В разводе. По ту сторону любви

8

Потрясающе красивая женщина.

Надо же уметь так держаться! Ни одного изъяна во внешности, ни одного случайного движения. Всё продумано с целью покорять потенциальных инвесторов.

Снова смотрю на мужа и чувствую не ревность, а… сожаление? Неужели он всерьёз думает, будто такая женщина действительно им заинтересуется?

Судя по выражению его лица – да, именно так он и думает.

Не хочу сказать ничего плохого про Славу. Он моложе большинства присутствующих мужчин, и он подтянутый и привлекательный. Но дело здесь не во внешности. На восхитительной Валерии такой ценник, который моему дорогому мужу даже не снился. Чтобы волосы выглядели так шикарно, необходим постоянный уход в салоне на сумму выше Славиной зарплаты. А этот костюм и туфли Валерии наверняка стоят дороже, чем вся моя одежда.

Да, у нас накоплена большая сумма на квартиру, поэтому Валерия и запустила в Славу свои коготки. Но его зарплата покажется ей смехотворной.

Надеюсь, муж не планирует вложить наши накопленные деньги в эту сомнительную авантюру. Мы договорились, что он возьмёт только маленькую сумму для пробы, поэтому он и злится на меня за то, что я не способна «мыслить широко».

Слава смотрит на Валерию, как влюблённый школьник. Так поглощён её приближением и внешним видом, что не замечает очевидного: он здесь не один такой, уверенный, что Валерия им интересуется. На семинар пришли новички, но есть и несколько мужчин, которые явно знакомы с Валерией, и которых она попросила о поддержке. Наверняка Слава и другие, более опытные участники программы, будут делиться опытом с новенькими.

Большинство мужчин среднего возраста, и у них одинаковые выражения лиц: осоловевшие и похотливые.

Какие уж тут инвестиции!

Случайных людей здесь нет, только по приглашению через участников программы. Когда я заполняла форму на сайте, написала, что меня пригласил Слава. В этом есть определенная ирония. Мой великий муж пригласил домашнюю клушу жену на важный финансовый семинар…

Мне вдруг становится плохо.

Живот сводит судорогой, как будто меня ударили под дых. Перед глазами пелена слёз.

Мне невыносимо больно.

Больно за нашу маленькую семью, за ужины втроём. За мечты о втором ребёнке. За всё то простое, тёплое, что могло бы быть счастьем.

Я не пожирательница мужчин, а самая обычная женщина, и при взгляде на меня мужчины не впадают в транс от моей красоты.

Но скажите честно, может ли пожирательница мужчин сделать кого-нибудь счастливым дольше, чем на полчаса?

Роль Валерии – зажигать огни в глазах, а потом оставлять после себя темноту. А я – хранительница света в жизни моего мужа, вот только… ему больше не нужен мой свет.

Валерия продолжает идти по проходу, замедляясь то тут, то там. Улыбается, наклоняется к кому-то, что-то говорит на ухо. Как будто случайно касается чьего-то плеча. Мой муж следит за происходящим с видом странного превосходства. Будто он знает нечто большее, что скрывается от других. Валерия наверняка сказала ему, что ей приходится общаться с другими мужчинами – поддерживать атмосферу, работать с клиентами, вдохновлять, но на самом деле она заинтересована только в нём.

В институте у меня была однокурсница, точь-в-точь Валерия. В неё были влюблены почти все парни потока. Она всем оказывала знаки внимания, и каждый был убеждён, что именно он – особенный. Что с остальными она общается лишь для приличия, чтобы не показаться невежливой.

Каждый считал себя исключением.

Я смотрю на Валерию – и вижу мою однокурсницу, поэтому мне так легко её прочитать.

На сцене оранжевый мужчина готовится к началу презентации, однако настоящая работа происходит не там. Они с Валерией действуют в паре. Её задача – зазывать, вовлекать, сводить с ума мужчин, которые готовы на многое, лишь бы произвести впечатление на потрясающе красивую женщину.

По мере того как она приближается, мой муж приподнимается, чуть ли не подпрыгивает на стуле. Берёт Валерию за руки, тянет к себе. Показывает на свободный стул рядом, предлагая ей сесть.

Валерия обнимает его в ответ, но при этом кивает в сторону сцены, напоминая, что у неё дела.

Слава не отпускает её. Обняв, держит рядом и что-то говорит. Мой муж не просто флиртует, а заявляет права на эту женщину. Всем своим телом, жестами и мимикой. Публично.

Внутри меня всё покрывается льдом.

Мне больно. Мучительно, глубоко, отчаянного больно.

А ещё мне стыдно.

Испанский стыд.

Мне стыдно, что мой муж, избранный мной мужчина позволяет этой вертихвостке так грубо собой манипулировать. Что он ослеп и не замечает очевидного.

Он обнимает Валерию, что-то шепчет ей на ухо. Большим пальцем проводит по её щеке рядом с губами. Интимный жест, почти собственнический, намекающий на близость их отношений.

Мне хочется встать и уйти, потому что других доказательств не нужно. Я увидела вполне достаточно. Всё и так понятно.

Мой муж потерян, пусть и ненадолго. Когда он поймёт, как грубо с ним играли, будет поздно возвращаться домой.

Потому что к тому моменту семьи у него уже не будет.