В сказке, так в сказке

Глава 23

  Утром я, как обычно, встал с рассветом и полетел на Олу купаться. Вода в этой реке была теплее, чем в Арусе, и более мутная, но я всё равно, хорошо освежился. Позволил себе поплескаться от души, давая время Лире проснуться, одеться, позавтракать, да мало ли, что ещё она будет делать, готовясь ко встрече со мной.

      Когда подлетал к замку, увидел, что она меня уже ждёт, и от этого вдруг стало так хорошо, так радостно на душе, что даже трудно это состояние передать словами. Лира улыбалась так, будто бы увидела не меня, а что-то невероятно красивое. Я приземлился перед ней, и она тут же бросилась мне на шею и обняла, обхватив её, насколько могла, а потом оттолкнула и, надув губки, спросила:

      — Ты где был? Я переживала, думала, что обиделся и улетел.

      — Доброе утро, красавица! Я летал на речку купаться, да и не мог я улететь. Не знаю, хорошо это или не очень, но я всегда стараюсь держать слово, коль обещал что-то, то обязательно сделаю. А ты готова к полёту? Дай-ка я на тебя посмотрю.

      Девушка была одета примерно так, как Герон, когда прискакал к Ойгуль, то есть в чёрных бриджах и белой рубашке, только на голове женская шляпка, завязанная под подбородком. В руках она держала какие-то ремни.

      — А из тебя получился прелестный мальчишка, только шляпку надо поменять. — пошутил я. — Как я понял, ты хочешь пристегнуться ко мне с помощью этих ремней. Интересная идея, давай попробуем.

      Лира позвала кого-то из дворовых, отдала ему приспособление, а сама забралась на меня и легла животом на мою шею, при этом мужичок приложил к моему горлу толстый лоскут кожи, через прорези в котором было протянуто два длинных ремня. Концы ремней он подал герцогине, и она быстро пристегнула себя ко мне. Потом она осторожно взялась за мои рожки и шепнула на ухо:

      — Я готова, можешь взлетать.

      Я скосил глаза, глянул на её крепления. Убедившись, что она не упадёт, оттолкнулся от земли и раскрыл крылья. Лира не стала бурно выражать свой восторг, а просто сказала:

      — Как здорово! Спасибо, Андр!

      Я, как обычно для первого раза, полетал невысоко над землёй, спрашивая, удобно ли ей, нет ли неприятных ощущений, и, убедившись, что всё в порядке, немного расслабился и стал подниматься выше, чтобы дать моей пассажирке насладиться полётом. Перестав бояться за самочувствие Лиры, я вдруг заметил, что у меня возникло странное ощущение. Прислушался к себе и с удивлением понял, что через чешую на моей шее, которая прекрасно защищала меня от наконечников стрел и ударов меча, я чувствую прижатое ко мне девичье тело: и упругие груди, и мягкий животик, и крепко пристёгнутые к моей шее бёдра. Всё это возбуждает меня и вводит в состояние эйфории. Хочется совершить что-то безумное.

      — Андр, ты не можешь где-нибудь сесть? — вдруг говорит Лира, и голос её выдает волнение.

      Это тут же отрезвило меня, и я немедленно приземлился на первой, подходящей для этого, площадке.

      — Что случилось? — испуганно спросил её. — Тебе плохо?

      — Нет, хорошо, даже очень, но… — девушка никак не могла выразить свои ощущения. — Как-то необычно хорошо, и в животе у меня, как будто там…

      — Порхают бабочки?

      — Правильно! — обрадовалась Лира. — Так ты знаешь, что это такое?

      — Догадываюсь, ведь у меня происходит нечто подобное. Как мне кажется, это оттого, что мы очень тесно прижаты друг к другу. А может, между нами проскочила искорка, а мы просто этого пока не поняли.

      — Искра? А что это значит?

      — Пока ещё и сам не знаю, но давай так: ведь нам же хорошо, вот и будем этому радоваться, а со временем, наверное, разберёмся.

      — Давай! — согласилась девушка, и я опять взлетел.

      За те два года, что умею летать, я ни разу не вытворял в воздухе такое. Я крутился и вертелся во всех плоскостях, взлетал в заоблачную высь и падал почти до самой земли, а потом вновь взмывал в небо, крутился пропеллером и даже летел задом. А обычно серьёзная и уравновешенная Лира кричала и визжала, как маленькая девочка, впервые попавшая на американские горки. Нам было так хорошо, что мы забыли обо всём на свете. Очнулись только тогда, когда наши желудки напомнили о себе. Почувствовав голод, мы стали приходить в себя и решили, что пора возвращаться в герцогство. Самое интересное — я не знал, где мы находимся, и пришлось подняться как можно выше, чтобы оглядеть всю местность и решить, куда лететь.

      Как только мои лапы коснулись земли у входа в замок Лиры, к нам подбежала её служанка. Герцогиня быстро отстегнула ремни и соскользнула с меня. Они вдвоём отошли чуть подальше, служанка взволнованно заговорила. Я не стал прислушиваться, но и так было понятно, что та журила свою госпожу за слишком долгое отсутствие, которое заставило всех поволноваться. Лира успокаивала, даже вроде оправдывалась, только в её глазах всё ещё поблёскивали озорные и весёлые искорки. Потом Лира подошла и сказала мне, что у неё скопилось много неотложных дел, поэтому она выйдет ко мне только после ужина, и быстрым шагом пошла к замку. Я же направился в сторону навеса, где меня ждал приготовленный барашек.

      Оставшись в одиночестве, мог спокойно подумать о том, что произошло сегодня. Да, как я и сказал Лире, между нами проскочила искра… но вот чего? Любви? Сексуального желания? Ну, возможно, у меня с моим восприятием себя, как мужчины, — да. А у неё? Она же видит пред собой дракона. Будь я в человеческом теле, то непременно начал бы флиртовать. Но я дракон, ДРАКОН, чёрт меня побери! И что делать? Придётся ждать и пытаться понять, как она меня воспринимает. Ведь ей известно, что я был человеком. Говорят же, женщины любят ушами. Неужели и вправду она меня полюбит? В том, что я её люблю, у меня сомнений уже не было. Долго ещё прокручивал в голове эти мысли и пришёл к выводу, что лёгкий флирт не помешает. А вот признаваться в любви нельзя — она может почувствовать себя обязанной ответить на мои чувства и сказать, что тоже любит. Нет, мне важнее, чтобы она была счастлива, а не разрушила свою жизнь из жалости ко мне.