В Тридевятое царство попаданкам вход запрещен!

Глава 5. На поляне

«Лунная» дорожка привела меня на поляну, и я тут же бросилась искать Миланку, но вскоре поняла странную вещь: я никого здесь не знаю. Люди казались знакомыми, но стоило подойти ближе, как они оказывались просто похожими на кого-то из тусовки подруги. И поляна тоже была совсем не та, с которой мы отправлялись искать «цветок папоротника». Не было ни сцены, ни выхода к реке, ни заботливо сложенного дровяника… Неужели в этом лесу сразу две компании гуляют Купалу и меня вынесло к другой? Телефон, естественно, остался в домике, а где искать нашу турбазу, я понятия не имела.

«Надо кого-то спросить, где я», – с этой мыслью ухватила проходящую мимо девицу.

– Ты? – спросили мы обе одновременно.

– Ты почему здесь, а не с Лесем? – первой опомнилась девушка.

– Где Милана? – не дала я сбить себя с мысли.

Хотя сбивать там, по правде сказать, было не с чего. После того как парень бросил меня в лесу и мне от усталости привиделась ерунда с превращением его в пень, в голове царил невероятный хаос, и только одна-единственная мысль заглушала все остальные, громко вопя: «хочу домой!”

– Милалика? – переспросила девушка, – зачем она тебе?

Но обернулась, поискала кого-то глазами и крикнула в толпу, призывно махая рукой:

– Милаша, подойди!

Я, тоже принялась выискивать, не мелькнет ли, где светлая макушка подружки, и не обратила внимания на верткую разрумянившуюся чернявую девчонку, подскочившую к нам.

– Даринка, хотела чего? – чуть запыхавшись спросила девушка, убирая с лица выбившиеся пряди и приглаживая косу, прежде чем небрежным жестом откинуть ее за спину.

Я даже чуть позавидовала такому богатству – коса была длинная, до самых бедер, да с руку толщиной. Я считала, что у меня волосы красивые – темные, густые, послушные с легкой рыжинкой, они спадали чуть вьющимися локонами ниже лопаток, стоило их распустить. Вот только редко я себе такое позволяла, собирала их в пучок, чтобы при работе не мешались. А больше во мне ничего и не было – пышными формами и точеной фигурой я похвастаться не могла, поскольку была скорее худой и рослой, а от работы с иглой и бумагами еще и сутулилась постоянно. Милка меня от этой привычки отучала и пыталась увлечь танцами, но ничего у нее не вышло. Бывает, что когда подростки взрослеют, то в какой-то момент они слишком быстро вытягиваются, не успевают привыкнуть к своему телу, и в движениях появляется некоторая неуклюжесть и рассогласованность. Вот и у меня так было. Не было во мне ни ловкости, ни грации, ни как выразилась моя несостоявшаяся свекровь, «умения подать себя». Лицо тоже было самым обыкновенным – карие глаза, высокие скулы, рот, нос обычные, изъянов не было, но и особой породистой утонченности, что так хотел видеть во мне Олег, тоже не наблюдалось.

– Не я, вот она, – девица, что уговаривала меня пойти прыгать через костер, некрасиво ткнула в меня пальцем, и они обе с Милашей уставились на меня.

– Нет, – я помотала головой, – не эта, мне нужна другая Милана, блондинка, она организацией занималась… – начала объяснять я и с запозданием поняла, что не может тут быть моей подруги, это же совсем другие гуляния! – Простите, я ошиблась. Перепутала. Подскажите, как мне в «Солнечные Грезы» попасть?

– Она чего, дурная? – громким шепотом спросила Милаша-Милалика Дарину, вцепившись в ее рукав и отступая от меня на шаг. – С чего ее в грезы-то потянуло? – Ты это, туда только днем попасть можешь, – добавила она громко, обращаясь ко мне, при этом опасливо косясь. – Если долго на солнышке сидеть будешь, да с головой непокрытой, так прямехонько туда и попадешь.

Я не сразу поняла, о чем девчонка толкует, но вскоре дошло.

– Да нет же! – попыталась объяснить я. – Это турбаза такая, я оттуда. Там тоже ночь Ивана Купалы празднуют.

– Она не местная, да? – Милалика снова громко зашептала своей подруге. – А что за деревня такая «Турбаза», это где? Ненашенское что-то, я не слышала ни разу. Может, она не из Тридевятого?

– Не знаю, откуда ты, но меня очень интересует, почему не с Лесем? – с какой-то угрозой в голосе спросила меня Дарина, уперев для пущей убедительности руки в боки.

– Точно, это же она! Та самая, которую с лешаком повязали. А чего она тут? – Милалика церемонностью не отличалась и только разве что в меня пальце не тыкала, лишь разглядывала с любопытством в черных глазах, как будто я чудо чудное, диво дивное.

– Он ушел, – сказала я, изо всех сил стараясь сохранить спокойствие.

Я почти убедила себя, что все – и дорожка, и пень, и даже зеленые глаза парня мне привиделись. А здесь мне опять толкают, будто меня, как она сказала, «повязали»? Как кобылу или корову, или с… Эм-м-м, в общем, все равно ерунда сплошная получается. Мне бы таблеточку от головы выпить, а лучше сразу две, и домой вернуться.

– Лесь не мог уйти просто так, ты что, его прогнала?! – возмущение Дарины набирало обороты и мне снова стало немного страшно – вдруг накинется, а я тут не знаю никого, так то не факт, что заступятся.

– Никого я не прогоняла, – я выставила перед собой ладони и начала медленно двигаться назад. – Просто сказала, что…

А что я ему сказала-то? Все же было не по-настоящему, он меня куда-то вел…С родителями знакомиться? Ночью? Да ну, бред какой-то. С одними уже познакомилась, хватит. Потом пень… Да нет же, мне просто показалась, тень от луны так легла! Луна… Огромная луна сияла на небе и все казалась под ней немного мистическим и нереальным. Так что же я сказала парню?

– Сказала, что хочу домой! – уверенно закончила я. Конечно, что я еще могла ему сказать? Красивому, но совершенно постороннему парню, который завораживал меня одним взглядом. Точно, колдовство какое-то…

– И что дальше? – вся подобравшись спросила Дарина. – Что ОН сказал?

Она так выдела это «он», как будто до меня ей дела не было.

– А он меня послал! – обидевшись, буркнула я. Ишь, устроили тут допрос с пристрастием. А меня там, наверное, Миланка с ног сбивается, ищет. – К ведьме, – зачем-то добавила. – Что-то там снимать…