В тени гранатового дерева

Овцы

Проснулась я ранним утром. Солнце только выплывало из морских глубин и озаряло водную гладь. С горной высоты море казалось таким призрачным, словно с картинки. Я открыла окно и впустила влажный от росы воздух. «Как же хорошо!» Свежий поток воздуха сделал разум ясным и чистым. Я никогда не вставала в такую рань. В городе ложилась в середине ночи, смотрела видео или писала подругам. Мои родители практиковали современный подход к воспитанию и ничего мне не запрещали.

«Точно! Подруги!» — ударила я себя в лоб. «Я же обещала Ксюше и Ане написать. Но они сейчас точно спят. После завтрака напишу, а лучше позвоню и покажу им эту красоту». У меня была привычка размышлять вслух. Со стороны могло показаться, словно я говорю сама с собой. Но ведь у всех есть свои особенности. Или странности… Я вспомнила о книге, которую вчера закинула на столик в комнате. В мягкой обложке, немного потрепанная, она будто шептала: «Открой, познай меня». Осторожно открыв ее, я начала читать первые строки. Она отчетливо пахла деревом, травой и свежестью. Она пахла им… Я представила, как Лука лежит под гранатовым деревом и листает страницы своими грубоватыми натруженными пальцами, как кудрявая прядь спадает на лицо, а он постоянно сдувает ее…

Я резко закрыла книгу и отбросила на кровать, будто ошпарилась. «Зачем я вообще о нем думаю?! Он же деревенщина!» Убеждала я себя и бьющееся сердце.

После завтрака я пыталась дозвониться до подруг, но сотовая связь совсем не работала. «Да за что мне это все?! Блииин!» Отсутствие интернета выводило меня из колеи. Возможно, я слишком зависима, но не хочу об этом думать. Я начала ходить кругами и недовольно цокать. Баба с дедой сокрушенно молчали и не знали, как реагировать на мою истерику, и лишь обреченно вздыхали. Спустя полчаса я сидела, обняв колени и смотрела в одну точку. Дедушка подошел и похлопал меня по плечу.

— Сона, внученька, я знаю, как тебя отвлечь. Пойдем со мной. А после полудня, глядишь, и интернет заработает. — он подмигнул мне и встал.

Я поплелась следом. Выйдя из большого широкого двора за калитку, я ахнула. Меня встретило стадо блеющих пушистых облачков. Я осторожно шагнула к одной из овец.

—Можно? — я протянула руку к смешной мордашке.

— Да, внучка. Погладь, не бойся.

Затаив дыхание, я нежно погладила овцу по мордашке. Затем опустила руку на мягкую белую шерстку.

«Я впервые погладила овечку, и она меня не забодала. Класс!»

— Внученька, сегодня даю тебе ответственное задание. Будешь пасти овец.

— Но, деда. Я не умею.

— А, что там уметь? Вот тебе палка — дедушка протянул длинный тонкий ствол орешника. — просто ходи за ними и все.

— Ладно, деда…

— Тебе поможет сын Аси. У них стадо поменьше.

«Что еще за сын Аси?»

Из-за угла, выплыв белесым туманом, приближалось войско. Овцы и бараны нестройными рядами, ведомые своим предводителем. Я посмотрела вперед и заметила кудрявую голову.

«Да нет… Не может быть!» Лука приблизился стремительно. Пожал деду руку, а мне просто кивнул.

— Давай, Сона. Удачи.

Мы с Лукой неспешно пошли вперед под блеяние животных.

Я рассматривала юношу. Нагло и смело. Его смущение меня забавляло.

«Так и хочется запустить пальцы в его кудри, как в мягкую шерстку барашки». Я звонко рассмеялась. «Барашка. Ахах. И правда, похож».

Он вопросительно на меня посмотрел.

«Блин. Я, что вслух рассмеялась?»

— Я шутку вспомнила. Забей.

— Лучше скажи, как тебе книга?

— Я только начала.

— Хорошо. Скажешь потом свое мнение.

— Тебе интересно мое мнение?

Он резко остановился, и я врезалась ему в спину.

— Ты в облаках летаешь?

— Нет! — я обиженно отвернулась и скрестила руки на груди.

— В горах надо быть внимательнее, а не облака считать.

— Перестань. — отмахнулась я от него. — А, вообще, куда мы идем? Забыла у деда спросить.

— Мы идем за овцами. Куда они — туда и мы.

— Мда уж.

Мысли Луки:

«Сона меня раздражает. Считает, раз из города, то лучше нас. Глаза закатывает и смотрит свысока. А глаза-то красивые. Светло-карие, большие. А волосы… цветом каштанового дерева. Только зачем она их распустила? Это же неудобно. Никто в деревне так не делает».

Пуховые облачка большим стадом спустились в ущелье, а мы за ними.

— Ты когда-нибудь спускалась вниз?

— Только в детстве.

— Тогда держись рядом. Спускайся медленно и смотри, куда ставишь ноги. Держись за ветки и корни.

— Да знаю я! Думаешь не смогу?

— Пошли. — Лука поджал губы и молча ушел вперед.

Взглядом окинула ущелье. Дух захватывает. Молча шла за Лукой, шаг в шаг, очень близко. Он не оборачивался и мне это было только на руку. Не хотелось, чтобы он знал, как мне страшно. Пройдя половину пути, я оступилась. Нога соскользнула. Я пыталась ухватиться хоть за что-нибудь. За ветку. За корень. Но поймала только воздух. И упала. Упала на острые камни. На самое дно. Это конец.