В тени цветущих вишен

Вопросы без ответов

«Тот день не задался с самого утра. Было пасмурно, но при этом стояла такая невыносимая июльская жара, что не хотелось даже шевелиться. Но мама сказала, что я должна помочь ей подготовить дом к вечеру, так как к нам придут важные гости. Мне не хотелось убирать весь первый этаж нашего огромного дома, не хотелось стоять у плиты и уж тем более не хотелось никаких гостей. Мамина черта — делать всё самой — раздражала меня в этот день как никогда раньше. Ведь отец предлагал нанять кого-то, кто помогал бы ей с хозяйством (ты знаешь, мы могли себе это позволить), но она категорически отказалась. Чужие люди на её кухне — ни за что!

Если бы я знала, что встречу в этот день тебя, мой подарок судьбы, я не была бы такой хмурой. Но какой же скучный был этот день, такой же скучный был и вечер. Важные гости родителей оказались довольно чопорными людьми. Таким же оказался и их сын. Я сразу поняла, что в этой встрече кроется нечто большее, чем просто дружеский визит одной семьи к другой.

Как это было отвратительно. Словами не передать, что творилось у меня в душе, когда мать и отец, уже не стесняясь и совершенно не обращая внимания на моё состояние, начали расхваливать меня перед этими людьми, как какой-то товар. Не знаю, как мне удалось это выдержать. Не знаю, почему я вообще это терпела.

Когда они наконец ушли, я почувствовала облегчение, но вместе с тем и обиду. Обиду на себя, на родителей, на своё одиночество. Мне тогда казалось, что я — отдельная часть от всего мира, который хочет от меня избавиться.

А потом я решила прогуляться перед сном. Не знаю, почему вдруг мне этого так захотелось, ведь я никогда прежде не выходила из дома по вечерам...

Но это решение стало лучшим в моей жизни. Возможно, единственное, что я сделала правильно.

Что ты делал у нас в саду в тот вечер? Я уже не помню твоих сбивчивых объяснений. Помню только омут твоих глаз и то, как я потонула в нём — отчаянно и навсегда».

***

Алиса не знала, что ей думать. Сотни вопросов крутились в голове, не давая покоя ни на минуту.

Утром она захотела всё рассказать родным: про Марка и про этот дневник. Но потом усмирила свой порыв и поняла, что это не самая лучшая идея.

Если эти записи действительно что-то значат, то не просто так этот загадочный мужчина отдал его ей, ещё и подчеркнув при этом, что она журналистка и «правильные» руки.

А если же нет, и это просто чья-то глупая шутка, то и незачем волновать этим семью.

***

За завтраком все чувствовали себя неловко. Алиса старалась убедить себя, что это из-за смерти деда, а не из-за её присутствия.

— Алиса, расскажи нам, как ты живёшь, как твоя работа? — произнесла вдруг Вера Сергеевна и все уставились на девушку в ожидании ответа.

Неожиданное внимание к её персоне выбило из колеи на какое-то мгновение. Ну вот как это понимать? Просто желание разрядить обстановку или издевательство? Им же это наверняка неинтересно.

Вообще-то Алиса училась на редактора, но после окончания университета, ей предложили работу в местном журнале, главный редактор которого убедил её, что для начала ей нужно побыть именно журналистом, понять все азы этой профессии на своей шкуре, а потом уже с опытом можно и перевестись в редакционной отдел. Сколкиной это показалось очень странным, но от работы отказываться не хотелось. Тем более, что она горела желанием съехать из семейного поместья как можно скорее. В чём никто не стал ей препятствовать, хотя отец и пытался немного.

И вот она уже почти два года как писала статьи для исторического раздела, и её работа ей, в целом, нравилась.

— Всё хорошо, — честно ответила Алиса и задумалась, что ещё можно добавить к этому лаконичному ответу. — Недавно я разговаривала с главным редактором. Он обещал, что после отпуска, меня переведут в редакционный отдел. И моя квартира мне нравится. Она маленькая, но недалеко от работы.

— Что ж, это очень хорошо. А что насчёт личной жизни? У тебя кто-то есть? — снова огорошила всех своим вопросом Вера Сергеевна.

Не успела Алиса ответить, что вообще-то у неё никого нет, а даже если бы и был, то это совершенно никого не касается, как заговорил её брат.

— Вас же это совершенно не интересует. Зачем вы к ней пристали? — стальным голосом произнёс Вадим и обвёл взглядом всех за столом. — За два года никто из нас, кроме её родителей, не интересовался её жизнью. Всем было плевать, где она и что с ней.

— Вадим, ну зачем ты так? Мы признаём, что в последнее время не особо общались с Алисой, но теперь она дома, и нам хочется побольше узнать... — Вера Сергеевна не успела закончить фразу из-за внезапного смеха племянника.

— Смешно, тётя, — отсмеявшись сказал Вадим и снова обвёл взглядом семью. — Последнее время — это сколько? Всю её жизнь? Всегда было интересно, а почему так? Потому что дед её не любил и не замечал, а вы просто повторяли за ним? А теперь, когда его нет, захотелось сменить тактику? Поиграть в дружную семью?

— Вадим, хватит. Это уже за гранью... — произнёс Михаил Львович.

— А что, отец? Неприятно слышать правду, от которой ты бегаешь всю жизнь? Ну так вот, знайте, вы, — на последнем слове он посмотрел на Владимира и Веру, застывших с каменными лицами, — никого вы не обманете. Не пытайтесь казаться теми, кем вы не являетесь. Вы не любите никого кроме себя и вашей обожаемой доченьки. А если кто-то в этом ещё сомневается, — теперь он посмотрел на всех остальных членов семьи и усмехнулся, — то спросите у Андрея.

Сказав эти слова, Вадим вышел из столовой под вскрик Веры Сергеевны, гневные восклицания Владимира Львовича и удивлённые лица всех остальных.

***

После завтрака атмосфера в доме из печальной превратилась в откровенно враждебную. Неожиданный взрыв обычно спокойного Вадима разрушительной силой прошёлся по всем обитателям дома. Вера Сергеевна закрылась в их с мужем спальне на втором этаже, но её рыдания были слышны во всём доме. Поэтому все нашли причины убраться из поместья подальше.