В тихом городе черти водятся

Глава 79

Дарён, как оказалось, не водит машину. Если быть точнее, то прав у него нет и в помине, как и у меня. Поэтому сначала нам пришлось идти пешком до дома Касьяна. Второй комплект ключей Дарён предусмотрительно хранил в кошельке.

Меня безмерно поразил факт настолько близкой и доверительной дружбы. Перебирая всех знакомых и бывших друзей я не нахожу ни одного, кто бы доверил мне свою машину.

Выезжаем из двора, когда солнце находится в зените. Тени покосившихся столбов укорачиваются, а воздух прогревается до тридцати градусов. Снимаю укороченную спортивную кофту через голову и остаюсь в майке. Раскаленная ткань сидения кусает оголенные плечи и руки.

– А Вилен нас не изничтожит? Касьян же, формально, находится под следствием. – Аника пытается настроить печку, чтобы та лишний раз не плевалась жаром в салон.

Она, Аника, кажется, смирилась.

Я вижу, как всё её нутро противится нашей идее, но Аника лишь стойко сжимает зубы, изучая бумаги на переднем сидении.

– Не думаю. Касьян уже, считай, сутки в отделе. Вилен, скорее всего, ни на шаг не отходит от обезьянника, после того, как забрал собак. – Дарён открывает окно и подставляет лицо тёплым порывам ветра, пока я укладываюсь на заднем сидении машины.

Если мы найдём труп, то как мы объясним это Вилену? Что если я ошиблась?

Дорога до мельницы оказалась не такой долгой, как я предполагала. Мы пересекли центр, проехали мимо завода МеталлСевер, небольшого района из пятиэтажных панелек и обшарпанных кирпичных трехэтажек, а потом прокатились по разбитой асфальтированной дороге мимо колхоза.

– Только давайте договоримся. – Аника оборачивается ко мне, пока Дарён останавливает машину в чистом поле. – Если это и вправду какая-то нечисть, то не будем больше никому рассказывать об этом, хорошо? Не хочу оказаться в одном дурдоме с матерью Яна.

– Какая ты грубиянка. – бубню я, рассматривая заросшие бурьяном поля.

– Если это нечисть, то мать Яна не сумасшедшая. – Дарён сипло кашляет и печально подытоживает. – Тогда она не виновата в том, что произошло.

На душе становится мерзко. И не мне одной. Аника, поникнув, покидает машину первой. Дарён подмигивает мне в зеркало заднего вида.

– А ты молодец. Я тебя недооценивал.

– Касьян сам всё нашёл. Я просто довела его работу до конца. – открываю дверь, когда Дарён бросает мне в след:

– Да нет, не просто. Я вот за десять лет так и не смог ему помочь.

Натягиваю розовую кепку на лоб и беру с заднего сидения кофту. Дарён закрывает машину и бросает Анике одну из трех пол-литровых бутылок Колокольчика.

– Ну почему не вода? От сладкого только ещё больше пить захочу. – канючит Аника, подтягивая лямки сарафана. Белая ткань в мелкий голубой цветочек трепещет на ветру.

– Пейте молча, а то подавитесь. – Дарён за пару глотков осушает половину бутылки.

Мы выдвигаемся в сторону возвышающейся над полем мельницы. Огромные черные лопасти почти касаются земли. Они скрипят от ветра и качаются из стороны в сторону, будто огромный маятник. Сама мельница высокая, сложенная из посеревших от времени бревен, имеет всего одно окно над старой кованной дверью.

Ноги вязнут в сухой траве. Вспоминаю, что совсем позабыла о креме от загара. Да и повторно накраситься после того, как рыдала в редакции, тоже.

Длинная черная тень тянется к нам от самой мельницы. Она дрожит вместе с травой и кажется рябью на суше.

– Ну и как мы туда попадём? – мой вопрос тонет в шелесте травы. Скользящие по лазурному небу облака отбрасывают рваные тени на поле. Дарён дергает за ручку, но дверь не открывается. Внимательно осматриваю пустые петли под замок и пробивающиеся маленькие цветы во мхе между стыками бревен. Никаких замочных скважин. Только покрытый хлопьями ржавчины металл.

– Дверь закрыта изнутри.

– Да ты гений. – язвит Аника в ответ Дарёну. Тот пропускает её слова мимо ушей, продолжая задумчиво бубнить:

– Мы закинем Кирену в окно второго этажа. Она спустится и откроет её изнутри.

Запрокидываю голову и рот сам собой открывается от удивления. Между первым и вторым этажом есть выступ, но он едва ли шире деревянного подоконника в доме Венеры.

Смогу ли я вскарабкаться и пролезть в такое узкое окно? Оно совсем немного больше форточки.

– Слушай, может хватит пытаться её прикончить? А если она упадёт? – возмущается Аника.

– Дальше земли не упадёт. – отмахивается Дарён и обращается уже ко мне. – Снимай кроссовки, иначе соскользнешь.

Послушно стаскиваю кроссовки и аккуратно ставлю их около стены. Трава покалывает стопы сквозь тонкие белые носки. Поправляю волосы, забранные в две французские косы. Дарён скрепляет руки в замок и наклоняется. Ставлю правую ступню в его ладони.

– Сейчас я швырну тебя вверх. Твоя задача оттолкнуться ногой от моих рук и залезть на выступ. Потом подтянешься и пролезай в форточку. – инструктирует меня Дарён пока я пытаюсь опереться правой ступнёй на его ладони и не соскользнуть.

– А если я застряну?

– Тогда твой зад будет первым, что встретит пожарных, которых мы вызовем для твоего спасения.