В тени цветущих вишен

Яблоко от яблони

Виктория Сколкина никогда не могла пожаловаться на своих родителей, поскольку эти люди её любили и баловали с самого детства. Они исполняли все её желания и капризы, дарили чувство защищённости и уверенности в завтрашнем дне. Став старше, она осознала, что была не самым лучшим и благодарным ребёнком на свете, но в то же время не испытывала стыда за своё поведение. Она считала, что если родители позволяли ей вести себя определённым образом, то для них это было нормой.

Например, на десятилетие Вике подарили новый дорогой телефон последней модели, но она вместо того, чтобы обрадоваться и поблагодарить родных, закатила истерику, так как телефон оказался розовым, а она хотела фиолетовый. Вика до сих пор помнила, как родители принялись извиняться и уверять её, что завтра же сделают замену, а Михаил с Елизаветой возмущенно наблюдали за этой сценой.

Конечно, их дочь никогда бы не повела себя так невоспитанно, хотя бы потому, что с детства любила и уважала своих родителей. Вика всегда замечала, как близка Алиса со своими родителями, особенно с матерью. Елизавета была хоть и в меру строгой мамой, но при этом и доброй, и понимающей, и готовой всегда прийти на помощь своей дочери.

А вот Вера не была такой. Её никогда не волновали проблемы своего чада, она отмахивалась от них как от назойливого насекомого. Ей никогда не хотелось вести со своим ребёнком разговоров по душам, спросить, как прошёл день или просто обнять без повода.

Поэтому сейчас, являясь уже взрослым человеком, Виктория Сколкина могла с уверенностью заявить, что не только не любила своих родителей, даже не могла их хотя бы уважать. Именно их воспитание, их потакание её капризам привело к тому, что остальные члены их большой семьи до сих пор видели в ней ту избалованную и эгоистичную девочку с завышенным самомнением. Став старше Вика поняла, что родители-то в общем и не любили её никогда просто так. Для них она была просто экспонатом, который выставлялся на всеобщее обозрение знакомым, друзьям, коллегам. Любимым экспонатом, это правда, но любимым не той родительской безусловной любовью, которая нужна каждому ребёнку гораздо больше игрушек и дорогих подарков. Но родители могли дать и давали ей всё, чего бы она ни попросила, кроме душевной теплоты и родительской поддержки.

Проявлялось это также в циничных размышлениях матери о мужчинах дочери. Вера делила всех ухажёров Вики на «удачная партия» и «не очень». При этом не учитывались личные качества человека, его доброта и отношение к женщинам. Внимание Веры удостаивался только заработок и стоимость подарков, которые он делал на стадии ухаживания. После одного такого разговора Вика старалась впредь не обсуждать с матерью своих потенциальных ухажёров. Так неожиданно для себя девушка осознала, что для её родителей любовь могла проявляться только в виде дорогих подарков и исполнения всех, даже самых абсурдных, желаний. А её задачей было оставаться в том образе, который они выстраивали для неё с самого детства: красивая, успешная, уверенная в себе.

А потом Вика подумала про своего умершего молодым старшего брата. Интересно, какой образ родители выстраивали для него и выстраивали ли? Какие вообще отношения у них были?

Когда она думала об Андрее, первое, что сразу вспоминалось, это разговор, невольной свидетельницей которого она стала. Ей тогда было всего десять лет, а брату восемнадцать. Он ругался с отцом по поводу Вадима, который совсем недавно стал жить с ними в доме. Скорее всего, эта беседа запомнилась ей потому, что это был первый и единственный раз, когда она увидела, как отец поднимает руку на её брата.

***

Вика бежала по коридору в сторону кабинета деда. Удаляющийся голос Алисы продолжал вести отсчёт, и прозвучало уже число семь. Осталось ещё тринадцать, и она отправится на поиски.

Вика любила играть в прятки с Алисой, так как сестра практически никогда не могла её найти. Это было связано с тем, что Алиса была слишком послушной и даже не предполагала, что если взрослые запретили им заходить в определённые комнаты, то кто-то из них может ослушаться. А Вика в основном пряталась именно там, куда им запрещалось входить. Вот и сейчас она собиралась прятаться именно там, куда младшая сестра не зайдёт даже под страхом смерти.

Вика добежала до кабинета Льва Николаевича и, аккуратно повернув ручку двери, зашла в комнату. Справа стоял огромный шкаф, не имевший нижних полок и совсем пустующий. Она пряталась тут уже несколько раз, и ни разу не была замечена дедом или кем-то из взрослых. Поскольку дом у них был очень большим, девочки условились, что на поиск даётся тридцать минут. Если через это время ведущий не находит игрока, то последний побеждает. Старшая сестра была абсолютно уверена, что выиграет и на этот раз. Она удобно устроилась в шкафу и закрыла двери. Створки то ли от старости, то ли от чего-то ещё не закрывались плотно, а образовали небольшую щель. Вика достала телефон, засекла время и открыла игру, чтобы чем-то заняться и не сидеть в темноте просто так.

Спустя примерно десять минут дверь в кабинет резко открылась, и Вика вздрогнула от неожиданности. Неужели Алиса всё-таки решилась поискать её в кабинете деда? Она аккуратно посмотрела в щель и увидела, как в кабинет, как будто его зашвырнули в комнату, залетел Андрей, а за ним зашёл отец. Брат держался за лицо и разъярённо смотрел на родителя, пока тот, судя по звукам, закрывал дверь. Вика увидела на его лице кровь, и едва сдержалась, чтобы не вскрикнуть.

– Ты меня слышишь вообще? Он ненормальный. Он избил меня! – вдруг начал причитать Андрей, по-прежнему не отнимая руки от лица.