В расплату бандиту

12

Жара стояла такая, что казалось — даже воздух плавится. Но на террасе было прохладно: кондиционеры гудели ровно, как будто наш разговор — этот рваный, тяжёлый — был встроен в местный климат-контроль.

Мы сидели напротив друг друга, за крохотным столиком кондитерской. На тарелке лежал чизкейк с манго — но по правде я чувствовала вкус только одного: собственной усталости.

Ратмир смотрел на меня так, будто я в любой момент могла испариться. И, наверное, он был недалёк от истины.

— Ты опять молчишь, — сказал он наконец. Голос ровный.

— А смысл говорить? — я пожала плечами, стараясь, чтобы это выглядело легкомысленно. Получилось, кажется, наоборот — слишком честно.

Он усмехнулся. Коротко. Резко.

— Конечно. Проще молчать, чем признать, что ты меня подставила.

Я вздохнула. Это был не вздох — это была капитуляция организма, который больше не знает, как объяснять очевидное.

— Я никого не подставляла. И ты это знаешь, — сказала тихо.

Слишком тихо. Для человека, который кричит внутренне.

Он чуть подался вперёд, локти опёр на стол, взглядом буквально пригвоздив меня к месту.

— Я знаю то, что видел.

— А я знаю то, что чувствовала, — парировала я. — Но кому это вообще интересно?!

Мы надолго замолчали. Неловкая пауза легла между нами, как какой-то стеклянный барьер — видно, но пройти нельзя.

Я смотрела на проходящих мимо туристов, на россыпи бутиков внизу, на блеск этого города, который был слишком ярким, чтобы быть настоящим.

Я поймала себя на мысли, что ищу глазами выход. Любой. Лестницу. Дверь. Тень. Взлётную полосу. Я стала специалисткой по незаметным попыткам побега.

— Я хотела спросить… — начала я, но он сразу напрягся. — Про Алекса…

— Зачем тебе он?! — резко.

— Я не… — я запуталась в собственных словах. — Просто хочу понять, где он. Что с ним.

Ратмир сжал челюсть так, что на скуле проступила резкая линия.

— Он тебе больше не угрожает. Этого достаточно.

— Ты сказал это так, что мне стало ещё страшнее, — прошептала я.

Его пальцы сжали чашку с кофе, будто он пытается согреть что-то, что давно остыло.

— Мира, — произнёс он тихо, но в этой тишине была злость. — Хватит о нём! Или ты вернуться хочешь?!

Я открыла рот, чтобы ответить, но он поднял руку — не грубо, просто как строгий знак «стоп».

— Ты со мной. И пока ситуация не закроется — будешь со мной. Поняла?

— Я не вещь, Ратмир, — выдохнула я. — Не контракт. Не обязанность.

Он наклонился ближе.

— Нужно было думать об этом раньше. До того, как ты попалась мне на глаза. До того, как смогла вплести меня в свод жизнь! В свое прошлое. В предательство, блядь!

У меня внутри что-то хрустнуло. Наверное, это была последняя ветка терпения.

Я посмотрела на него — на мужчину, который стал одновременно спасением и ловушкой — и впервые за долгое время поняла, что хочу исчезнуть не из страны, не из разговора, а из его жизни. Полностью.

— Если бы ты хотя бы раз поверил мне… — начала я, но голос сорвался. — Хоть раз!

Он не ответил. Только смотрел. Так, будто я — его проблема и собственность в одном лице.

Мы сидели на красивой террасе в самом богатом городе мира, окружённые сладостями, огнями, прохладой. И всё равно казалось, что воздух между нами — слишком горячий, слишком острый, чтобы дышать.

И я снова подумала: если сейчас встану — уйду. Если он отвернётся на секунду. Если повезёт. Если судьба наконец даст мне выдохнуть.

Но он смотрел на меня, не моргая. Будто знал каждую мою мысль.

Будто заранее перекрывал любые выходы.

И я осталась сидеть. На месте. Рядом с человеком, которого боялась чуть меньше, чем своего прошлого.

Но всё же боялась.

Я уставилась на него, как на непрошибаемую бетонную стену, которую так и хочется разбить кулаками — не потому что надеешься пробить, а потому что терпеть её больше просто невозможно!

— Ты хоть понимаешь, что ведёшь себя ужасно? — наконец выдохнула я, чувствуя, как голос дрожит не от страха, а от злости. Глубокой, давно накопленной.

Ратмир ухмыльнулся так, будто я сказала что-то милое и немного глупое.

— Я веду себя как мужик, который держит ситуацию под контролем.

— Под контролем? — я наклонилась вперёд. — Да ты даже меня слушать не хочешь!

Он дернулся, словно его раздражение стало ощутимым на коже — будто горячий ветер ударил по щеке.

— А ты чё думала то?! Что я как идиот схаваю ситуацию, где чуть не погиб?! Я впрягся за тебя, рискуя жизнью. А ты мне что? Сбежала. Просто сбежала нахуй после нашего договора!

— Да! Я сбежала! Это единственное, что я готова признать. Но! Не потому, чтобы потом подставить тебя… я просто не выдержала напряжения! Не выдержала тебя! Твоего присутствия рядом, ясно?!

— Ну так и осталась бы тогда с Алексом. Или чё? Долго бы там прожила?!

— Хватит! Оставь эту тему.

— Вокруг этой темы всё и происходит, если ты до сих пор не поняла!

Вот так. Чётко. Мужская прямота, которая вдруг пахнула не защитой, а властью.

— Ты серьёзно сейчас? — я наклонила голову, чувствуя, как внутри нарастает что-то опасное — смесь обиды, злости и непокорности. — Ты считаешь, что можешь распоряжаться мной?! Думаешь, что спас от от одного, значит теперь твоя?! Всё позволено тебе?! Можешь мстить за всё, что вздумается?!

— Ты сама всё испортила, Мира. И теперь можешь не строить из себя жертву!

Эти слова ударили сильнее пощёчины.

— Ты… даже не представляешь, сколько я выдержала, — я сказала тихо, но так, что каждое слово звенело. — Ты не знаешь, что было с Алексом. Что он делал. Как я… не сломалась. И я не позволю сломать себя сейчас. Ни тебе, ни ему, никому!

Его лицо на секунду стало каменным. Глаза — острыми.

— Не переживай, ты точно не выглядишь сломанной, — его голос стал низким, почти рычащим. — Ты выглядишь дерзкой. Упрямой. Вечно лезущей туда, куда не надо!

— Я не твоя собственность! — резко ответила я.