В ритме с Ритой

2. Встреча

Первое сентября выпал на субботу, и уже одно это намекало на недоброе начало учебного года. Ну, надо же, начать в субботу школьную дичь!... С такими мыслями Сашка отлепился от кровати, отключил будильник и пошлепал в ванную. Умывшись, он полюбовался на себя, не веря, что эта морда два дня гуляла и бухала. У Рона была днюха, восемнадцать – совершеннолетие, и отметили эту дату с размахом. Отец Рона – Родиона Иволгина - был связан с энергетикой, слыл важным чинушей и был богат. Впрочем, в компании Сашки все были мажорами: у Шалбана – Игоря Балашина – мать замдиректора холдинга «Ресурс», у Соры – отец владелец сети кофеен по всей стране, у самого Сашки – отец трудился в строительном бизнесе. Кремень-мужик, он поднял дело в конце девяностых, старался не баловать единственного сына, так, на своем уровне: машина, карта на расходы, поездки в Европу на каникулах. В ответ требовал от сына сознательности, упорства в важных вещах и ответственности за слова и поступки.

Сашка мог бы и забить на день знаний, но отец предупредил: никаких пропусков занятий и скандалов на территории гимназии в последний учебный год. Внизу в гостиной уже был накрыт стол для него одного – время завтрака у Саши с родителями не совпадало. Нина Васильевна, Сашина мать, полжизни проработала реставратором, а сейчас – директор музея современного искусства. Она с отцом ни свет, ни заря просыпались, собирались, завтракали, поочередно заглянув к спящему сыну, и разъезжались в разные стороны по своим делам.

Саше завтрак готовила женщина почтенного возраста, но очень подвижная, домработница Карла (когда-то давно она была Кларой, но паспортистка допустила ошибку, и новоиспеченная Карла решила ничего не менять). Накрывала стол в гостиной, собирала после старшего хозяина газеты и складывала их теперь уже перед Сашей. Отец внушал сыну, что тот впереди, кто владеет информацией, и рекомендовал по утрам читать свежую прессу.

Сашка машинально сбросил макулатуру на пол, выпил кофе, съел бутерброд, выпил сок и понял, что, да, сушняк!...

- Здоров, подбери меня у дома, я сегодня на свою не сяду, - парень выходил через двор к воротам, приветственно махнув охраннику. Он позвонил Соре, зная, что это единственный человек в их компании, кто не пьет, не курит, аккуратно водит авто и вообще единственный среди них «жаворонок». Минуты через три к дому подъехал, шурша гравием, «Лексус». Сора вышел из тачки и протянул руку Сашке: - Здорово, брат. Как она? Куда махнем?

- Как куда, в гимназию, - в ответ на вскинутые брови друга Сашка впервые за утро заржал.

- Сегодня День знаний, гражданин гимназист! Как не стыдно забывать о таком мероприятии! – скопировал он голос их классной Веры Павловны и заржал еще громче над страдальческим выражением Соры.

- Неа, я туда ни ногой! Обалдел? Суббота, утро, день обещал быть томным, а тут пиздец – первое сентября! Это ошибка государственного масштаба – начинать херню в субботу! – ныл Сора. Сашка, уже сидя в тачке на пассажирском сиденье, нажал на клаксон. Сора подскочил, залез уже молча, долго пристегивался и все оттягивал момент. Под конец не выдержал и тихо выпустил пар: - Пиздееец…

Через час парни входили в ворота, не обращая внимания на суету мелких гимназистов, заполняющих двор. Все вокруг пестрело букетами, шарами, бантами, на фоне играла тематическая музыка. Гимназия готовилась к Дню знаний. Саша повернул Сору за плечи в сторону фонтана, где традиционно толпились старшие классы. У одной из кучек бегала взад-вперед их классная Вера Павловна, держа подмышкой букет вялых пионов, а в ладони зажимала табличку «11 «В» класс». – Шоу начинается, - проворчал Сора, уныло оглядывая свой прикид и Сашкин. Саша Исаев был надет в белую рубашку и стильные черные брюки, на ногах дорогие ботинки. Этакий джентльмен с душой пирата. Ростом почти в два метра, широкоплечий, гибкий в узкой талии, брюнет Саша считался «намбар ван» в гимназии и за ее пределами.

- Я же тебе говорил, время есть, заедем, переоденешься как человек, - шепнул он Соре. Но таким уж человеком был Сора: что раз он не знал, что попадет в гущу школьных событий, а значит, не готов к такому повороту судьбы, а значит, это день неправильный, а не его подход к нему. Сора, как мусульманин, вел здоровый образ жизни, по натуре был упертым, добродушным ворчуном и ненавистником ограничения свободы. Потому вся его суть восставала против системы обучения, долгого высиживания на уроках и тем более выстаивания на линейках. Учился он средне, больше делал упора на спорт. Родители его не принуждали ни к чему, лишь бы ел вовремя, а там одумается мальчик. Только друзья в лице Родиона, Сашки и Игоря мирили его с обитанием в гимназии. Вот такой упрямый Сора. Сейчас на нем была белая футболка с черепами и джинсовые шорты.

Вера Павловна ахнула, разглядев его наряд: - Ребята, дорогие мои! Чего встали, как неродные? Подходим, не боимся! Сора, голубчик, вы к нам с шашлыков пожаловали? Виталий, Анищенко! Снимай пиджак! Снимай, говорю! Сора, надевай, не вредничай. Умница, дочка! И никто не заметит твое неуважение к дресс-коду! Света, Леер! Отойди от него! Ишь, повисла на нем, аки орден! Предупреждаю, одиннадцатый «В», никуда после линейки не расходимся, поднимаемся в кабинет 202, и там состоится первый в году классный час!

Ребята здоровались с подходящими одноклассниками, шутили, смеялись. Скоро собрался весь их 11 «В», только Рон и Шалбан, видимо, решили сегодня не появляться.