В разное время

Глава 1

Любовь
10 Июня
"Будущее, как известно, бросает свою тень задолго до того как войти" А.А. Ахматова.
Ну что-ж, давайте знакомиться. Меня зовут Любовь. У меня короткое каре по выше плеч, мои почти белые волосы переливаются на солнце, словно легкая пена на море, так обычно говорит папа, с чем я не согласна. Цвет ужастный, мне кажется что они похожи на солому. Ещё эти ляжки огромные. Мама говорила что это у меня от неё, но у неё они не такие большие, по этому я в основном ношу мешковатую одежду. Надо мной постоянно издевались однокласники, называя в шутку "круглой блондинкой", будто блин в зеркало сами не смотряться. Я уже выпустилась, так что надеюсь, что в колледже трогать меня не будут, не дети вроде уже.
Моя мама вышла замуж второй раз. За Дядю Сережу. Он хороший, но честно, не думаю, что он может заменить мне отца. Я досих пор не понимаю, почему они развелись с папой. Мама говорила, что прошла любовь, папа в шутку говорил, что боялся за свою талию (мама у меня повор ресторана). Сегодня у мамы начинается медовый месяц. Они не смогли меня взять с собой, да и я сама не очень хотела ехать, по этому я уезжаю к папе на лето.

— Люба, ты готова? — вдруг раздался голос мамы, она заглянула ко мне в комнату. В её глазах были огоньки радости, но вместе с тем я увидела и беспокойство.

— Да, — ответила я вспоминая положила ли в свою любимую сумку зарядку.

— Я люблю тебя принцесса. Обещаю, я вернусь через месяц, и мы съездим в аквопарк — сказала она, обнимая меня со спины

— И я тебя люблю мам

Мама поцеловала меня в лоб и вышла. Я осталась одна и стала смотреть на кучу пакетов, которые мне придёться тащить на первый этаж.

Пришёл дядя Сережа и помог занести пакеты в наш внедорожник. Я взяв свою сумку и наушники села в машину. Шум мотора и легкий треск шин по дороге пробирающейся через наушники говорили о том, что мы уезжаем. Сережа вел машину, мама сидела рядом и держала его за руку, а я смотрела в окно, стараясь следить за мелькающими пейзажами.

Когда мы доехали до места, первое что я увидела, это своего любивого ретривера. Он гавкал на машину, но когда я вышла замолчал.

— Малыш, ко мне!

Я услышала голос папы, как же я соскучилась.

— Цветочек — сказал папа когда обнял меня.

Я улыбнулась.

Мама обняла папу, дядя сережа протяну руку для рукопожатия, они немного пошутили пока разгружали мои вещи. Вообщем знакомство прошло на ура.
Позже пройдя в свою комнату, почуствовала небольшую настольгию. Самодельные лианы свисали с потолка, на стенах были мои рисунки и фотографии родителей до развода. большое зеракало стояла рядом с шкафом. Даже пахнет тут моми любимыми мармеладными мишками.
Так тоска и скука прочь.
У меня есть 3 месяца каникул ухуууу!
-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Я плюхнулась на кровать и уткнулась лицом в знакомую, пахнущую свежестью и домом, подушку. Здесь, в этой комнате, время будто остановилось. Или, по крайней мере, текло как-то иначе — медленнее, спокойнее. Здесь не было маминых нервных сборов на работу, не было приглушенных разговоров за стеной с дядей Сережей, не было необходимости надевать мешковатые худи, чтобы спрятаться. Здесь я могла просто быть собой.

— Цветочек, иди чай пить! — из кухни донёсся голос папы.

Я улыбнулась. «Цветочек». Это прозвище тянулось за мной с самого детства. Я обожала и одновременно стеснялась его. Особенно в переходном возрасте, когда хотелось казаться взрослой и крутой, а не каким-то «цветочком». Но папа никогда не стеснялся его использовать, даже когда я водила сюда подруг, что вызывало у меня приступы жуткого смущения.

Я вышла на кухню. Папа стоял у плиты, заваренный чайник уже свистел, а на столе стояла тарелка с тёплыми, только что купленными плюшками. Он обернулся, и его лицо озарила улыбка, которая всегда была такой открытой и лёгкой, в отличие от маминой, которая часто казалась уставшей.

— Ну что, распаковываться будешь или сразу к исследованию местности приступишь? — спросил он, разливая чай по кружкам.

— Сначала чай, — заявила я, устраиваясь на своём привычном месте у окна, выходящего в сад. — А потом... посмотрим.

Мы сидели молча, пили чай, и это молчание было комфортным. С мамой я всегда чувствовала необходимость говорить, заполнять паузы, чтобы не казаться неблагодарной или угрюмой. А с папой можно было просто быть.

— Спасибо, что приютил, — сказала я наконец, отламывая кусочек плюшки.

— Да что ты, цветочек, — он махнул рукой. — Ты знаешь, для меня этот дом пустует без тебя. Только я да Малыш, вот и всё веселье. А с тобой сразу жизнь появляется.

«Цветочек». Мне стало интересно.
— Пап, а почему ты меня так называешь? Всю жизнь. Никогда не спрашивала.

Он улыбнулся, его взгляд стал немного отрешенным, будто он провалился в прошлое.
— А ты не помнишь? Сама же дала повод. Тебе года три было. Ранняя весна, только-только снег сошёл. Мы с тобой гуляли в парке, и ты увидела первый подснежник. Белый-белый, прямо из прошлогодней листы пробился. Ты на него смотрела, не дыша, а потом на меня посмотрела, свои большие глаза подняла, и вся твоя физиономия просияла. А волосики у тебя были... ну, как сейчас, белые-белые, пушком под шапочкой торчали. И я подумал, глядя на тебя и на тот цветок: «Вот же он, мой подснежник. Самый первый, самый хрупкий и самый стойкий». С тех пор и повелось. Цветочек.

Я слушала, и мне стало тепло и немножко щекотно внутри. Я всегда думала, что это прозвище из-за чего-то более банального, девочка — значит, цветочек. А оказалось, у него есть своя, такая трогательная история. Подснежник. Хрупкий и стойкий. В этом было что-то очень точное, хотя я никогда не думала о себе в таком ключе. Хрупкой — да, пожалуй, особенно внутри. А насчёт стойкости... я всегда считала, что просто плыву по течению.