В рекомендациях дракон не значился

Глава 7. Когда твоя суперсила — читать

Я бродила по академии, разглядывая витиеватые узоры на стенах и мрачноватые статуи древних магов. «Прямо как в „Сумерках“, — подумала я. — Только вместо вампиров — волшебники. Ну хоть какая‑то романтика».

— Кай, — окликнула я друга, который задумчиво листал толстый том с надписью «Трактат о трансмутации металлов», — тут точно есть что‑то вроде художественной литературы? А то я уже начинаю чувствовать себя Беллой в Форксе — вокруг одни тайны, а развлечений ноль.

Кай поднял бровь:

— Ты опять со своими сравнениями? Да, есть отдел с хрониками и сказаниями. Но ты вряд ли найдёшь там «истории о мальчике‑волшебнике».

— А вдруг? — я потёрла руки. — Может, кто‑то из путешественников завёз сюда экземпляр «Гарри Поттера». Было бы круто устроить книжный вечер — ну, в смысле, читать вслух и обсуждать, кто круче: Снейп или Люпин.

Мы спустились в подвальное хранилище, где пахло старой бумагой и магией. Я провела рукой по стеллажам — пальцы тут же покрылись серым налётом.

— Ну и засилье! — чихнула я. — Тут даже пауки выглядят как персонажи из хоррора.

— Тише, — прошипел Кай. — Ты хочешь разбудить хранителя?

— Да пусть хоть дракон вылезет, — отмахнулась я. — Мне нужны книги. Настоящие, с сюжетом, а не эти ваши трактаты про «как сварить зелье из когтя грифона».

И тут — бац! — в самом дальнем углу, за стеллажом с алхимическими формулами, я заметила странную коробку. На ней выгравированы символы, похожие на руны, но при этом… знакомые.

— Ого, — протянула я, вытаскивая первый том. — «Гарри Поттер и философский камень». Да ладно?!

Кай заглянул в обложку, поморщился:

— Что за странные буквы? Это вообще на каком языке?

— На самом крутом, — ухмыльнулась я. — Это, брат, классика жанра. Сейчас замутим литературный движ. Представь: мы читаем, все слушают, а потом обсуждаем, кто круче — Гарри или Драко.

— Гарри? Драко? — Кай нахмурился. — Это ещё кто?

— О, сейчас узнаешь, — я потирала руки. — Это будет эпично.

На следующий день я устроилась под тем же дубом, разложила книги, поставила термос с чаем. Студенты подтягивались — кто с бутербродами, кто с печеньями.

— Итак, — хлопнула в ладоши, — начинаем наш книжный трип. Глава первая: «Мальчик, который выжил».

Я читала с пафосом, чуть растягивая гласные, вживаясь в роль рассказчика:

«Мистер и миссис Дурсль проживали в доме номер четыре по Тисовой улице и всегда с гордостью заявляли, что они, слава богу, абсолютно нормальные люди. Мистер Дурсль возглавлял фирму под названием „Граннингс“, которая производила дрели. Он был крупным, толстым мужчиной с очень упитанной шеей и очень маленькими глазками…»

— Видите? — прервала я чтение, поднимая глаза на слушателей. — «Абсолютно нормальные люди». Ага, сейчас вы поймёте, насколько они «нормальные».

Когда я дошла до сцены, где совы начинают приносить письма, по кругу пошёл восторженный шёпот. Кто‑то даже ахнул, когда я описала, как письма сыплются из камина.

И тут — бац! — из‑за деревьев выплывает он. Принц. В своём неизменном камзоле, с лицом «я тут самый важный».

— Что за цирк? — процедил он, скрещивая руки.

— Ой, ваше высочество, — сделала преувеличенно‑почтительный кивок, — присоединяйтесь к нашему лит‑клубу. Сейчас как раз будет самое мякотка. Мы тут разбираем, кто круче: тёмный маг или школьный учитель с тайнами.

Он прищурился, посмотрел на книгу, потом на меня:

— Ты читаешь… это? — в его голосе столько презрения, будто я держала в руках сборник рецептов из жабьих лапок.

— Ага, — пожала плечами. — Это типа магического сериала, только в текстовом формате. Зацени: тут есть школа, заклинания, квиддич… И главный герой — ну прямо как ты!

— Как я? — он вскинул бровь, явно задетый.

— Ну да, — кивнула я. — Бледный, загадочный, с этим твоим фирменным взглядом «я знаю что‑то, чего не знаешь ты». Прям Эдвард Каллен, только без вампирской фигни и с волшебной палочкой.

Студенты давились от смеха. Принц покраснел, но быстро взял себя в руки.

— Ты всегда такая… — он запнулся, — бесцеремонная?

— Только с теми, кто смотрит на меня как на ходячий артефакт, — парировала я. — Если хочешь послушать — садись. А если нет — у нас тут лит‑движ, а не королевский приём.

К моему удивлению, он не ушёл. Прислонился к дереву, бросил:

— Ладно. Почитаем. Только не жди, что я буду хлопать в ладоши от восторга.

Позже, когда студенты разошлись, я шла по коридору, а принц вдруг остановил меня:

— Кстати, ты даже не знаешь, как меня зовут.

— И правда, — пожала плечами. — А надо?

Он выпрямился, будто готовился к аудиенции:

— Моё имя — Эдвард Арктур Третий.

Я давилась смехом.

— Эдвард?! — выдохнула я. — Серьёзно? Эдвард?!

— Да, — он нахмурился. — В честь великого предка.

— Предка, который, наверное, тоже ходил с таким лицом «я самый серьёзный», — я хваталась за стену, пытаясь сдержать хохот. — Эдвард! Это же как из викторианской драмы. Ты точно не потерянный наследник английского престола?

Он сжал кулаки:

— Это благородное имя!

— Благородное, — кивнула я, — но такое… старомодное. Слушай, а можно я буду звать тебя Эдом? Или Эдди?

— Нет! — рявкнул он. — И не смей смеяться!

— Прости, — я вытерла слёзы. — Просто… Эдвард. Ха! Ну ты даёшь. Ты же прям как герой из «Сумерек» — такой же загадочный, такой же «я всё знаю, но не скажу». Только без вампирских штучек.

Он фыркнул, развернулся, чтобы уйти, но вдруг остановился:

— А что там дальше с этим Поттером? Он правда победит Волдеморта?

Я улыбнулась:

— А вот это мы узнаем на следующем сеансе. Если, конечно, ваше высочество Эдвард соизволит прийти.

Он бросил на меня взгляд, полный надменности, но в глазах мелькнул интерес.

— Приду. Только не жди, что я буду визжать от восторга.

— Как скажешь, Эдвард, — подмигнула я. — Как скажешь.

А про себя добавила: «Эдик‑Эдди, как же тебя ещё прозвать, чтобы ты окончательно взбесился?»