В прятки с драконом, или Найди меня, если осмелишься

Глава 17.2

Папа не шелохнулся, не поменял позы, но внутри у него будто напряглась туго сжатая пружина — вот-вот распрямится, а глаза начали стремительно выцветать, наполняясь ледяным, острым, как сталь, смертельно опасным холодом.

— Что тебе нужно от моей дочери? Только не говори, что жаждешь помочь, поддержать, научить, защитить исключительно из сострадания и милосердия. Не поверю. Если бы это был не ты, а он, например…

Папа кивнул в сторону окна, под которым по-прежнему стойко топтался хмуро-упрямый Дерек, вознамерившийся добиться своего во что бы то ни стало.

— В его случае я бы еще мог допустить, что он впутался во все это… нет, не по доброте душевной, ее в наше время днем с огнем не сыщешь, но хотя бы без особого тайного умысла. По юношеской неопытности, неосторожности и наивности. Но ты… — Отец смерил Ная жестким оценивающим взглядом. — Ты и тебе подобные ничего просто так не делают. Так на что ты рассчитываешь? В чем твоя выгода?

В комнате повисла тишина, настолько оглушительная, что, показалось, я слышу, как стучит сердце, которое внезапно начало биться быстро-быстро. Глупо, конечно, но захотелось вдруг, чтобы куратор подтвердил, что поступает так, потому что, и правда, намерен помочь. Просто помочь. Мы ведь… партнеры, верно? А партнеры всегда выручают друг друга.

— Выгода есть, — произнес наконец Най, и сердце, колотившееся уже у самого горла резко оборвалось, рухнув вниз.

И на что я рассчитывала? Подумаешь, партнеры. Всего-навсего...

— Взаимная выгода, — последовало уточнение. — Мне от Мейлин тоже нужна услуга. Какая, пока говорить не буду. Если все именно так, как я предполагаю, скоро сами поймете. Ну, а если все-таки ошибаюсь… Что ж, это только мои риски. Я в любом случае помогу Мейл разобраться с магией и с тем, что вокруг нее творится… Надеюсь, в моих способностях вы не сомневаетесь?

— Не сомневаюсь.

Папа ответил практически сразу, не раздумывая — коротко, но четко, уверенно, и я не могла не удивиться.

Мой самозванный наставник, безусловно, талантлив и маг очень сильный. Но чтобы Тэрен Роу, обычно невероятно сдержанный, скупой на похвалу, сразу признал его, даже без проверки? Невероятно! Наверное, это потому, что Най из Эвенвуда, и отец прекрасно знает уровень адептов лучшего военного училища страны. Вот и говорит так.

— Твои способности мне известны… более менее, — продолжал тем временем папа. — В отличие от мотивов. Почему я должен тебе верить?

— А у вас нет другого выхода, — пожал плечами куратор. — Судя по тому, что мы уже успели выяснить, все следы ведут в Фаумар. Вернее, в совет магов. С такими врагами вам в одиночку не справиться. Даже если запрете Мейлин в казармах своего Патруля и приставите телохранителей. Вы часто отсутствуете в Брезоне по делам службы, а столичного курьера с высочайшим предписанием никакие стены и охрана не остановят… Вы ведь и сами понимаете.

Папа понимал, это было заметно по его помрачневшему лицу, крепко сжатым губам, стиснутым кулакам. Но он молчал, явно колеблясь. И Най больше ничего не добавлял, давая собеседнику возможность все взвесить.

— Клятву дашь? — прищурился наконец папа.

— Клятву?.. — протянул куратор и, вскинув голову, посмотрел вдруг прямо на меня.

Глаза его ярко полыхнули, расплескавшись волной расплавленного золота. Со дна их поднялось что-то жаркое, жадное, почти голодное — поднялось и тут же исчезло, скрылось где-то в глубине. Как хищник, что решил притаиться до поры, до времени, в ожидании своего часа.

— Дам, — твердо отчеканил Най, словно решив для себя нечто важное.

— Отлично...

Я полагала, речь идет о клятве молчания, помощи, долга… или о каком-то подобном обете, связывающем людей узами взаимных обязательств. Никогда раньше не видела, как это делается, но много читала и уже приготовилась наблюдать за пусть несложным, но достаточно кропотливым и долгим, судя по описаниям, ритуалом. Однако все оказалось гораздо проще, короче и… Да, и непонятнее. Опять!

Эти двое с первого мгновения встречи общались на каком-то своем, знакомом только им языке. И клятва не стала исключением.

Папа просто вскинул руку, призвал магию и начертал в воздухе незнакомую руну.

— Фэйкро, — выдохнул он, подтолкнув рисунок вперед.

— Кванарин, — отозвался Най, выводя похожий знак и направляя его к моему отцу.

Руны одновременно замерцали, полетели друг к другу, столкнулись, вспыхнули, а затем рассыпались ослепительным фейерверком, обдав Ная с папой фонтаном разноцветных искр, и оставив меня недоуменно моргать.

Что же это за клятва такая? Странная, но, судя по всему, довольно сильная и действенная, потому что оба собеседника после ее принесения ощутимо расслабились.

— Исполнители местные. Их здесь, в академии, искать надо, — деловито произнес Най. — А вот тот, кто это затеял, — птица гораздо крупнее, влиятельнее и могущественнее. Многое указывает на столичный совет магов. Наши следопыты и артефакторы все проверили. Смотрите…

Он шагнул к столу, небрежным жестом достал откуда-то прямо из воздуха листок бумаги, карандаш и начал быстро писать, время от времени отрывисто бросая:

— Три сопряженных узла: на севере, западе, востоке… Остаточная аура… Глаз формации смещен из центра вправо…

Я в артефакторике плохо разбиралась и нить его рассуждений потеряла почти сразу, в отличие от склонившегося над столом папы. Он продолжал внимательно слушать, кивал и с каждым мгновением хмурился все больше.

— Вот, как я и говорил, — подытожил Най. — Сложная схема, и противник серьезный. Сильный, опытный, подготовленный. Нацелился он не на вас, что было бы вполне объяснимо, а на Мейлин. Именно на нее. И кстати, вполне возможно, что это не покушение, а попытка похищения. Чем-то ваша дочь очень интересна таинственному кукловоду. И это «что-то» связано не с ее жизнью в Брезоне, не с академией и даже не со «звериной» магией. К вам тоже отношения не имеет, иначе не Мейл, а вы стали бы мишенью. Остается один вариант…