В ритмах джаза. Dixieland

Часть 15. Венец осени.

Бульвар пахнул прохладой и ароматом сухих листьев. Дон поднял воротник и медленно направился к ее дому. Остановился. «Цветы. Банально»? Он огляделся. Всюду полно было осенних листьев, красивых и пестрых. «Точно, листьев насобираю и рябину обломаю.  Так, никого нет»? Он поозирался, сошел с аллеи на газон и стал собирать листья.

У кафе зазвучал смех. Дон присмотрелся. Ее компания. Все расцеловались, попрощались, и она пошла по направлению к дому, а ее друзья в другую сторону.

- Может все - таки проводить?

- Что вы, пара метров пройти. Чао!

«Чао», со смехом и в унисон закричали ее друзья.

Она замедлила шаг. Дон спрятался за дерево, обождал, пока она проследует мимо. Он быстро обломал рябиновую ветку, вложил ее в листья и пошел за Дульсинеей.

Она свернула во двор. Дон зашел за толстый ствол каштана.

- Дульсинея!

Она остановилась и обернулась. Никого. Она двинулась к дому.

- Дульсинея, жизнь моя!

Она стала и, не оборачиваясь, сказала: - Дон, ваш тазик торчит из-за дерева. Выходите!

- Какой тазик? – Выглянув, спросил он.

- Который вы носите на голове вместо шляпы.

- Вот этот? – он уже направлялся к ней и показывал осенний букет. Это венец осени для вас, моя Дульсинея!

- Венец моей осени?

- Что вы, ваша весна еще только почечки выпустила.

- С почками все в порядке, работают.

Они в голос засмеялись.

- Привет Эстель, - он потянулся, чтобы чмокнуть ее щеку.

- Дульсинея!  - отстранила она его в плечо рукою.

- Простите! Дулечка!

- Фигушка, кукишек…

- Что, вы я не это имел в виду.

- Значит, имя должно быть, а не кличка.

- Хорошо. Я ваш рыцарь.

 - Я не нуждаюсь, здесь нет врагов. Одни коты сидят на подвальных крышах.

- Я думал о тебе.

- И я, ты знаешь пару раз.

- Всего лишь пару? Как грустно мне. Осознавать, что я никчемен.

- В моих экспонатах, столько жизней, что не вмещают мелочей.

- Ах, мелочь я для вас, так что же, пойду я мельницу найду. Ее крыла я уничтожу и сам в борьбе пусть пропаду!

- Да вы поэт, а не воитель. Где ваш пегас и где перо?

- Все перья всуе поистерлись, а конь удрал, копытом стукнув мне в чело.

- За, что он так жесток то с вами?

- Я голодом его морил. Не специально, рифмы пали, как перья те, что жизнью опалил.

- Привет Дон! -  она поцеловала его в щеку и мило улыбнулась, будто кокетничая.

- Привет! – он взял ее руку, немного сдвинул перчатку и поцеловал.

- Пойдем.

- Да, пойдем, - он обнял ее за талию, и они вошли во двор.

19 – 36 час. 30. 11 19 год.



Отредактировано: 03.01.2021





Понравилась книга?
Отложите ее в библиотеку, чтобы не потерять