В тихом городе черти водятся

Глава 28

Ели растут так близко, что нам приходится продираться, будто путешественникам в джунглях. Голос давно охрип от крика, а горло раздирают спазмы. Уже достаточно стемнело, но нам не удалось найти ни намёка на то, что Лиза вообще побывала в этом лесу.

В голову сами собой лезут жуткие мысли.

Что если на девочку напал медведь? И зачем ей было вообще идти в лес одной? Кому могло понадобиться заманивать ребенка в лес?

Тот маньяк, что убил торгаша палёным спиртом? Сомневаюсь. Не может же человек убивать без разбора. Должна быть какая-то логика. Система. Общие черты: пол, возраст, да что угодно!

Я сама себя запугиваю: то тени мерещатся по углам, то медведи. Лиза наверняка в порядке. Я очень хочу, чтобы это было так.

Замечаю среди деревьев, метрах в сорока от нас, сгорбленную фигуру в коричневом пальто. Мужчина копошится между корней крупной ели.

Разве этот участок дали ещё кому-то?

Ускоряю шаг, окрикивая незнакомца. Тот не оборачивается. Оступаюсь и падаю. Руки и колени увязают во влажном бледно-голубом мхе. Прическа распадается и волосы рассыпаются по лицу.

– Черт. – ругаюсь себе под нос, вытирая руки о штанины. Всё равно уже вся извозилась. Убираю волосы влажными пальцами и поднимаю голову. Крик комом встаёт в горле, мешая вдохнуть. Человек в пальто стоит прямо передо мной.

Голова кружится, а губы хватаются за влажный воздух, внезапно пропитавшийся гнилостным сладким запахом разложения и прелой листвы.

Мужчина, может, чуть старше сорока. Волосы облезли и клочьями свисают с головы. Лицо его белое, изуродованное, а поблекшие глаза блуждают по деревьям вокруг, будто он ищет кого-то, но не может найти.

– Кирена! – кричит Ян где-то рядом и мужчина рассыпается серой пылью. Просто растворяется в воздухе!

Ян находит меня на этом же месте. Я трясусь, но вру, что просто испугалась, когда поскользнулась и упала. Он верит. Или просто не обращает внимания. Только сухо подмечает, что теперь Касьян не оставит от него живого места. А я всё думаю о покойнике, что оказался передо мной. В том, что мужчина был мертв, я не сомневаюсь.

Что это было? Разыгравшееся воображение, что распалила своим рассказом Ия?

Телефон Яна нарушает тишину.

– Да? Да. Ага.

Он вообще знает другие слова?

Ян хватает меня за руку и тянет за собой, пряча телефон в карман джинсовки.

– Что? Они нашли её?

– Нет. Пора на другую точку. – пыхтит Ян, ловко перепрыгивая кусты.

Стараюсь не отставать. Прыгаю через поваленные деревья, бегу по мху, что шевелится под ногами и уворачиваюсь от острых сучьев. Легкие горят, а мышцы ног сводит. Кроссовки давно промокли и испачкались, на ткань костюма налипли колючки.

Мы прибегаем к поляне с которой начались поиски. Машины Касьяна уже и след простыл.

– Куда они делись? – вяло интересуюсь, согнувшись пополам в попытках отдышаться. Кашляю. Холодный влажный воздух раскаленным металлом обжигает горло.

– Касьян велел сворачиваться. Надо осмотреть ещё одно место, пока совсем не стемнело.

Из леса, с противоположной от нас стороны, выскакивают раскрасневшиеся и запыхавшиеся Дарён и Аника. Последняя широко улыбается, завидев нас.

– Заводи. – Командует Дарён, недовольно поджав губы. Ян достаёт ключи и открывает машину. Мотор тарахтит, словно монстр, блуждающий по лесу.

– А вы знаете куда ехать? – вклиниваюсь я, тут же нарвавшись на цоканье Дарёна. Мы рассаживаемся по местам. Пристегиваюсь и достаю из сумки бутылку с водой.

– Мы тут всю жизнь живем. – Дарён слишком сильно хлопает дверью и Ян морщится. – В лагерь. – добавляет он и выхватывает из моих рук бутылку с водой.

Его бесцеремонность раздражает, но я молчу. Аника качает головой и забирает бутылку обратно.

– Извини. Он у нас диковатый. – Аника возвращает бутылку мне. – Лагерь, заброшенный уже лет пятнадцать. Касьян сказал, что нашел следы по направлению к корпусам.

– Детские?

– Он не сказал. Да и сложно, наверное, разобрать. Он один пошел через лес, Исай повез девочек на его машине.

– Касьян доверил кому-то свою машину? – изумленно восклицает Ян, ударяя по педали газа. – Ещё и Исаю?!

Не удивлена, что Касьян не пускал за руль Яна. Смотрю в окно, кусая губы. Темные стволы сосен мелькают перед глазами.

Касьян пошел один. Как он там? Что если с ним что-то произойдёт?

Замечаю человека среди деревьев, но не успеваю сказать остальным. Мужчина в серой куртке растворяется среди можжевеловых ветвей черной дымкой, улыбнувшись напоследок разорванной пастью, лишь отдаленно напоминающей человеческий рот.

В этом лесу черти водятся – тихий шепот Ии червём скребется в голове.