В разводе. Снова назову женой

Глава 9

Полина

– Урок окончен, вы были классными! Всем спасибо! – поаплодировала я своей группе девчонок десяти-двенадцати лет, которым проводила уже пятый урок танцев.

Девочки гурьбой понеслись в раздевалку, а я потянулась всем телом и взяла бутылку воды, покручивая ее в руках. К счастью, препараты помогли, онемением я больше не страдала. А возможно, стала наконец успокаиваться. Карим выжил, хоть и сильно пострадал. Мое сердце разрывалось от жалости к нему, но я старалась держаться подальше, ведь, как ни крути, он чужой муж. Но мысли и эмоции нет-нет овладевали мной порой, как бы я ни пыталась абстрагироваться. Как никак, он – отец моей дочери.

Я всё же решилась и позвонила Амиру и сообщила ему, что услышала от Диляры, но думала, нужно ли было это сказать и Кариму. Стоит ли? Я перебирала в уме и так и этак то, что тогда она мне сказала в запале. Но поскольку я и сама разговаривала с ней на повышенных тонах и в сердцах, то боялась, что не так что-то поняла и могу дезинформировать Мансуровых. В тот момент важнее было сохранить Кариму жизнь. Диляра казалась мне способной на любые, самые гнусные поступки.

Амир поблагодарил за информацию и спросил, навещу ли я Карима. Я знала, что он ждет меня, но также знала, что не должна навещать чужого мужа, у которого скоро родится ребенок. Я не видела нашего будущего с Каримом и не хотела становиться по другую сторону баррикад жена-любоница. Слишком многое встало между нами. Боялась, что не удержусь и начну приходить чаще, стану ухаживать за ним, привыкну к близости, вовлекусь в его выздоровление. И уже не смогу оставаться в стороне. Мое сердце всё еще не отболело, и я больше всего на свете боялась, что оно даст слабину.

Сердцу проще оставаться спокойным, когда любимый вдали. Может быть, настанет тот час, когда я смогу просыпаться без мыслей о Кариме. Может, я перестану страдать, вспоминать, надеяться. Когда-нибудь я вытесню его из своего сердца, но не сейчас.

Сейчас я старалась отгородиться. Говорят, время лечит раны, но это не так, я убедилась на своем опыте. Оно просто приглушает чувства, припорошив их иными.

В какой-то степени с эмоциями мне помогла подготовка к свадьбе сестры. Полянский не подвел и уломал нашу строптивицу выйти за него замуж. Оказалось, что он признался ей в чувствах, и она почти сразу растаяла, ведь именно в них она и сомневалась, считая, что именно я – объект грез Руслана.

Я терялась в догадках, как они умудрились сделать ребенка втайне ото всех, где и как пересеклись и почему ничего мне не рассказывали. Но, чтобы сестра меня не ревновала к Руслану, старалась ни о чем ее не расспрашивать.

Она была безмерно счастлива – о большем я и не мечтала.

Свадьбу, естественно, решили закатить грандиозную. С широким размахом. Пир на весь мир. Мы все бегали как ужаленные. Даже Диана участвовала в подготовке. Рори топала ножкой и требовала, чтобы всё было по высшему разряду, а сама свадьба проходила непременно на свежем воздухе.

Ей очень понравилось оформление моей студии, и она хотела, чтобы декорации для ее свадьбы оформлял тот же самый художник. Скрепя сердце я обратилась к тому самому знакомому Диляры, стараясь не ставить на людях крест из-за их знакомых. Так мы стали частенько встречаться с Арманом Алиевым, и он вроде как даже начал за мной ухаживать.

Естественно, во мне ничего не откликалось, пока никто не мог даже близко сравниться для меня с Каримом, но я не видела ничего плохого в том, чтобы немного отвлечься. Тем более встречались мы по деловым вопросам и никогда не затрагивали неудобные вопросы.

Едва я вернулась домой, как мама с понурым видом вышла мне навстречу.

– У Дианы опять кошмары, – покачала она головой, – проснулась с криком во время дневного сна, не знаю, что и делать. Может, успокоительное ей какое попить? Тебе же помогло с руками…

Не дослушав, я бросилась к своей драгоценной доченьке, перепугавшись. Но она как ни в чем не бывало сидела возле любимого домика, папиного подарка, и расчесывала куклам волосы игрушечной розовой расческой. Няня улыбнулась мне, мы поздоровались и тут же попрощались, так как я уже сменила ее.

– Как ты, солнышко? – присела я рядом с дочкой и обняла, целуя в щечку. – Какие красивые куклы. Купим тебе новые? А хочешь, пойдем кормить уточек?

– Ути не, – помотала она головой, – па… – завела свою привычную песню.

Я поджала губы, в отчаянии жмурясь. Дочка хотела видеть отца. А я держала ее на расстоянии, хоть и понимала, что ее кошмары могут быть связаны именно с ним. Ей снится, как его сбивает огромная машина. Конечно, это травма для ребенка. Она хочет снова увидеть живого папу, почувствовать его рядом.

Но что будет, если она увидит в инвалидном кресле и незрячим? Поможет ли это? Или у ребенка будет новая травма? Можно было, конечно, обратиться к психологу, но что-то мне подсказывало, что своего ребенка я знаю лучше всех. И знаю, что для нее хорошо, а что – плохо.

Мама мое решение одобрила, и мы стали собираться, позвонив предварительно Амиру. Трепетно было ехать в дом, который Карим купил для нашей семьи. Мне стало интересно, что это за место. Ругала себя тут же – какая разница, понравится мне или нет! Нам там не жить! Но всё же сердечко билось быстрее, когда машина привезла нас по нужному адресу.

Дом размещался на холме, окруженный низкими кустарниками, позади виднелся сад с плодовыми деревьями, беседкой и даже прудом. Была там и детская площадка, от вида которой Диана тут же запрыгала на месте, поняв, что может покататься на качелях и покататься с горки.

Я повела ее сразу туда, увидев, что Амир машет мне рукой.

– Привет, малышка, – Амир присел на корточки, вызывая улыбку на лице Дианы. – Я твой дядя, помнишь?

– Дя, – улыбнулась она, перестав, к счастью, путать дядю и отца.

– Я отведу ее на качели, можешь пройти в дом, – предложил Амир, и я пошла по гравийной дорожке, продолжая рассматривать дом из желтого песчаника и запрещая себе в него влюбляться.