В разводе. Плохая бывшая жена

Глава 7

–Ты что? Ты уже все узнала? – Спросил Виктор, делай шаг ко мне и протягивая руку, желая схватить меня за запястье. Я качнула подбородком, намекая на то, что мне сейчас не нужны были его прикосновения.

– Я много об этом думала. – Сказала я, глядя в одну точку.– Если ты хочешь, можем через суд как-то все оформить, а потом не знаю, поговори с юристами. – Я дёрнула плечом и отправилась в сторону выхода из кабинета, затормозила перед дверью. Задумавшись и прикусив нижнюю губу, развернулась, крутанулась на пятках .

Он настолько мне не доверял , что сейчас глядел с таким сомнением, будто бы даже не узнавал. Если он мне не доверял, зачем тогда он со мной на эту тему вообще начал разговаривать?

Глупости все это. Разговаривать он начал, потому что хотел в открытую спать со своей девкой и все.

–Мы наверное не будем говорить об этом детям, хорошо? – Произнесла я нервно и потёрла запястье друг о друга.

Виктор нахмурился. Сделался похожим на сказочного злодея. Крылья носа трепыхали. Брови сходились на переносице, делая глаза безумно тёмными.

– Давай мы не будем ничего ребятам говорить. Потому что, во первых– ты всю жизнь был очень хорошим отцом, который подавал замечательный пример. Я не хочу, чтобы сейчас они твою выходку восприняли тоже как пример. Я уверена в Тимофее он, конечно, так никогда с Аликой не поступит, но мне неприятно было бы знать, что дети в курсе. А ещё мне неприятно было бы знать, что многие станут в курсе всей этой ситуации.

А я хотела, чтобы развод загремел так, что ни от кого бы в светском обществе не скрылся этот процесс, поэтому не считала правильным давать огласку сейчас, пока ещё вся ситуация подходит под описание «вилами по воде».

Хотя я знала, что у Алики мать с отцом уже год в разводе и Мира очень стойко переносила этот развод, хотя у неё осталась маленькая дочка.

Очень маленькая, если я не ошибаюсь, по-моему, лет пять, но Мира сама по себе была младше меня.

У меня-то все сыновья уже выросли Тимофею тридцать, Диме двадцать шесть. И Демьяну двадцать четыре.

Но тем не менее для Виктора я хотела сохранить иллюзию того, что никому не будет известно о нашем разводе, никому.

— Я подумаю над этим. Все равно рано или поздно какие-то слухи поползут.

— Но меня будет радовать, что мы с тобой уже не в браке, поэтому, думаю, я смогу закрыть глаза на эти слухи.

Я все-таки вышла из кабинета и медленно пошла по коридору к своей спальне. Буквально через десять минут я услышала тяжёлые шаги, и Виктор, застыв на пороге, пожал плечами.

— Может быть, тогда в ресторан сходим поужинать или ещё что-то?

И снова пустой взгляд, мой пустой взгляд.

Я не собиралась доказывать ему, что все у нас хорошо и так далее.

Нет, чтобы тебе верили всегда мешай правду и ложь.

— Я не хочу тебя видеть…

— Но ты же сама…

— Ты не понял. На данный момент именно в этом промежутке времени я не хочу тебя видеть. Мне неприятно. Я тебя не понимаю, но принимаю твоё решение временно развестись только из-за того, что если ты мне будешь изменять, то это уже будет вне брака. И таким образом, моё самолюбие не так сильно будет страдать…

— Глупости, — фыркнул Виктор, приваливаясь плечом к косяку и заставляя меня нервно стиснуть пальцы.

— Как знаешь, но я тебя видеть не хочу. Мы же с тобой взрослые люди, мы не будем с тобой ругаться, правильно? Мы поступаем логично, логично в этой ситуации тебе бы было уехать к ней, а мне дать время на переосмысление. Я не хочу торопиться. Я не хочу думать о том как все это у нас будет проходить. Пожалуйста, уедь.

И Виктор взбесился.

А я же не выгоняла его со скандалом, не бросала ему в лицо шмотки, я просто ему просила, и, видимо, моя просьба, она была ядовитее самых страшных слов.

Виктор собирал вещи в спортивную сумку, ходил из угла в угол, закидывал туда носки и все прочее. Я, остановившись в дверях, вздохнула, провожая его взглядом, но все-таки не удержавшись, бросила в спину.

— Виктор, получается, смотри, если мы с тобой временно расходимся, потому что у тебя там любовница, и тебе надо с ней заключить брак, обвенчаться и все прочее, то я получаюсь свободной женщиной, да?

Виктор выронил сумку из рук, медленно обернулся.

— Ты сейчас на что это намекаешь?

— А я не намекаю, я прямым текстом говорю, то есть ты же понимаешь, что я как свободная женщина имею полное моральное право завести себе любовника? И знаешь, ты очень будешь сейчас выглядеть лицемером, если скажешь, что у меня таких прав нет, потому что не я начала, это не у меня беременная девка. Логично же, да, ты же ничего не будешь иметь против моего молодого любовника?