В шкуре зверя

ᛝ ГЛАВА 7. ЧАСТЬ 6 ᛝ

Минуты превратились в часы. На деревню спустилась ночь. Тело Далии медленно остыло. Слёзы высохли на лице Сильвии. Жизнь вновь оставила это место, и оно погрузилось в плотную тишину. Даже вой ветра в щелях домов стих, окунув Сильвию в мучительное одиночество.

Она снова осталась наедине с собственными мыслями. Так же, как совсем недавно, когда прогуливалась по лесу и ещё не знала, что её жизнь изменится совсем скоро. Всё будто бы стало как прежде. Но как прежде уже быть не могло. Сильвия потеряла слишком много. Гораздо больше, чем у неё теперь осталось. И тяжкий груз этой потери теперь тянул её вниз.

Ей больше не хотелось видеть этот мир. Она готова была сделать что угодно, лишь бы Далия была жива. Но кроме горьких сожалений ничего не осталось, и ничто уже не могло повернуть время вспять. Как теперь быть? Куда идти? А самое главное – зачем? Эти вопросы оставались без ответа в её голове.

Прошло столько времени, а она всё ещё сидела на полу, растерянно перебирая пряди волос травницы. Сильвия должна была достойно проститься с Далией. Должна была устроить ей должное погребение. Но разве она что-то знала об этом? Всё, что у неё было – это обрывки воспоминаний из старых текстов. Ни разу ей не приходилось видеть погребальные обряды воочию. И всё же лучше было устроить прощание хоть как-нибудь, чем совсем никак.

Сильвия набрала воздуха в опустевшие лёгкие – они уже несколько часов как забыли дышать. Только сейчас она почувствовала, как её вывернутое до неестественного угла плечо ноет от боли. Она и не заметила, как вывихнула его. Нужно было найти силы, чтобы подняться. Нужно было освободиться от цепи. Нужно ли? Ей хотелось бы остаться здесь навечно, а ещё лучше – оставить этот мир вместе с Далией.

И тут она услышала шаги где-то неподалёку. Неровные, сбивчивые, они приближались к дому. Кто-то шёл, спотыкаясь и с трудом волоча ноги. Сильвия замерла. Дверь дома резко отворилась, чуть не вырвав старые петли. Это был Сигурд. Держа в одной руке факел, он опёрся о дверной косяк. Его лицо было мертвецки бледным, а шея была туго перемотана каким-то окровавленным тряпьём. Но всё-таки он был жив. Слабое чувство облегчения промелькнуло у Сильвии в груди.

Сигурд вгляделся в тёмное помещение и не сразу заметил её, сидящую на полу. Сперва в свете факела блеснули её глаза. Затем цепь, тянувшаяся к потолочной балке. И лишь после он разглядел силуэт Далии у неё на коленях.

Губы Сигурда прошептали её имя, и он тут же бросился к безжизненному телу. Едва не потеряв равновесие, он приземлился на колени рядом. Его растерянные глаза забегали по луже крови, окружавшей Далию. Рука протянулась к ней, но будто бы боялась прикоснуться. Он посмотрел в красные от слёз глаза Сильвии. Всё было ясно без слов.

Рука Сигурда затряслась. Набравшись духу, он осторожно провёл пальцами по бледной коже лица Далии. Казалось, он всё ещё не мог поверить, что она мертва. Но вскоре осознание последовало. Не стерпев мучительной боли, он отвёл взгляд и издал протяжный рваный выдох.

Не произнося ни слова, Сигурд поднялся на ноги, отошёл в сторону и прислонился к колонне. Закусив кулак, он устремил взгляд куда-то в тёмные своды крыши. Сильвия поняла – ему не хотелось, чтобы она видела его слёзы. Но разве возможно было их удержать?

Наступило долгое молчание, нарушить которое Сильвия не могла себе позволить. Лишь через несколько минут Сигурд наконец опустил голову, и тогда его взгляд наткнулся на лежавший неподалёку окровавленный нож.

– Она ведь умерла не от укуса, – задумчиво произнёс он. – Тогда кто это сделал?

Сильвия молчала.

– Это был Хольгер? – спросил Сигурд.

«Сказать ему правду? – растерялась Сильвия. – А если он захочет отомстить? Амелия… Я и так задолжала ей слишком много. Нет, я не могу опять её предать».

– Да… – хриплым голосом ответила Сильвия. – Хольгер.

Ей стало не по себе от этого обмана, и всё же она не могла поступить иначе. Сигурд наклонился, медленно подобрал нож с пола и вгляделся в его лезвие, сверкающее при свете факела.

– Этот нож пронзит его гнилое сердце. Я обещаю тебе, – мрачно произнёс он.