В темноте

ГЛАВА 1

Электричка с гулом уносилась, вдоль леса.
Я же, глубоко вздохнув, и перехватив рюкзак покрепче, бодро зашагала со станции.
Народу на улице практически не было, хотя, ещё лет десять назад, это было процветающее местечко.
Местный популярный санаторий, база отдыха, делали свое дело, и приезжих было, хоть отбавляй.
Это был поселок городского типа, красивый, и очень живописный, с зеленой местностью, речкой, песчаными пляжами, и дубовыми рощами.

Жила я здесь, лет до восьми, потом родители перебрались в город, а в квартире, осталась моя бабушка.
К сожалению, после моего переезда, с бабушкой, я больше не виделась, мать почему-то, не хотела меня туда возить, и как однажды процедила, что бабушке не до меня. Я лишь пожала плечами, и со временем бабушка стала стираться из моей памяти.
В восемнадцать лет, я перебралась в Питер, и новая жизнь, закрутила меня.

Учеба, работа, студенческая жизнь, мимолетные романы… Так что место своего рождения, я и не вспоминала. Думала что останусь в Питере навсегда, но последние отношения, вывернули меня наизнанку.

Влюбилась я, наверное впервые в жизни. По-настоящему.
Я - молодой, начинающий специалист, он - начальник отдела.
Павел Сергеевич, чтоб его. Красивый, кареглазый блондин, тридцати лет, спокойный, вдумчивый.
Поплыла я сразу, и он, как мне казалось тоже. Павел отличался, от моих прочих парней, своей серьезностью, мышлением.
Это было самое счастливое время, я порхала, на крыльях любви, строила планы, уже размечталась о белом платье, свадьбе…
Удар пришёлся на пятничный день.

Помню, как я влетела в офис, порхая как бабочка, и наткнулась, на сочувствующие взгляды.

Атмосфера офиса мне сразу не понравилась, и я двинула в кабинет Павла.
Распахнув дверь, увидела картину маслом. Мой любимый, сжимает в объятиях, какую-то невзрачную пичужку.

- Это как понимать? - сухо спросила я.

Павел тяжело вздохнул, и нехотя отпустил свою «драгоценную ношу». А я вперилась в неё взглядом.

Девица скромно потупив глазки, посмотрела на меня из под русой челки, и тихо представилась:

- Дарья.
- Хуярья! - Гаркнула я в ответ, а Павел поморщился.
- Лена, перестань. Тебе не идёт.
- А рога мне идут? Или это твоя сестра?
- Это… это моя невеста, Лен. - Глядя в пол, спокойно ответил любимый.
- Невеста? А я, я кто в таком случае? - Помертвевшими губами, спросила я.

От этой подлости, меня стало трясти, начался тремор челюсти, и сцепив зубы, я с огнём в глазах, осматривала парочку.

- Понимаете Лена… мы с Павлушей, были в ссоре… я была заграницей, но сейчас я вернулась и… понимаете, сердцу не прикажешь, мы с ним с первого класса вместе. Это любовь. Лена, вы очень красивая девушка, вы ещё встретите своего мужчина. Но Павел мой, и я беременна. - С сочувствием затрещала Дарья, прижав руки, к плоскому животу.

- Да подавись. Желаю чтоб ты козла родила, как твой Павлуша. - С ненавистью ответила ей, и вышла из кабинета.

Уволилась тем же днём, а ночью меня свалила температура. Так я и провалялась всю неделю. В городе, который я так полюбила, было тошнотворно находиться, каждое место, напоминало о нем, и меня разъедала внутри, чёрная кислота.
А через несколько дней, мне пришло сообщение от матери:

«Бабушка умерла. Квартиру завещала тебе. Возвращайся.»

И я поняла, что это знак.

- Квартиру лучше, сразу на продажу выставляй. - Буркнула мать, стоя ко мне спиной.

Я молча смотрела на то, как она жарит яичницу.

- А что так? - Помедлив, ответила я.

- Делать тебе там нечего. Захолустье, квартира старая. Продашь, возьмёшь ипотеку в новостройке. Надеюсь в Питере ты нормально заработала, не все деньги промотала?

Я лишь закатила глаза.

- Ага. Мильён!

Мать недовольно покачала головой, но промолчала.

Вообще, у нас интересные отношения. Она никогда ко мне не лезла, и я подозреваю, тёплых материнских чувств не испытывала. Вот даже сейчас, когда я явилась спустя несколько лет разлуки, мать лишь кивнула, и сказала, вместо приветствия:

- Явилась таки.

В ответ, я лишь усмехнулась и сказала:

- Я тоже тебя рада видеть, матушка.

И вот я сижу на кухне, и пытаюсь определить, что не так. Она делала вид, что все нормально, но я чувствовала, исходящую от неё нервозность.

- Как бабушка умерла, расскажи.

Мать замерла, на мгновение, схватила соль, и стала яростно трясти солонкой.

- Сердце остановилось, пить в таком возрасте вредно.

- Как узнали, кто нашёл?

Мать сжалась сильнее, но равнодушным голосом сказала:

-Соседи.

Она взяла тарелку, и стала накладывать яичницу.

- Мам, мне клещами вытягивать? Я конечно понимаю что ты немногословный человек, но что-то ты темнишь. Давай уже начистоту.

Та устало выдохнула, и как-то обмякнув села.

- Ты поешь, не к столу такие вещи-то рассказывать.

- Ничего, я привыкшая.

Мама поморщилась, и поскребла пятнышко на столе. Затем решив что-то для себя, начала рассказывать:

- Алла Михална позвонила. Соседка. Ты ее вряд ли помнишь, старая грымза, жила под бабкой. Не знаю, где она номер отца раздобыла, но в общем позвонила на той неделе. Орала что топит ее бабка, что мы бросили старуху. А что бросили?! Отец еду каждую неделю возил! Болтает тоже! - Вскинулась мать.

- Что потом?

- Что-что, поняли сразу ,что ничего хорошего… Отец по воскресеньям ездил, Алла Михална в пятницу позвонила… Бабушка-то телефоном не пользовалась… Не хотела обучаться-то. И вон оно как…

- Как? -Настырно уточнила я.

Мать закусила губу и поморщилась, с неприязнью.

- В ванной она лежала, несколько дней как. На улице тепло. Отец до сих пор, в себя прийти не может, от зрелища. Мать его тем более.
Службу специально вызывали, все там убирать. В мешке её хоронили, прости меня Господи, один холодец остался.
Яичница застряла в горле, и я подавилась. Мать налила воды, и подала стакан.