В шкуре зверя

ᛝ ГЛАВА 6. ЧАСТЬ 2 ᛝ

Они быстро миновали заставу и устремились по узкой дороге, ведущей высоко в горы. Погода становилась всё хуже, и густая метель застелила всю округу белой дымкой. Конь с трудом поднимался по обледенелому склону, спотыкаясь и скользя копытами, но сохраняя абсолютную покорность. Дорога извивалась между высоких скал, словно лента. Ущелья то и дело сменялись крутыми обрывами, открывавшими виды на бескрайнее море. Далеко внизу волны шумели, ударяясь о камни, но гул ветров заглушал все звуки.

Весь путь был наполнен гнетущим молчанием, и лишь обрывки фраз изредка нарушали его. Сильвия чувствовала, как Далия пытается делать вид, будто ничего не случилось. Травница боялась задавать вопросы. Боялась даже заговорить. Однако довольно скоро непогода уже не оставила места для разговоров.

Вьюга разошлась не на шутку. Острые крупицы снега резали лицо, словно тысячи крохотных кинжалов. Ветер кружил вокруг как невидимый хищник, выискивая слабое место, чтобы пронзить тело очередным ледяным порывом.

Минуты и часы тянулись мучительно долго, но наконец дорога вывела их на укрытую меж двух высоких утёсов впадину. Притаившийся в ней округлый деревянный дом выглядел как островок жизни в бесконечном царстве камня и снега. «Наконец-то!» – с облегчением воскликнула Далия и тут же направила коня вниз по склону.

Путь к дому вёльвы преграждал грубо сколоченный забор из неровных потемневших кольев. Арка ворот, увешанная костями животных, возвышалась над путниками словно вход в иной мир. Пустые черепа зловеще глядели на каждого, кто осмелится приблизиться, а деревянные створки носили на себе выжженные рунами защитные заклинания.

Ворота оказались не заперты. Они спешились, и Далия завела коня во двор, оглядываясь по сторонам. Сильвия прошла за ней. Она не сразу заметила, как вокруг что-то переменилось – удивительным образом дом Вивеки был окутан тишиной. Бушующий за воротами ветер не мог вторгнуться в эти владения, словно их защищал невидимый купол. В изумлении Сильвия подняла голову к небу.

– Подумать только, – вымолвила она, глядя, как снег мягкими хлопьями опускался на землю.

– Люди не случайно продолжают ходить к ней даже после всего, что было, – ответила Далия, привязывая коня к столбу.

Осторожно, стараясь не нарушать таинственное безмолвие, Сильвия приблизилась к дому. Его обросшие лишайником стены и пороги были сплошь покрыты резными орнаментами в виде узлов и спиралей. Высокая угловатая крыша была сложена в несколько уровней, а остроконечные скаты взмывали к небу, будто когтями вцепляясь в воздух. Сильвия сразу сообразила, что жилище это формой своей было создано для связи с силами природы.

– Вивека не окажет мне тёплого приёма, – предупредила Далия. – Но мы должны убедить её нам помочь.

– Вы с ней во вражде?

– Мы с ней... скорее соперницы, – ответила она, избегая взгляда Сильвии. – Всё же люди теперь чаще выбирают лечение, а не опасное колдовство. Из-за меня работы у Вивеки поуменьшилось.

Далия громко постучалась, и губы её сжались в ожидании неудобной встречи. Дверь отворилась резко, и за ней показалась высокая худая женщина зрелого возраста. Её пышные тёмные волосы, покрытые сединой, спадали до самой талии. На широком кожаном поясе висел короткий ритуальный кинжал и небольшая затёртая кожаная сумка. Женщина сразу узнала Далию, и её холодные голубые глаза, подведённые чёрной краской, с прищуром уставились на незваную гостью. Сильвия невольно подумала, что когда-то Вивека была невероятно красива, хотя даже сейчас её выразительное лицо, покрытое мелкими морщинами, выглядело притягательно.

– Что тебе нужно? – бросила она Далии.

– Здравствуй, Вивека, – ответила она. – Нам нужно поговорить.

– Мне не о чем с тобой разговаривать, – отрезала та.

Неровный голос вёльвы выдал, что она была пьяна.

– Речь о Хольгере.

– Тем более. Он покинул этот дом, и пусть ноги его здесь больше не будет. Разговор окончен, – Вивека попыталась закрыть дверь.

– Нет, не окончен, – настояла Далия, поставив ногу на порог. – Твой сын натворил ужасное зло.

– О его деяниях я не желаю ничего знать.

– Нам нужно найти его, – не сдавалась травница. – Ты должна мне помочь.

– Я тебе ничего не должна.

– Без тебя нам не справиться. Чего ты хочешь взамен?

– От тебя мне ничего не нужно.

– А если я скажу, что поговорю с Асвальдом, чтобы он позволил тебе вернуться?

Глаза Вивеки вдруг вспыхнули от гнева.

– Купить меня вздумала?! – прорычала она. – Да кем ты себя возомнила?! Думаешь, раз ты якшаешься с хёвдингом, то у тебя здесь есть какая-то власть?! Как бы не так! Я ни за что в жизни не буду помогать высокомерной девке вроде тебя! Вон с моего порога! Разбирайтесь со своим проклятием сами!

Она грубо отпихнула Далию и едва не захлопнула дверь, как вдруг Сильвия шагнула вперёд. С силой оттолкнув створку, она заставила Вивеку растерянно попятиться назад.

– Она ничего не говорила о проклятии, – сощурилась Сильвия.

На лице вёльвы, прежде холодном и неприступном, проскользнуло едва заметное смятение, словно та осознала свой промах.

– Значит, ты всё знала, – продолжила Сильвия. – Знала, и ничего не сказала Эгилю, когда он был здесь.

– Это правда?! – воскликнула Далия.

Вивека ничего не отвечала, но её молчание говорило лучше всяких слов. Губы ведуньи сжались, а пальцы напряжённо вцепились в оберег из волчьих клыков, висевший у неё на груди.

– Думаешь, на этот раз всё сойдёт тебе с рук? – с угрозой произнесла Сильвия.

– Ты ещё кто такая? – поморщилась Вивека.

– Не важно, кто я такая. Ты поможешь нам найти своего сына. И тогда о твоей подлости никто не узнает.

Ведунья колебалась недолго. Она бросила полный ненависти взгляд на Далию, а затем развернулась и молча удалилась вглубь дома, оставив за собой открытую дверь. Далия с Сильвией переглянулись и проследовали за ней.

Воздух внутри был наполнен запахами смолы и горелого дерева. Дом Вивеки был сплошь уставлен свечами, но казалось, что этого недостаточно, чтобы рассеять тяжёлый сумрак. Все стены были исписаны загадочными символами и рунами, а потолок украшали звериные шкуры с вырезанными глазами. На многочисленных полках и в шкафах громоздились старые свитки и сосуды с таинственным содержимым. В самом центре главной комнаты горело пламя очага, а рядом с ним находился каменный алтарь со следами засохшей крови.