В сон на Пмж

ГЛАВА 3.2

— Кхе, кхе, — послышалось у входа в момент, когда огромный электрический пульсар летел в стену, а я как завороженная следила за ним. — А ты время зря не теряла, погляжу…

— Лола, ты это видела?! — едва не пищала я, подпрыгивая на месте. — Я умею вот это вот всё!

Подбежала к секретарю и протянула лист, показывая его так, будто она не знала, что там написано. Мне хотелось разделить с кем-то свой восторг. Хотя... испытывают ли скелеты эмоции?

— Ты, безусловно, умница, но, кажется, я просила тебя не перенапрягаться, — спокойно ответила она мне и пошла к лавочкам. — Иди поешь и отдохни, безумная.

— Просто ты не понимаешь! — продолжила я выплёскивать на неё свою радость, уже сидя рядом и поглощая кашу, вкус которой даже не ощущала. — Представь, магия всегда была лишь моим сном! Сколько раз я во сне оказывалась в сказочном мире, колдовала, а наутро – пшик! – ничего не выходило! Да я всю жизнь жила с ощущением, что схожу с ума!

— Жуй аккуратно, — пробурчала секретарь, — а то ещё подавишься, а мне потом отчитываться…

— Мне, кажется, нужно успокоительное… — сообщила я.

Еда исчезала с тарелки со скоростью света, но я никак не могла остановиться поглощать её. Внезапно чувство голода оказалось столь велико, что я смела всё, что принесла Лола: кашу с мясом, булочки, десерт, похожий на йогурт, и даже компот, напоминающий по вкусу сухофруктовый – хотя никогда его не любила.

— Ни в коем случае, — строго проговорила секретарь. — Успокоительные тормозят разум, а ты должна сегодня быть вменяемой. Так что лучше просто дыхательную гимнастику поделай.

Скелет изобразила несколько вдохов-выдохов, показывая, как именно делать, а я повторяла за ней, но почувствовать эффект получилось только с пятого раза.

— Вот и молодец, — заключила она, когда увидела, что я стала успокаиваться. — Ну, что ж, мы выполнили все указания магистра Цэрэры. Теперь можешь погулять по двору академии или отдохнуть в комнате. У тебя есть где-то час, а потом пойдёшь в очередь, чтобы не вызывать подозрений. Твои новые вещи уже разложены, дальше сама разберёшься с ними.

— Спасибо большое за помощь, — искренне поблагодарила я, направляясь вслед за секретарём к выходу.

— Это моя работа.

Напоследок Лола напомнила, что абитуриентам запрещено колдовать в академии вне аудиторий и тренировочных полигонов. И только после этого мы с ней окончательно распрощались.

Оказавшись одной во дворе я снова начала волноваться – чужой мир, вокруг одни незнакомцы, из знакомых мне мест лишь комната с номерм «115» в общежитии. Страшно представить, но случись со мной что – то, даже не к кому будет пойти. Со временем, если поступлю в академию, наверняка, у нас будут кураторы к которым можно будет обращаться. Да и где находяться кабинеты ректора и Лолы узнаю. Но это не одно и то же, что поговорить с семьёй...

От этих нелёгких дум я предпочла прогулке по двору всё же спрятаться в комнате. Комендант завидев меня в холле общежития лишь молча мазнула взглядом и дальше продолжила читать книгу. С ней мне уж точно не хотелось лишний раз разговаривать, но спросить, как попасть к себе, всё же стоило.

Подойдя к столу вежливо обратилась к женщине:

— Простите, а как мне попасть в комнату?

— Приложи руку пониже таблички с именами и войдёшь, — кинула она мне, не отрываясь от чтива.

Вежливо поблагодарив её, несмотря на проявленную холодность, я поспешила к себе. Может, эта комендант со всеми такая... Работа-то у неё с живыми людьми. Слышала, на таких местах быстро становятся злыми и нелюдимыми.

Если раньше моя комната своей пустотой походила больше на дорогую больничную палату, то сейчас это была почти полностью обжитая территория. Лишь её левая сторона ожидала своего окончательного преображения.

Огромное, в полстены окно теперь прикрывали две кружевные светлые занавески, раскрывающиеся в стороны, и сплошная штора из грубой ткани приятного тёмно-зелёного оттенка – в пол. На столе с моей стороны лежали пустые тетради и мешочек с обычными карандашами, ластиками и парой ручек. Возле кровати постелили тёмно-серый коврик с крупным ворсом. Поскольку мебель и стены в комнате были светлыми, тёмные оттенки декора лишь подчёркивали обстановку.

Возле двери стояли тканевые тапочки, а на кровати лежала пижама – розовые штанишки и рубашка. Припоминая цвет платья ректорского секретаря, я даже не сомневалась, кто выбирал эту прелесть... Но больше всего я обрадовалась вещам в шкафу, который был забит ими доверху. К слову, здесь преобладали тёмные оттенки и несколько белых блуз. Никакого розового больше не обнаружилось.

На вешалках висели платья, рубашки, юбки и широкие брюки. С другого края – курточка, напоминающая земные ветровки, и что-то похожее на пальто-доломан. Такие я раньше видела только на картинках в интернете. Это отличалось, правда, меховым воротником. На полочках лежали комплекты нижнего белья, за которыми притаилось и то, что принесла я с собой. Были здесь ещё кофты, две пары туфель, полусапожки, кожаные сапоги и что-то непривычного вида из мягкой кожи. Возможно, последнее предназначалось для занятий спортом. В общем, гардероб был подобран на все сезоны, и о вещах переживать уж точно не придётся.

После обследования комнаты я наконец заглянула в ванную. Два шкафчика висели по бокам от зеркала. И здесь тоже для меня выбрали правую сторону. Различные баночки и все принадлежности для ухода за собой я решила изучить позже. Просто осмотрелась и приметила, что здесь было всё привычное, правда, из массивных материалов. Даже в душевой кабине вместо стекла ограждение было из чего-то похожего на белый глянцевый камень – как и дверца, которая открывалась, на удивление, без труда. Повернувшись к выходу, я заметила ещё две полочки у двери. На правой лежали полотенца и халат.