди них имеются некроманты и чистильщики с «косметологами», то дознаватели и подавно найдутся.

— В нашей группе самые лучшие следопыты, — подтверждая мои предположения, улыбнулся Най. — Ошибка исключена, и это дает хорошую зацепку. Кукловод из совета нацелен на тебя, артефакты тоже создавались именно «под тебя», а вот исполнитель — кто-то из местных. Он активировал артефакты, отвлек и задержал духов, он же поджидал тебя на лестнице, а потом, когда ты неожиданно исчезла в портале, сразу же ушел. Парни определили, что он направился в административный корпус, дальше след, к сожалению, теряется. Что ему понадобилось так поздно в ректорате тоже неясно. Я бы предположил, что это был Глим, но он, по моим данным, той ночью посещал Дом удовольств… гм… в общем, развлекался в компании себе подобных в Брезоне. Остаются наставники и сотрудники академии, искать исполнителя нужно среди них. Адепты Руенса с высшими артефактами не совладали бы, уровень не тот.

Пальцы Ная еще сильнее сжались на моем локте, почти впиваясь в кожу.

— Дело очень серьезное, речь идет о твоей безопасности. Полностью доверять сейчас мы можем только двум людям: мэтру Ефану и… твоему отцу. С ректором я уже пообщался, духи сразу доложили ему о происшествии, так что он более-менее в курсе. А вот что говорить господину Роу, решать тебе.

Что сказать папе? Непростой вопрос. Нет, я понимала, конечно, что сообщить о нападении придется, так или иначе, и все же…

После смерти мамы отец слишком бдительно, даже болезненно относился ко всему что связано с безопасностью семьи. Жестко опекал, оберегал нас с братом. Я помню, как неохотно он отпустил меня, когда пришла пора поступать в Руенс — если можно было бы нанять личных наставников, как делают некоторые старые аристократические семейства, точно оставил бы дома. И сейчас, если папа узнает, что его дочери угрожает опасность…

— Он заберет меня из академии, — пробормотала хмуро. — Точно заберет. Сразу же.

— Нет, — Най остановился, развернул меня к себе, придерживая за плечи. — Я не позволю.

— Но…

— Я не собираюсь с ним ссориться, просто знаю, как его убедить. — В глазах напротив полыхнуло золотое пламя. — Доверься мне, ладно?

Руки Ная соскользнули с моих плеч, смыкаясь за спиной, мягко привлекая к широкой, крепкой груди. И так хорошо было в этих неожиданных объятиях, так надежно и спокойно, что я уткнулась лбом в его куртку и произнесла: