В сон на Пмж

ГЛАВА 1.1

Мои ночные «приключения» всегда были разными, но чаще всего я оказывалась на уроках магии. Поутру в голове всплывали совершенно ненужные знания и, просыпаясь, в детстве я частенько пыталась колдовать. Иногда мне даже казалось, что вот-вот – и на ладони появится огонёк, или комнатный цветок подрастёт немного, или ветер загуляет под потолком. Но, конечно, ничего не происходило, и в очередной раз я лишь обессилено падала на кровать.

Почему ко мне приходили эти сны, никто не знал: ни я, ни родители, ни детский психолог. Однако, уверившись, что они мне ничем не грозят, было решено ничего с ними и не делать. Правда, детская душа – материя тонка и ранимая. Поэтому по утрам после очередных слишком реалистичных снов в младшей школе я часто плакала. Тогда-то Лариса Михайловна и предложила моим родителям записать меня на рисование.

Время шло, я взрослела и уже спустя всего два года художественной школы стала воспринимать свои сны как особый дар от природы или высших сил. Моим любимым уроком стало «Рисование по воображению». У большинства ребят в классе именно с этим направлением возникали проблемы, ведь, как оказалось, многим было сложно что-то представить или выдумать. Но не мне. Мои яркие сюжеты ожили сначала на бумаге, а после покупки iPad появились и в цифровом виде.

В восьмом классе я завела свою первую рабочую страницу в интернете, где и стала выкладывать иллюстрации. Уже в шестнадать лет я продала одну из них автору фэнтези-романа. И это стало моим основным направлением – рисунки к книгам. Поэтому в какой-то степени я была благодарна своим ночным сказкам. И даже сейчас, продолжая лежать в кровати с закрытыми глазами, воспроизводила в голове сюжет с уставшим мужчиной в тёмном кабинете и, кажется, теперь знала, прототипом которого из главных героев моего следующего заказа он станет.

Только вот... Следом пришла ещё одна картинка – с ярко-зелёными всполахами магии от открытия портала. В такие моменты мне всегда становилось особенно грустно. Накатывало безудержное желание, чтобы магия существовала, чтобы тот мир был таким же настоящим, как и тот, в котором мы все, обычные люди, и живём.

Поняв, что надо мной снова берут верх детские желания, я перевернулась на другой бок, начиная считать и глубоко дышать. Надо выкинуть это из головы! Уже сегодня – мой первый день в университете. Новая жизнь, новые знакомства, учёба. Всё это обязательно увлечёт меня и заставит забыть о глупых мечтах.

Так я и пролежала, отгоняя чрезмерно нахлынувшие переживания, пока мама не пришла меня будить. И стало, наконец, не до них – утренняя рутина и сборы всей семьёй, то ещё увлекательное действие.

— Доброе утро, студент, — встретил меня папа на кухне.

Как и всегда, он сидел у окна и пил кофе со своей любимой чашки. Рядом стоял всё ещё не пустой заварник, хотя уже и папа, и мама налили себе.

— А мы тут тебе подарок в честь новой жизни приготовили! — широко улыбаясь и приглашая меня присесть, провозгласил он. — Ты ж у нас почти взрослая уже, так что так и быть, одну чашечку кофе можно и выпить.

В нашей семье свято верили в то, что кофе вреден, однако никто из взрослых даже не собирался бросать его пить, тем более с утра. А вот для детей – меня – это дело всё время было рано и не полезно, и вот сегодня такая роскошь!

Моя улыбка сама по себе стала шире, едва не выдавая меня с потрохами: мы с подругами в кафешке за углом школы весь одиннадцатый класс перед уроками брали по стаканчику на вынос. И ни одна из нас о том родителям не рассказывала – это был наш общий маленький бунтарский секрет.

— Смотри, не привыкай, — погрозил папа пальцем, когда я сделала первый глоток.

В ответ я лишь невинно улыбнулась и с привычным блаженством снова потянулась к чашке. Мне налили, правда, совсем маленькую, а кофе был многим вкуснее того, в картонном стаканчике!

— Как спалось? — спросила мама, поглаживая меня по волосам, как делала это каждый завтрак.

— Ничего необычного, мам. Снова какие-то лекции, скоро и рисовать будет нечего, — подобные отговорки от меня звучали всё чаще, и всё реже я посвящала родителей в детали своих ночных приключений – кому бы понравилось, что его ребёнок страдает из-за собственных фантазий?

Сегодня мне повезло: все спешили по делам, и никто не стал расспрашивать дальше. Иначе снова пришлось бы слушать переживательные речи о том, что жить нужно здесь и сейчас.

Родители, каждый перед выходом из дома, поцеловали меня в щёку и пожелали удачи в первый день в университете, а я продолжила завтракать под очередное шоу на YouTube, где любимый блогер рассказывал что-то новое о космосе.

Внезапно раздалась трель домофона. Отставив с сожалением надкушенный бутерброд, я пошла посмотреть, кто там.

— Доброе утро, — поздоровалась, снимая трубку.

— Здравствуйте, я ищу девушку, Альтину-Гонтию Дюпрель, — голос мужчины показался знакомым, однако вспомнить его обладателя у меня не выходило.

— Вы ошиблись, здесь таких не проживает, — ответила, и, не прощаясь, отключилась. Всё же, время стало поджимать, а мне предстояло ещё одеться.

Любимые джинсы и простая белая рубашка уже ждали меня на стуле, заботливо приготовленные мамой. Наскоро оделась, причеслась и слегка накрасилась, игнорируя очередной звонок домофона. Кроссовки обувала, дожёвывая бутерброд. Вечно я опаздываю, даже в такой важный день…