В саду ее цветов

Глава 5

**

Халле

- Скажи, у вас тут, в долине, есть кладбище?

- Странный вопрос. Зачем тебе? Зверь напугала?

- Просто скажи.

- Наверняка есть.

- Может быть, ты мне покажешь? Или хотя бы скажи, где оно.

- Вот уж чего я тебе в любом случае не скажу. Чтобы ты побрела туда и снова заснула в сугробе?

- Я тебе обещаю, что одна не пойду, найду провожатого. Туда должна быть дорога, пусть даже плохая, но должна. Ты мне просто скажи.

- Вот привязалась. Я не знаю. Никогда не был там.

- Но ты должен знать хотя бы в общих чертах!

Халле задумался. Перед глазами сразу возникла большая поляна, неравномерно утыканная серыми плоскими камнями. Но он же там не был, зачем ему ходить на кладбище? Поляна перед внутренним взором немного подрагивала, искажалась, как нагретый воздух над костром, и он уже не был уверен, точно ли это поляна, или камни разбросаны по склону. Ему везло - на его памяти здесь никто не умирал. Даже Нанна, прабабушка близняшек, хотя ей с виду было больше ста лет, оставалась бодрой. А ее муж... его точно не было в живых, но умер он здесь или когда-то давно?

- Сдаюсь, - сказал Халле. - Не интересовался, правда. Может и вовсе умерших увозят отсюда.

- Так делают на каком-то северном острове, где вечная мерзлота, - откликнулась Майя. - Здесь это незачем, вон сколько земли вокруг, и довольно тепло.

Вот теперь он разозлился. После нападения зверюги только и делать, что стоять и с умным видом рассуждать о кладбищах!

- Я не думаю, что здесь вообще кто-то умирал. Люди, я имею в виду, - как-то щемяще-печально произнесла Майя, будто ей было до слез жаль неумерших. И, без перехода:

- Знаешь, проводи меня до моста.

- И не подумаю. С ума ты сошла?

- Я все равно уйду, хотела уехать, сегодня идет грузовик, но вдруг по дороге снова накинется эта... тебя-то она не трогает, ты здесь свой.

То-то она едва не вцепилась, подумал Халле, но промолчал - не знал, как это выглядело со стороны, и пугать не хотел. Но вспомнил призрачное дыхание зверя и едва уловимое рычание, словно камешки перетирали в горсти. И тот непонятный шелест... будто шел снег.

Хотел было спросить - почему она снова не обратится к Магнусу, ведь он готов был помочь - не спросил. Может, стоило сообщить в полицию, или еще кому-нибудь рассказать, но Майя пригрозила, что уйдет прямо сейчас, и Халле не решился ее оставить. Только на миг вернулся в дом, накинул что под руку попалось.

И они просто брели, порой соприкасаясь рукавами, а потом незаметно ладонь Майи скользнула в его ладонь и он бездумно ее принял, а потом уже и не хотелось расцепляться. Чем дальше отходили от городка, тем свежей становился воздух, терял оттенки сада, выцветал.

Оттепель тут оказалась какой-то весенней. Еще недавно долина была в снежном кольце, сейчас же отсыревший, ноздреватый снег лежал только на земле, на дороге же было серое месиво. Обувь тут же промокла, и штаны Халле чуть ли не до колен, и колготки Майи наверняка.

- Ты не думал, зачем ты ей нужен? Именно ты? - рука Майи в его руке была ледяной и вздрагивала, словно спутница хотела ее отнять; но когда он разжимал пальцы, она сама ухватывалась за него.

Они шли, смотря под ноги, и казалось, что вокруг то же самое, что и там: жидкий снег и лужи, все переходит одно в другое.

- Не знаю... Может быть...

Нет, не стал договаривать, хотя Майя смотрела так выжидающе, и губы приотворила, готовая поторопить - ну же, рассказывай!

Не стал. Неприятно было - искать причины заботы, корысть, обман. И не до того.

После того, как он с перепугу мысленно сделал то, что никак не давалось раньше - вывел точку на новый, не существующий уровень, модель, которую когда-то назвал лабиринтом, показалась ему завершенной. И сейчас Халле шел, междометиями отвечая на реплики девочки, и все пытался перепроверить. И, кажется, сходилось. На душе было... странно. Словно лопнул натянутый поводок. Но радости это не приносило. Легкость - да, воздушный шарик в тумане, пустота снаружи и сам тоже пустой.

Хорошо было бы развернуться, дойти побыстрее до дома, сесть в любимое кресло, сделать себе что-нибудь горячее, и снова уткнуться в любимую головоломку. Но не получалось - пусть только мысленно, она была собрана, и он знал, что привести в соответствие модель на экране - дело пары минут. А потом? Рисовать?

Но его картины никому не нужны, только Майя сумела в них разглядеть то, что сам он едва закладывал. Или ждать нового задания от Дагмары?

...Когда-то в первый раз Дагмара сказала ему - это он помнил - про многомерность мышления. Его, Халле, мышления. Он тогда возразил, что машина любые расчеты сделает лучше, а она возразила - не надо любые. Машина существует в одной реальности, а он, Халле, в двух сразу, и знает, как их совмещать. А теперь еще понял - в долине подобных устройств больше не видел, не слышал о них, лишь у Дагмары в доме. Может, и у нее не было? Лишь его мозг - и экран, и запоминающее устройство.

- Ты что? - Майя дернула его за рукав. - Что встал?

- Ты такая... несносная, - сказал он рассеянно. - Столько... лишних эмоций, метаний... совершенно невозможно работать.

- Ты думаешь, я совсем бестолковая? – грустно спросила она, и напомнила ту, спящую на диване, красивую и нежную. – Что мне так уж важно промокнуть и проморозиться? Я просто хотела, чтобы ты тоже пошел. Тебя бы после не отпустили.

- Кто?

- Та же зверь...

В голове вновь всплыла дурацкая считалочка:

"...Нам до дома далеко,

Ждет нас долгий-долгий путь.

Здесь налево повернуть,

Через речку видишь мост?.."

Если Дагмара права, то - неважно, дело и впрямь в большем количестве измерений, или иных законах - сейчас модель их долины существовала не в той реальности, как все живое вокруг. Не только в той. И она была у него в голове. Дагмара хотела... хотела все изменить...