В романе, который я написала, я переродилась свиньей

Глава 30. Лучшие друзья

Маленький мальчик лет семи стремительно бежал по узким улочкам столицы Флауэрс, обхватив обеими руками пакет, в котором лежал свежий хлеб. Позади него несся грозный на вид мужчина, одетый как пекарь, и стремящийся поймать беглеца.

— А ну немедленно верни, ворюга!

Но мальчик лишь прибавил скорости, и стремительно нырнул в первый попавшийся тёмный переулок. Он упал и покатился, больно ободрав колени, однако даже не вскрикнул, продолжая надёжно прижимать к себе свёрток. Силуэт догонявшего его пекаря показался в переулке, поэтому мальчик быстро поднялся, и, заметив над собой высокое окно, недолго думая, полез туда. Он подпрыгнул, ухватился за подоконник, и втянул свое тело внутрь прежде, чем руки мужчины сомкнулись на нем. Услышав его грязные ругательства, он, между тем, смог выдохнуть спокойно. Свалившись на пол перед испуганной кухаркой, он подскочил и вновь побежал — в дверь, по длинному коридору, по лестнице, через укромный дворик. Завернув за угол, он перелез через стену и нырнул в узкое окошко, попав в подвал, тёмный, как выгребная яма.

Оказавшись в тёмном пространстве, мальчик сел, обхватив руками колени, и наконец-то почувствовал себя в безопасности. Он воровал из той пекарни уже не один раз, однако всякий раз, ему удавалось ускользнуть непойманным. В противном случае, ему бы нехило досталось за кражу. В прошлом, почти всегда так и было. Сначала, его постоянно ловили, и жестоко избивали, из-за чего на его теле до сих пор остались шрамы. Однако, со временем, он наловчился, и теперь, отнюдь не у каждого, хватало скорости угнаться за прытким мальчиком.

Он выживал на улицах с самого раннего детства, с того момента, как погиб его отец, Святой рыцарь королевства Фабула, и он остался совсем один. Других родственников не было, а попасть в приют ему совсем не хотелось, поэтому мальчик сбежал от органов опеки, и с тех пор жил один. Даже не стоит говорить о том, какие трудности пришлось пережить ребёнку, что был вынужден заботиться о себе сам, едва только научился ходить. Жизнь представлялась для него сплошным адом, и мальчик даже не знал, с какой целью он пытается выжить, на этих грязных улицах. У него не было ни мечты, ни желаний, а причина, по которой он до сих пор оставался жив, это невиданное упорство, доставшееся ему от отца. Единственного человека, что любил его, и так рано его покинул.

Желудок заурчал от голода, и мальчик, голодными глазами впившись в буханку хлеба, оторвал от него кусок, и уже собрался положить в рот, как вдруг...

— Попался, крысеныш!

Чьи-то сильные и цепкие руки схватили и выудили его из дыры подвала, подняв над собой за подмышки. Мальчик узнал пекаря, гнавшегося за ним, но никак не мог понять, как он его нашёл...?! Он ведь думал, что спрятался достаточно хорошо, но...

Мужчина, между тем, попытался вырвать свёрток из его рук, однако мальчик, даже оказавшись в такой ситуации, держал его мёртвой хваткой. Он кусался и царапался, лягался ногами, пытаясь вынудить пекаря отпустить его, однако тот лишь сильнее разозлился.

— Грязный оборванец! — вскрикнул он, сцепив зубы от злости, — Ты ещё смеешь драться со мной?! Может, мне следует проучить тебя?!

Сказав эти слова, пекарь занёс кулак, собираясь врезать мальчику по лицу, и тот уже зажмурил глаза, ожидая удара, как вдруг...

— Это Её Высочество!

— Что...? Не может быть, это молодая принцесса?!

— Но что делает Её Высочество в этом месте?!

Внезапно, из толпы повсюду послышались голоса, и мальчик почувствовал, как тот ослабил хватку. Распахнув глаза, тот увидел, что к ним по улице, стремительно подъезжает королевская карета, и простой люд собрался, желая хотя бы одним глазком, увидеть наследную принцессу королевства Фабула.

Когда карета приблизилась, люди принялись расступаться перед ней, послышался гул и крики толпы, хвалебные восклики в адрес принцессы. Даже пекарь, собравшийся его избить, поспешно отпустил его, и склонил колено, когда карета проехала мимо них. Мальчика же, внезапное появление наследной принцессы ничуть не заботило. Он мало что о ней слышал, а в лицо так и вовсе не видел. Во всяком случае, он лишь думал, что она избалованная девчонка, которой, в отличие от него, повезло родиться в королевской семье. Но, зато, он расценил это как возможный шанс сбежать, пока пекарь отвлёкся от него, и уже собрался уносить ноги прочь, как вдруг...

Краем глаза он увидел, как карета внезапно остановилась примерно в пяти метрах от них, и дверца распахнулась, когда маленькая девочка вышла из неё на грязную улицу. Отовсюду послышались крики, люди принялись толкать друг друга, стремясь разглядеть её поближе, однако мальчик не замечал всего этого. Точнее, в этот момент, он видел лишь её.

Это была хорошенькая девочка примерно его возраста, с кукольным лицом и золотыми кудряшками волос. От её голубых глаз исходило аметистовое сияние, а сама она была одета в синее атласное платье, и с тонкой короной на голове. За свою жизнь, мальчик никогда не видел подобной чистой красоты, и не мог не признать того, что слухи о наследной принцессе были верны, и она была поистине прекрасна.

Над девочкой возвышалась гувернантка, а за ней вырастали два громадных стражника в лиловых плащах королевской гвардии Фабулы. Никто не знал, с какой целью прибыла сюда принцесса, и все замерли в ожидании.

Внезапно, она посмотрела прямо на него, и он вздрогнул.

— Ты, — неожиданно сказала она, обратившись к нему, — Как тебя зовут?

Мальчик молчал, и пекарь, находившийся позади него, толкнул его сзади, и зашипел, чтобы тот ответил. Но тот был слишком напуган происходящим, и едва был способен выдавить хотя бы слово.

— Эй, оборванец, — на этот раз его окликнул один из стражников, — Отвечай, когда принцесса спрашивает!

Оборванец...? Да, пожалуй, именно это слово, и подходило лучше всего, в  качестве его описания.

Он был босой и грязный, каштановые волосы его взлохмачены, порванная куртка, грубые домотканные штаны были закатаны выше ободранных коленок. Он напоминал помойного кота, выбравшегося из выгребной ямы, и поэтому, ещё сильнее не мог понять, почему девочка обратилась именно к нему.