В тихом городе черти водятся

Глава 36

Разум снова и снова бросает меня в озеро, насмехаясь над проявленной смелостью, граничащей с глупостью.

Касьян набирает номер отца. Тут и гадать нечего. Кнопочный телефон отбрасывает жуткий холодный свет на лицо парня, от чего тот напоминает мне утопленника.

Пытаюсь избавиться от наваждения, прислушиваясь к разговору.

Касьян поверхностно описывает отцу произошедшее, предусмотрительно не упомянув мой заплыв и кладёт трубку.

По его лицу видно, что девочку ещё не нашли. А найдут ли?

Кутаюсь в куртку Касьяна. От неё пахнет парфюмом. Что-то свежее и древесное.

Мышцы дергаются и болят.

– Я отвезу её к себе.

Поначалу я даже не понимаю к кому обращается Касьян и кого он собрался увозить. Просто гляжу на него не моргая, видя перед собой две пары белесых рук, что пытались утащить меня на дно.

Касьян инструктирует Анику. А я вглядываюсь в его лицо, пытаясь зацепиться хоть за одно слово, чтобы не думать о трупе и девушках, что я видела в воде. Не получается. Я слышу размеренный и твёрдый тон голоса, но ничего не понимаю.

Как же он спокоен. Происходящее у него вообще никаких эмоций не вызывает?

– Почему не отвезёшь её домой? – Аника впервые со дня нашего знакомства хмурится.

– Я не уверен, что она в том состоянии, когда её можно оставить одной.

Поразительная выдержка. Он либо психопат, либо это настолько частое явление в здешних краях, что уже не удивляет.

Вспоминаю про отца Аники, и вопросы отпадают сами собой. Все, кроме одного.

Если все здесь мрут как мухи, то, какого черта городишка ещё жив?

– Дождитесь Вилена и остальных. Потом езжайте в «подвал». Никому не слова. Надо кое-что обсудить. – холодно инструктирует Касьян, поглядывая назад.

Аника кивает и хлопает меня по плечу, прежде чем выйти и оставить нас вдвоём. Я провожаю её взглядом до ребят. Все, кроме Селины и Ии столпились вокруг трупа.

Машина погружается в тишину. Я никак не могу согреться, хоть работающая в машине печка уже подсушила пятна озерной воды на носках и рубашку на груди Касьяна.

– Я подготовил подарок на твой день рождения. Он кладёт руки на руль и устало выдыхает. Ян машет ему рукой и отворачивается к воде.

Оба мы понимаем, что ещё слишком рано для облегчения. Появилась лишь новая проблема, что накладывается на старые. И однажды их придётся решать.

– Он прошел пару дней назад. – мямлю, потирая лицо дрожащими руками. – Поэтому не утруждайся. – собственный голос кажется чужим и далеким. Сжимаю куртку Касьяна до боли в пальцах, будто это способно удержать мои мысли здесь, в машине. Запереть в моменте разговора, чтобы они не блуждали, снова и снова натыкаясь на обезглавленное тело в черной воде.

– Знаю. – безэмоционально отвечает Касьян. – На следующий.

Машина выезжает с поляны. Компания исчезает за поля зрения за ближайшим поворотом. Стемнело.

Я даже не успела заметить, когда мир успел окончательно погрузиться во тьму.

– Если ты продолжишь в том же духе, то не узнаешь, что я подготовил. – после долгих минут молчания вдруг добавляет Касьян.

Отворачиваюсь от окна. За стеклом темно. Слишком темно. Как в саду Венеры, переполненном жуткими силуэтами. Я боюсь засмотреться и найти за стеклом того, кто может наблюдать за мной в ответ.

– Я ценю твои попытки привести меня во вменяемое состояние. Правда. Но не забивай себе голову. Я сама виновата.

Плечи Касьяна напрягаются под белой рубашкой, но лицо такое же невозмутимое. Он сосредоточенно глядит на извивающуюся змеей дорогу, что выхватывает свет фар из вязкой темноты и опустившегося тумана. Он, словно изодранные в клочья облака, прилипает к колёсам и капоту машины.

– Ты очень смелая. Хоть и глупая.

– Во второе верится охотнее.

Касьян мягко улыбается и бросает на меня взгляд. Короткий и тёплый.

Я дергаюсь, словно от удара и продолжаю говорить, спеша и сбиваясь:

– Закрываю глаза, а там…он…его…

– Не продолжай. А то растеряешь свой геройский облик в моих глазах. – глумится Касьян. Его правая рука соскальзывает с руля и находит мою. Горячая ладонь аккуратно сжимает пальцы. – Я всё понимаю. Сам когда-то чуть с ума не сошёл от увиденного. Даже поседел немного.

– Врешь. Я не видела седины. – говорю я, а сама всё смотрю на наши руки. Он – живой, хоть и с эмоциональным диапазоном как у камня, а я…вроде тоже. Живая.

– Я закрашиваю.

Меня смешит его интонация. Серьезная и игривая одновременно.

– Серьезно? Разве здесь за такое не бьют отверткой под ребро?

Касьян корчится и крепче сжимает мою ладонь.

– Предлагаешь мне в двадцать четыре года ходить седым? За меня тогда никто замуж не пойдёт. – С напускным волнением сетует Касьян.

– Думаю, волосы – последнее, на что обратит внимание девушка при выборе мужа.