В разводе. Бывшая жена моего мужа

Глава 15. Я отвезу Сашу домой

Я зажмуриваю веки. Стискиваю их сильно и быстро, но слезы все равно успевают упасть на щеки обжигающе горячими дорожками.

— Лен… — Таня подходит ко мне, чтобы утешить.

— Я не плачу.

И голос у меня, правда, сдержанный. Даже спокойный.

Вернее, смертельно спокойный.

— Лен, посмотри на меня, — Танина рука осторожно ложится мне на плечо. — Они уже не целуются.

От ее слов по коже пробегает дрожь, а внутренности переворачиваются.

Жадно хапаю ртом воздух, и вот теперь меня прорывает. Я выпускаю из себя накопившуюся боль. Сгибаюсь, пополам прямо сидя на стуле, и реву от бессилия.

Какой же он козел.

Какое животное.

Какой беспринципный, конченый лжец!

Чтобы вот так свободно, у всей своей семьи на глазах сосаться с бывшей женой. По хрену ему и на меня, и на дочь, которая могла подойди к нужному окну и увидеть, как ее папочка целует другую тетю.

И как Стефа потом с таким должна жить? Как строить свою жизнь, зная, что ее любимый папа — ходок? Выбирать себе в мужья такого же подонка?

Обхватываю пальцами ножки стула, чтобы нырнуть обратно в реальность. Не буду я растекаться перед ним униженной лужицей.

Поцеловал Басманову?

Потерял семью окончательно!

Я и так понимала, что мы пришли к логическому финалу, но, боже мой, разве нельзя было сохранить видимость и проявить ко мне простое человеческое уважение?!

Зло выдыхаю и, оттянув рукава свитера, вытираю им слезы.

— Они еще во дворе? — голос, конечно, выдает мои слезы, как бы я ни пыталась прочистить горло.

— Гуляют, — глухо отвечает золовка. — Хочешь, я им устрою счастливую жизнь? — голос Тани звучит ненамного лучше моего.

Она знает нашу с Олегом семью, Стефу обожает. Вечно шутила, что нам нужен второй.

Басманов ей в такие моменты поддакивал. Забрасывал руку мне на плечо и притягивал к себе. Целовал в висок и шептал, что я должна родить ему сына. Пусть не сейчас, но однажды.

Слава богу, у меня хватило мозгов не беременеть.

Как бы я переживала все это с ребенком под сердцем? От одной мысли все внутри цепенеет.

— Пусть гуляют, — шмыгаю носом и встаю со стула. Пошатываясь, выхожу из комнаты с камерами.

Таня спешит за мной.

— Лен, ты сейчас не в состоянии… — она проглатывает слова. Я ей не завидую, ведь что можно сказать женщине, на моем месте, когда на глазах происходит наглая измена? — Остановись. Остынь. Бессмысленно пытаться говорить с Олегом, я его знаю. Он в конфликте только упрется рогами, с ним надо по-хорошему…

Ну да. В том, что с Басмановым надо по-хорошему — я знаю. Более того, я к нему всегда относилась только с уважением.

Вот он и отплатил мне, вытерев об меня ноги. Причем с размахом.

— Лен? — Таня едва сама не плачет, когда я останавливаюсь у окна, из которого видно прогуливающихся Олега и Сашу.

Она смотрит ему в рот. Причем ее губы не сомкнуты, словно она напрашивается на продолжение поцелуя.

Муж о чем-то с ней говорит, а она смотрит на него как на бога, с неподдельным восхищением.

Умеет же, гадюка.

Тщеславным мужчинам вроде Басманова такое обожание слаще меда. Я так не умею.

— Тань.

— Ау, — из-за поглотившего чувства вины, она готова на все.

— Одолжи мне свою косметичку, — отворачиваюсь от окна, не чувствуя вообще ничего.

Во мне как будто выключились чувства. Но я не наивна, и понимаю, что это цветочки и психика элементарно себя спасает. Ягодки будут потом.

— И еще: никому не говори об увиденном. Даже Олегу. Я сама с ним разберусь.

Таня кивает, хотя это дается ей тяжело, ведь она была свидетельницей измены брата.

С помощью ее косметики я маскирую следы слез и красноту на лице. Распускаю волосы и подкрашиваю глаза, наношу на губы тинт.

Не Саша Басманова с ее красными пельменями, но все же свежо и женственно.

Домой Олег с бывшей женой возвращаются через черный вход на кухне. А я, как знала и села здесь пить чай буквально минуту назад.

— Как прогулялись? — мой вопрос прилетает им в спину, и они оба резко разворачиваются ко мне.

С румяного лица Саши уверенность пусть не сразу же, но слетает. А вот Олег, обернувшись уже не отрывает от меня взгляда.

Есть ли в его глазах вина? Ни капли. Я слишком хорошо его знаю. У Басманова виноваты все вокруг только не он.

Разглядывает он меня только для того, чтобы считать настроение. Мало ли я опозорю его скандалом перед любовницей?

— Лена, — мое имя из его уст звучит как оскорбление, но я молчу и поворачиваюсь к Басмановой.

— Саш, — встречаюсь глазами с ее влажным, как будто она течет по моему мужу взглядом, — попроси у Тани бальзам для губ. Они у тебя вон, потрескались, как будто ты целовалась на ветру, ей богу.

Уверенно ей улыбаюсь и делаю глоток горячего чая. Рот обжигает почти кипятком.

Но настоящий ожог у меня еще впереди. На меня выливается ушат лавы, когда муж ставит меня перед фактом:

— Я Сашу домой отвезу.

— Что? — у меня внутри все опускается, а она, сучка, ликует, слегка отойдя назад, чтобы Басманов не видел ее хитрого лисьего лица.

— У Саши сел телефон, она не может вызвать такси. Я отвезу.

Боже, дай мне сил. Пожалуйста. Пальцы так сильно стискивают кружку, что поверхность чая идет рябью из-за того, как сильно я дрожу от злости.

— Даже так? Ну вези, Олег, — вздергиваю подбородок. — Только скажи мне вот что.

Наши взгляды с Басмановым сталкиваются как два поезда, что несутся друг на друга с отказавшими тормозами.

— За два часа управитесь? Или как в прошлый раз, вернешься домой за полночь?