В разводе. Бумеранг для бывшего

Глава 8. Ты мне никто, Леша

Я видела, как Соколовский подъехал к ЗАГСу в день, когда нас развели.

Как уверенным маневром припарковался на своей большой новенькой машине.

Еще я увидела его любовницу на соседнем сидении. Куда же без нее?

Задрав нос, Люся сидела рядом с ним в солнечных очках, как настоящая бизнес-леди. Представляю, какое удовольствие ей доставляет статус Соколовского. Он, по меркам нашего далеко не маленького города, весьма крупная рыба.

Когда он припарковался она целомудренно чмокнула его в щечку, но он как-то быстро от нее отвернулся и вышел из машины.

Надо же.

Приоделся в свой любимый, как он его называет «приносящий удачу» костюм. Который, к слову, сидит на нем просто отлично. В нем Соколовский заключает свои самые удачные сделки, включая последнюю.

О которой я, дура наивная, рассказала Люсе. Вовсе не ради того, чтобы она позавидовала. Просто радостно было за мужа. Он мне все уши прожужжал, а я ей.

Даже сама не заметила, как все выложила.

Она теперь, наверное, вне себя от радости и предвкушения большого куша.

Мыслями возвращаюсь к костюму. На какую такую удачу он рассчитывал сегодня? Или он так показывает, что радуется разводу, и считает этот день счастливым?

В кармане пальто вибрирует телефон.

Я даже не глядя на экран знаю, кто мне звонит. Это, кстати, последний звонок бывшего мужа, на который я отвечу. Его мне пришлось разблокировать, чтобы через СМСки обсуждать развод. Но на этом благотворительная акция заканчивается.

— Слушаю.

— Ну здравствуй, бывшая жена, — цедит Леша. — Вижу ты спешила забрать свидетельство. А я думал, что буду первым.

Я действительно приехала к самому открытию и подписав актовую запись о расторжении брака, забрала бумаги и вернулась в машину.

Леша и его любовница приехали буквально через пару минут после того, как я вышла.

— Да, я спешила.

Потому что дел у меня сегодня много. Я через час переписываю свою машину на нового владельца и прощаюсь с ней, потом встречаюсь с парой близких и надежных друзей, и, самое важное, навсегда покидаю этот город ночным поездом.

Билет в один конец куплен. Квартира на первое время тоже готова, а вещи прибыли туда еще позавчера.

— Мы можем увидеться? — неожиданно спрашивает Леша.

— Зачем? То есть нет, нельзя.

— Блин, ну чего ты шугаешься меня, Настя? Хватит вести себя как маленькая.

— Я тебя не шугаюсь, а избегаю, потому что ты мне противен.

В этот момент я вижу, как он выходит из здания со свидетельством в руке. Причем держит документ небрежно, словно не был инициатором развода сам.

— Прям противен? — он останавливается как вкопанный, когда спрашивает меня об этом.

Даже издалека я вижу, что мне удалось погладить его против шерстки.

— Ну а как иначе? — усмехаюсь и поудобнее устраиваюсь на сиденье. — Ты с моей подругой спишь, на минуточку. И это мы еще не берем в счет твои отвратительные слова про аборты и мои воображаемые измены…

— Так, а вот тут стоп! — я вижу, как на его лице загорается азарт. Сам он подбирается. — Воображаемые? Точно?

Блин, проговорилась.

— Точно, Соколовский. Мне в погоне за беременностью было не до других мужчин, — рублю правду-матку и глажу себя по животу.

Тьфу-тьфу, беременность протекает без проблем, и я так благодарна богу за шанс быть мамой, что даже Лешу и его простигосподи прощаю.

Главное, чтобы все были счастливы. Их будущее меня не волнует, а вот за будущее свое и малыша я ручаюсь.

— Я не верю, — скучающе произносит бывший муж. — Убеди меня.

— Так я и не настаиваю. Ты сам поднял эту тему.

— Нет, давай встретимся и обо всем с глазу на глаз поговорим. Ты не умеешь лгать, Настя, я по тебе сразу все пойму. Ну?

Говоря это он идет к машине, открывает водительскую дверь, Люсе показывает жестом, чтобы молчала, и бросив на сиденье свидетельство, говорит:

— Согласна? — он захлопывает дверь машины, чтобы Люся его не слышала. — Я недалеко от ЗАГСа. Могу подъехать куда тебе удобно. Мы просто поговорим.

Ну гад же!

— Один будешь? Или по традиции, как все изменяющие мужья на развод привез любовницу? — мои слова вводят его в недолгий ступор, а потом он начинает оборачиваться по сторонам.

Я припарковалась в удачном, скрытом от глаз месте и Соколовский меня не видит.

— За кого ты меня считаешь? Конечно один, — усмехается он. — К тому же она мне не любовница.

— Судя по тому, что вы спите и она перевезла тебе свои вещи, вы не просто любовники, а самая настоящая пара с планами на будущее. Думаю, на этой ноте мы и завершим наш разговор. Совет вам да любовь. Прощай.

— Настя! — зовет он. — Стой. Давай встретимся. В жопу этот телефонный разговор. У меня есть вопросы на которые ты обязана ответить!

— А ты мне никто, Леша, — спокойно объявляю я и вижу, как от этих слов у него дергается спина. — И никаких ответов я тебе давать не обязана. Мы чужие.

Он с размаха пинает колесо своей же машины. Бедная Люся аж по стеклу растеклась, чтобы услышать, о чем говорит по телефону ее любовничек.

— Настя, блин, ты прикалываешься или издеваешься? Что вот так просто отрезала меня от своей жизни после десяти лет брака?

— Да отрезала. Легко и просто. А как ты рассчитывал? Что я по тебе буду плакать? Или буду тебя с Люси снимать?

— Ты беременна? — опять спрашивает он, и меня сразу же бросает в жар.

— Я же тебе уже говорила, что нет.

Пульс стучит в ушах. Тук-тук-тук.

— Я звонил твоему гинекологу, Настя. Мне известно все. У тебя внематочная? — его голос садится, становится хриплым. — Почему мне прямо не сказала? Зачем было вокруг да около ходить? Ты же меня спросила тогда, дома, мол что, если бы тебе вторую трубу удалять пришлось. Почему не сказала, что так оно и есть? Зачем гордость включила?