В смысле, Развод?

Пролог

- Что ты суешь мне эту маргариновую дрянь?!

Тарелка с лязгом отлетела на край стола. Кремовая корзинка прямо с тарелки соскользнула на пол. Шмякнулась белоснежным белковым кремом вниз на мрамор.

- Зачем ты так?.. – растерянно пробормотала Лариса.

Реакция мужа была настолько обескураживающей, что она так и застыла посреди кухни с глупой улыбкой на лице, и двумя чашками в руках. Даже не почувствовала, как рука дрогнула, и кипяток из одной из чашек капнул на оголенный участок лодыжки. Немного. Буквально пару капелек. А когда заметила, кожа уже покраснела.

Неприятно.

Перевела взгляд на десерт, с такой любовью выбранный для особенного завтрака. Она сглотнула, поставила чашки на ближайший к ней край столешницы, отмотала от рулона несколько отрезов нетканого полотна. Опустилась на колени и принялась убирать корзинку с пола.

- Ла-ри-са. – на выдохе отчеканил Гога, вдавливая подушки пальцев в переносицу. В последнее время голова болела всё чаще. Да и колено, которое исправно начинало ныть перед дождем, не давало покоя. Но это не оправдывало его тон. – Ты можешь без самодеятельности? Что ты меня дергаешь весь день? Сначала с дурацкой прогулкой. Теперь – вот. – махнул он неопределенно рукой в сторону. – Не хочу я есть эту гадость. Пончики приготовила бы. Мне твоя стряпня привычней.

- Любимей, ты хотел сказать? – сдавленно застонав, выпрямилась и выкинула испачканные салфетки в мусорное ведро.

- Хотел бы, сказал бы. – опираясь обеими руками о стол, Гога тяжело поднялся на ноги.

- А я? – шепнула Лариса. – Тоже просто привычней?

- Гос-с-споди... Не делай мне мозги, Ларис. Тебе шестьдесят лет. – Убрал обе руки за спину, сцепив пальцы в замок, и двинулся к выходу из кухни. – Будут готовы – принеси мне в кабинет. Да, и кофе не забудь. С пенкой, как я люблю.

И ушел.

Такое случалось и раньше. Внезапный всплеск агрессии, обидные слова, брошенные в приказном тоне... Лариса, привыкшая к характеру мужа, старалась не обращать на них внимания, быстро стирала их из памяти или покрывала плотным защитным слоем бытовых забот.

Но почему-то в этот раз слова мужа безобразными царапинами соскребли с души эту броню, обнажив то, что она так долго и тщательно прятала.

Сорок лет.

Сорок долгих лет брака, который она считала счастливым – просто привычка для мужа. И она для него – не любимая жена, не половинка – тоже просто привычка...

И боль от этой раны скрутила внутренности женщины в тугой узел.



Отредактировано: 27.10.2025





Понравилась книга?
Отложите ее в библиотеку, чтобы не потерять