В разводе. Бывшая жена моего мужа

Глава 21. Жена у тебя одна и это не я

— Лена, — это первый раз, когда он произносит мое имя вот так: со злобой и болью в голосе.

— Не подходи по-хорошему, Олег, — поднимаю в воздух скалку и задыхаюсь от всплеска чувств. Он же мне такой родной и такой чужой одновременно, что, мне кажется, я схожу с ума. — Я не посмотрю… Буду бить куда попало, если ты…

— Если я что? — вкрадчиво спрашивает он, сокращая расстояние небольшими шагами. — Подойду к своей жене и спрошу ее, какого хера, она ведет себя как дебилка? — оскорбление он выплевывает особенно яростно.

— Сам дебил! — отвечаю ему в тон. — Понял? А будешь меня обзывать, то я тебя точно скалкой по горбу отхожу. Отошел!

Но он, конечно же, плевал на мое требование. Словно толстокожее животное, Басманов даже не замечает моих слов и подходит настолько близко, что наши бедра соприкасаются.

Раньше нахождение с мужем так близко и наедине вызывало во мне всплеск женского счастья и даже гордости, ведь это у меня такой мужчина.

А сейчас внутри клокочет ярость, боль и чувство тотальной безнадёжности. Я выпотрошена его предательством. От меня осталась оболочка по имени Лена, и то только потому, что я нужна своей дочери.

Если бы не она, даже не знаю, откуда бы я брала на все эти силы.

— Олег, отойди от Лены сейчас же! — на кухню залетает взмыленная Таня, и после Олега обращается ко мне. — Он тебя не тронул?

— Нет, — мотаю головой и чувствую облегчение, ведь сейчас все это закончится.

Правда, зря.

— Да вы совсем страх потеряли? — ревет на всю кухню Олег. — Причем обе, я смотрю. Дуры! — ругается он.

— Ты ведешь себя как тиран! — тут меня прорывает. — Как абьюзер! И удивляешься, что Таня спрашивает меня о таком? Ты хоть понимаешь, как все, что ты творишь, выглядит со стороны?

— А мне насрать, родная, как это выглядит со стороны, — зловеще чеканит он. — Но раз вы меня уже записали в чудовища, то почему бы мне и не повести себя как одно из них?

— Олег, нет…

Когда он разворачивается в сторону Тани, я хватаю его за руки, за плечи, даже пытаюсь обогнать, чтобы загородить путь. Тщетно.

Он подходит к сестре, которая боится его не меньше меня и смотрит выпученными от ужаса глазами, хватает ее за руку, обхватывает другой рукой талию и выставляет за дверь.

Она даже пикнуть не успевает, как у нее перед носом на замок закрывается кухонная дверь.

— Олег, впусти меня! — она стучит по двери и зовет его, но Басманов уже снова переключился на меня.

— Итак, на чем мы остановились? — он снова впивается в меня взглядом. — Ах да, я тиран и абьюзер, — издевательским тоном повторяет он.

— Это одно и то же, — вытираю взмокшие руки о бедра и понимаю, что скалку я выронила, когда пыталась остановить Олега.

— Так что же ты меня такого урода терпела и любила? А, Лен? Где был твой язык раньше?

Вскидываю лицо, чтобы не думал, что меня легко запугать.

— Я мирилась с твоим характером, пока ты не втянул в наш брак свою бывшую жену. Вот тогда чаша моего терпения переполнилась. Как видишь, удивляться тут нечему.

В ответ на мои слова муж смеется. Сдавленно, пренебрежительно. И сверлит меня острым взглядом.

Его взбесили мои слова, я прямо вижу, как у него на лбу вздулась вена, и как налились кровью глаза.

— Не надо было лезть в мои дела, Леночка. И глядишь, жила бы с тираном спокойно.

— И носилась по врачам с венерическими заболеваниями? Нет, спасибо! Я рада, что ваша с Сашей годовщина удалась и что ты настолько, видимо, от счастья потерял бдительность, что оставил на кровати свой телефон.

— В который ты не должна была лезть, — снова говорит он сквозь зубы.

— Слава богу, сработала моя женская интуиция, и я узнала, за кем на самом деле замужем, — с чувством произношу я. — Иначе я бы слепо жила рядом с тобой, не зная, что ты приезжаешь ко мне прямиком из постели другой женщины.

Грудь сдавливает от отчаяния. На лице Олега после моих слов не дрогнул ни один мускул.

— Это мои с ней дела, Лена. И тебя в них быть не должно, — цинично говорит он.

— Хватит называть словом «дела» примитивную измену, — меня передергивает от отвращения, и я делаю инстинктивный шаг назад.

Мне даже кажется, что я могу чувствовать исходящий от него запах Саши.

— Подойди, — он пальцем указывает на место, где я только что стояла.

— Ты мне противен.

Басманов медленно поднимает темную бровь.

— Омерзителен, — продолжаю. — Я так жалею, Олег, что вышла за тебя, — из меня начинает литься правда. — И еще больше жалею, что родила тебе дочь. Стефа заслуживает лучшего отца, чем такого кобеля, как ты.

— Что ты несешь, Лена? Остановись. Пока не поздно, — угрожающе добавляет он.

— Поздно уже наступило, — могильным голосом говорю я. Во мне потухла жизнь. — Ты трахаешь Басманову, а я подаю на развод. Лучшее, что мы можем сделать в этой ситуации — это остаться в нейтральных отношениях ради дочери… Олег?..

Он делает бросок в мою сторону. Прижимает своей массой к кухонному островку и заключает мое лицо в свои пылающие ладони.

— Какой подаю на развод? Какие на хрен нейтральные отношения? Ты моя жена! — его срывающийся голос царапает мне щеки и нос.

— Жена у тебя одна, — глумливо усмехаюсь от тотального бессилия. — И это не я.

— Лена, — он до боли вжимается в меня. Я чувствую, как быстро бьется его сильное сердце.

— Я тебя не люблю. Не хочу. И не прощу.

Его лицо гаснет по мере моих коротких, отрывистых фраз. Это первый раз в жизни, когда я вижу Олега таким.

Неужели он понял, о чем я?

— Ну раз так, — он резко отстраняется и убирает руки. Я едва не падаю, потеряв равновесие. — Тогда разведемся, и я буду спокойно, как ты сама сказала «трахать Сашу». А потом буду приводить ее на встречи со Стефой, как мачеху. Нравится такое будущее?

— Нравится, — выжимаю из себя по капле каждую букву, пока в глазах стоят горячие озера соленых слез.

— Только потом не скули у меня под дверью. Не приму.